"Наши матери в шлемах и латах бьются в кровь о железную старость. Наши дети ругаются матом. Нас самих почти не осталось." (с).
Любила слушать эту песню лет двадцать назад. Все было близко и почти актуально. Время прошло, и все сказанное опять близко, понятно и почти актуально.
Двадцать лет назад я, все-таки, жила с уверенностью, что "вот наступит завтра..." и все волшебным образом вдруг станет хорошо. Все наладится. И я все смогу.
Двадцать лет я не сидела у окна в ожидании чуда. Тоже билась в кровь о железные, каменные и иные стены, выстроенные судьбой. Спотыкалась на скользких дорожках. Падала вместе со стенами рухнувших воздушных замков. Разрывала приговоры. Отмывалась от розовых соплей. От разрушающего ветра перемен. От предательства и равнодушия. От отчаяния и безысходности.
Шла вперед. Училась, трудилась, любила, дружила, лечилась, помогала, верила.
Дорога моей жизни не была намазана медом. Все мои достижения только через терпенье и труд. Никаких блюдечек с голубой каемочкой. Никаких вдруг волшебников на вертолетах и принцев с конями.
Работала, конечно.
Больше всех в колхозе работала лошадь, но председателем колхоза она так и не стала (анекдот).
Все , вроде, как у всех.
Шла-шла и вот вернулась в ту же точку, откуда вышла. Все то же самое плюс опыт. Сын ошибок трудных. Ну и потрепанность определенная. Эмоциональное выгорание.
Путь отшельника.
Вот и думаю, начинать ли опять все сначала? Или замереть в своем комфортном отшельничестве? Без амбиций, без желаний и без разочарований.
Думаю, что следующие двадцать лет у меня еще есть, тьфу-тьфу.
Очень нравится мне фильм "Время", вот так там все просто в точку.
Но времени все меньше.
