Перечитывая Стругацких

Самая трагическая повесть братьев Стругацких, единственная в жанре катастрофы и последняя из рассказывающих о "далёком" коммунизме. Хотя Мир Полудня будет присутствовать в их книгах и позднее, но он в своей безукоризненной солнечности вытесняется на периферию как мечта и идеал, а в центре внимания окажутся совсем другие темы и другие миры. "Далёкая Радуга" (ДР) парадоксальным образом сочетает в себе "пессимизм" и "оптимизм", "трагизм" и "утопизм", "идеализм" и "реализм". Я намеренно беру в кавычки...

Принято считать, что с "Попытки к бегству" (ПкБ) начинаются новые, "настоящие" Стругацкие, что здесь произошёл некий перелом в их мировоззрении и творчестве. У этого взгляда есть свои основания, но можно его дополнить противоположным, стараясь рассматривать не только отличия и перемены, но также связь и преемственность с предыдущими книгами братьев. Для рубежных произведений, каким является ПкБ, это особенно важно. Летом 1962-го у Стругацких выходят отдельными книгами "Возвращение" ("Полдень, XXII век") и "Стажёры", а в конце того же года в составе альманаха "Фантастика, 1962 год" – ПкБ...

«Что означает концовка повести "Попытка к бегству"?» – такой заезженный заголовок тут был бы как раз уместен. Потому что именно в финале "ПкБ" Стругацкие использовали литературный приём, который даже по нынешним временам озадачивает читателя и вводит в некий ступор. Это продолжение заметок о повести братьев Стругацких "Попытка к бегству". Начало здесь >> Речь идёт об эпилоге повести, из которого мы узнаём, кто такой Саул и почему его поведение с самого начала выглядело таким странным, то есть раскрывается та первая и основная тайна, создавшая интригу в сюжете...

"Попытка к бегству" – ещё полностью "коммунистическая", казалось бы, вещь. Слово "коммунизм" здесь употребляется чаще, чем в "Стране багровых туч" и "Полдне, XXII век". Ещё не возникает сомнений ни в самом концепте исторического прогресса, ни в том, что высшей его ступенью является коммунистическое общество, желанный, мечтаемый вариант которого являет собой Мир Полудня. И вопросы, которые возникают в "ПкБ", касаются лишь методов и средств, того, как с низшей ступени перебраться на верхнюю (патетический ответ Саула: "коммунизм надо выстрадать", "за коммунизм надо драться")...

Отношение Стругацких к религии не такое простое, как может показаться. Легко их объявить атеистами или агностиками, как это часто делают, или даже обвинить в богохульстве за поздний роман "Отягощённые злом", который, подобно "Мастеру и Маргарите" Булгакова, крайне вольно обращается с христианской мифологией. Кстати, это сравнение неслучайно, и Булгаков вообще значимый автор для братьев, к нему есть отсылки и в "Хромой судьбе". И в обоих случаях (и с Булгаковым, и со Стругацкими) мы имеем дело со...

Центральный образ "Попытки к бегству" – шоссе с бесконечно движущейся колонной машин. Они выходят из одной воронки, наполненной дымом, и уходят в другую, такую же, и этот поток машин необъяснимым образом никак не прекращается. Борис Стругацкий, отвечая на вопросы читателей, растолковывал этот образ так: "«Дорога машин» – символ неуклонности хода Истории, который (ход) задан не нами и не нам его изменить". Собственно, в повести эта тема хода истории и невозможности его изменить, она лежит на поверхности и в первую очередь обращает на себя внимание...