Из цикла "Производственная драма в кино как драма истории СССР"
Вводная статья:
Обзорная статья:
«Ребром надо было вопрос ставить!» (Василий Потапов, герой фильма)
Время действия: начало 1970-х. гг. Место действия: строительство крупного промышленного комбината, которое ведёт строительный трест № 101. Действующие лица: бригадир Потапов в исполнении Евгения Леонова, управляющий стройтрестом Батарцев (Владимир Самойлов), секретарь парткома Соломахин (Олег Янковский), начальник планового отдела Шатунов (Михаил Глузский), главный диспетчер треста Фроловский (Армен Джигарханян), экономист Миленина (Нина Ургант) и др. Автор сценария (позднее переработанного в пьесу): Александр Гельман. Режиссёр: Сергей Микаэлян. Главные идеи: 1) серьёзное и ответственное отношение к своей работе предполагает принципиальную постановку всех необходимых вопросов и последовательное их решение. Иначе – неорганизованность, неразбериха, бесхозяйственность и уничтожение ценности работы; 2) то, что может сделать работник низового звена, простой исполнитель, не по плечу крупному начальнику. Что позволено быку, не позволено Юпитеру.
«Премия» – поистине уникальный фильм. Сценарий, написанный тогда ещё мало кому известным Александром Гельманом и посвящённый незатейливому на первый взгляд конфликту в недрах одного строительного треста, внезапно оказался мощным взрывным зарядом. Талантливо и со множеством выдающихся актёров поставленная Сергеем Микаэляном по этому сценарию картина увеличила мощность взрыва, и он прогремел на всю страну. Небывалый случай: обычный киносценарий вскоре переписывается в пьесу, которая долго и с огромным успехом идёт в двух ведущих театрах – БДТ и МХАТ. Зрители на ура принимали постановку, а фильм смотрят, пересматривают и хвалят и по сей день. Тут же, правда, явилась и критика: многие не только специалисты, но и обычные зрители утверждали, что всё показанное – чистая выдумка, в жизни так не бывает и быть не может. Некоторые продвинутые критики даже называли историю «притчей» и «социологической сказкой». Но, как водится, дыма без огня не бывает, и само обилие критики свидетельствовало о том, что эта вещь попала в какую-то важную болевую точку.
Да, действительно, отказываться от премии неразумно и непрактично, и нормальные люди так не поступают. Однако Василий Трифонович Потапов – не обыкновенный человек, то есть не из тех, кто принимает сложившиеся обстоятельства как независимую от них данность. Он человек выдающихся честности, ответственности, порядочности и ведёт себя последовательно, в полном соответствии со своими представлениями о жизни. Конечно, эти качества в герое Леонова предельно рафинированы, доведены до химической чистоты, которая в жизни едва ли встречается. Но ведь кино и театр тем и хороши, что дарят нам возможность лицезреть идеальных героев – не выдуманных, воображаемых или фантастических, а таких, которые представляют необходимую грань нас самих, нашей души и сознания. Бригадир Потапов жил в душе каждого советского трудящегося, преданного своему делу и болеющего за него. Именно поэтому неважно, могла ли история, показанная в «Премии», случиться в жизни, и именно поэтому герой Леонова вызывал и вызывает огромный живой интерес и сочувствие.
В конфликте Потапова с хозяйственной политикой его строительного треста было удачно, ёмко и наглядно выражено главное противоречие советской жизни 70-х – между большим общим делом в масштабах огромной страны, по-прежнему (хотя уже во многом по инерции) строящей коммунизм, и ограниченностью сил и способностей каждого отдельного работника, не могущего освоить, осознать все взаимосвязи большой системы и потому предпочитающего сосредоточиться на своём маленьком участочке, на делянке частных интересов. С точки зрения маленького советского человека, раз система такая большая и к тому же имеет мудрого и опытного рулевого (КПСС), то она как-нибудь сама справится с отлаживанием своих взаимосвязей и внутренней организацией, а он, маленький человек, будет делать то, что может. Это не неразумие, не равнодушие и не порок, а естественный ход вещей. И поведение Потапова не выбивается из этого естества: он пришёл к своему выводу, как раз-таки последовательно отстаивая свои частные интересы (работа с полной загрузкой, без простоев, независимость от чужой халатности и т. п.).
Вместе с тем, если у большинства советских трудящихся представления об общем деле плохо увязывались с их личным отношением к работе и с непосредственной выгодой от неё, то Потапов являет собой удивительно цельный тип рабочего сознания, в котором его, Потапова и бригады, небольшая часть работы гармонично сочетается со всей стройкой и шире, с хозяйством всей страны. Дескать, поступайте правильно, делайте дела последовательно и, если надо, ставьте вопросы ребром – и будет всё так, как должно быть, и не будет никакой неорганизованности и неразберихи. Так и хочется воскликнуть: «Эх, Василий Трифонович, вашими бы устами да мёд пить!..» Однако Кочнов не зря назвал Потапова наивным мужиком, и это правда. Такая цельность и простота могут существовать в отдельно взятой бригаде, но их никак нельзя переносить на всю большую и сложную систему – даже в рамках треста, не говоря уже о стране. Общая система живёт по своим законам, а маленькие люди с частными интересами – по своим, и они, увы, не пересекаются, а если и соприкасаются, то вступают в конфликт. Например, такой, который до предела разжёг бригадир Потапов, сам того не желая.
Основной и самый острый конфликт, показанный в фильме, – вовсе не между Потаповым и управлением треста. И даже не по поводу премии (брать – не брать, вернуть – не вернуть). Это конфликт управляющего трестом Павла Емельяновича Батарцева (в блестящем исполнении Владимира Самойлова) с той системой, в которой он служит. Он умный человек и прекрасно видит пороки системы, её неорганизованность, необязательность, непоследовательность. Он честный человек и искренне желал бы, чтобы всё шло по плану, так, как должно быть, и хотел бы сдерживать свои обещания. Но если бы всё зависело от него… Наоборот, это он, Батарцев, зависит от системы, возглавляемой главком, министерством и т. д., он связан круговой порукой (той самой, которая «мажет как копоть») и не может вырваться из порочного круга. Наверняка ему пришлось отказаться от первого плана, который, по убеждению Потапова, строители могли выполнить, так же как и пришлось начинать строительство без надлежащей инфраструктуры. По всей видимости, Батарцев бесконечно устал бороться с системой и решил выйти из игры. Поэтому он и принял самоубийственное решение голосовать за предложение Потапова на парткоме. Ведь самое лучшее из того, что ему светило, – это снятие с должности и перевод в какую-нибудь глухомань на разведение кур или возведение сараев…
Надо сказать, что действие фильма, несмотря на драматургическую камерность, происходит в определённой среде, которая отнюдь не безразлична к происходящему, и даже больше того – полна символов. Взять, например, ситуацию в самом начале, когда рабочие толкают застрявший в грязи ПАЗик, в котором прораб Зюбин везёт премию. Или несколько эпизодов с двумя строительными машинами – маленьким юрким самосвальчиком и огромным неповоротливым БЕЛАЗом. Сперва малыш никак не уступает дорогу громиле, и тому приходится отступить. Затем малютка ловко подрезает большого брата. И наконец, ближе к развязке, удалой малец тащит своего непутёвого коллегу на буксире. Живы, живы традиции русского символизма! И всё же вопрос, поставленный ребром бригадиром Потаповым, не нашёл и не мог найти удовлетворительного разрешения. Если продолжить эту киноисторию не в туманную даль приятных фантазий, а в нашу с вами жёсткую и неудобную реальность, придётся признать, что она не может кончиться добром ни для кого. Попытка реализации предложения Потапова и возврата неправильно полученной премии вызвала бы огромный скандал: сопротивление и саботаж на местах и череду комиссий и проверок сверху. На парторга, скорее всего, надавили бы, чтобы он пересмотрел дело. И издержки всего этого были бы очень велики – гораздо больше, чем если бы всё шло тихо-мирно по накатанным рельсам… Так что надо признать: доля фантастики в этой замечательной картине, несомненно, есть.
Вот другие разборы фильмов данного жанра:
Ценимый мною читатель! Если ты хоть что-то почерпнул из моего не слишком простого и, может быть, даже странного текста, если проделанная мной работа хоть в чём-то оказалась тебе полезной, то я на всякий случай напоминаю, что продемонстрировать это лучше всего лайком. Если же, наоборот, мои взгляды и мысли вызвали у тебя резкое отторжение, раздражение и, может быть, даже ненависть, то дизлайк также приветствуется. Поверь, читатель, я сильно тоскую по обратной связи с тобой…