Семейные драмы

Наталья Михайловна настойчиво названивала сыну, который ушел в очередной рейс. Но связи по-прежнему не было. — Ох, и натворил ты дел, сынок! — взволнованно вздохнула она и вновь набрала знакомый номер. Звони не звони — связь не появится, пока он не доберется до ближайшего порта. А это может произойти не скоро. А тут такое! Наталья Михайловна спать не могла вторые сутки — вот что сын натворил! * * * Эта история вообще началась несколько лет назад, когда Миша и не думал еще работать на дальних рейсах...

Крылов шел к своему дому. Сам дом располагался на окраине села, напоминал своим видом избушку на курьих ножках. Он прошел в дом, ступая на носки ног вполсилы: боялся, что обвалятся под его весом ступеньки обветшавшего крыльца. А в доме включил свет и испуганно позвал: - Лиля! В углу зашевелился ворох тряпья и выглянула сонная мордашка девочки пяти лет. Она выпятила капризно губки и спросила: - Ты где был так долго? Крылов выдохнул с облегчением. Лиля дома, она цела и здорова, с ней все в порядке, значит он спокоен за нее...

В жизни нашей все сложно, особенно взаимоотношения между родными и чужими. Но бывает, иной раз родственники рассорятся и на всю жизнь остаются врагами. А бывает, отношения между совершено чужими становятся близкими. Егорычу семьдесят пять лет, это сейчас он себя чувствует постаревшим , но зато не одиноким. Тимофеем в молодости звали его, а в пожилом возрасте называют Егорычем, так короче, вежливо и вроде, как теплей. А он и не против. По молодости женился не рано, в двадцать шесть лет. Хоть раньше в деревнях парни заводили семьи рано, он все присматривался...

В квартире Любы жизнь била ключом, вернее, не жизнь, а настоящее детское торнадо, ураган, землетрясение, и все это в одном флаконе. Тут и ее дети, и чужие… Два ее собственных неугомонных сорванца, восьмилетний Егор и шестилетний Сашка, носились по комнатам, подпитывающиеся неиссякаемым источником энергии. И к ним, словно по взмаху волшебной палочки, словно по сигналу невидимого дирижера, присоединились еще двое, на этот раз соседских, - девятилетний Димка и семилетний Мишка, создавая полную картину хаоса...

— Детей я тебе не отдам! Это мои дети! Поняла?! — выкрикнул напоследок Никита жене. — Это мы ещё посмотрим! — откликнулся за любовницу Владимир, направляясь к своей машине. Через две недели, которые Никита провёл, как в тумане, в одиночку занимаясь детьми и домом, позвонила Лера. — Мы подаём в суд на установление отцовства. Никита влюбился в Леру ещё в пятом классе. В 11 лет он остался сиротой и переехал жить к бабушке, школу тоже пришлось сменить — до прежней было далеко добираться. Спокойный,...

Катя заснула только под утро. Когда она открыла глаза, комнату заливал солнечный свет, рядом с кроватью стоял Виктор и улыбался. - Я всю ночь ждала тебя. Где ты был? - Маленькая моя, видишь, со мной ничего не случилось. Приводи себя в порядок, пойдём, позавтракаем где-нибудь, - сказал Виктор. На улице было тепло по-летнему. - Мороженое хочешь? – Не дожидаясь ответа, Виктор подошёл к киоску и купил Катино любимое крем-брюле в вафельном стаканчике. - У тебя хорошее настроение. Ты выиграл в карты? – спросила Катя, слизывая верхушку с мороженого...

Юльку угораздило родиться через пять лет после старшей сестры, и за столько же до рождения младшего брата. Так получилось, что она стала как бы лишней в семье. Лена – долгожданный первенец после двух неудачных беременностей, ясное солнышко, вокруг которой буквально плясали не только родители, но и бабушки с дедушками и дяди с тётями. По телефону обсуждались животрепещущие вопросы – как Леночка спала, кушала, ходила на горшок. Ей дарили всевозможные игрушки и выполняли её капризы. Пару лет продолжалось...

- Света, тебе уже исполнилось 18 лет, - торжественно сказал отец, вручая красивый золотой браслет дочке. - Папа, спасибо, - растроганно сказала Света. Она обняла отца. - Светланка, ты же знаешь, мы с твоей мамой не общаемся с момента развода. - Да, папуля, но мама… - Я не буду говорить плохо о матери, это для тебя она мама. Для меня – бывшая. Жена. Ты помнишь, как мы ругались. Света отлично помнила, как мать ежедневно закатывала истерики ее отцу, как кидала его вещи, требуя убраться из квартиры. Она помнила, как пряталась в комнате и плакала, боясь, что папа уйдет, оставит ее одну с мамой...

Я не раз слышала, как друзья называли моего отчима "аленем" - вроде как в шутку, ах, как смешно. Это случалось, когда мы выбирались с ним куда-то вдвоём и встречали по пути его знакомых. Он держал меня пятилетнюю за руку, а я пряталась за его спину от насмешливых глаз друзей. Я не могла понять почему они его так называют и тем более было непонятно как это связано со мной. — Дядя Глеб, а почему они говорят, что ты олень? — Да они просто болваны, Юль - отвечал отчим после некоторой заминки и старался переменить тему: - Стоп! А мы чешки твои для танцев не забыли? — Нет, они в рюкзаке...

Мысли метались в голове, было одновременно и смешно, и тревожно: «Сейчас мама приведёт мужчину за которого собирается выйти замуж. А как же я? Мне шестнадцать… и вдруг у меня появится отец, не отец, конечно, а отчим. Когда маленькая была, всегда мечтала, что у меня появится папа. Тогда ещё не знала, что папа или есть, или его нет, появиться он не может. Отчим… представляю, если он будет жить в нашей квартире. Ни помыться, ни переодеться. Интересно, а какой он из себя? Хотелось бы рядом с мамой видеть...

На странную взгляду картину: двое взрослых провожают и забирают из школы десятиклассницу дочку, в селе "Видное" никто уже не реагировал недоумённо. Только косились: - А, это Ситниковы свою Маринку пасут. Марина Ситникова выглядела на все двадцать: фигура женственная, с нужными изгибами, а уж пропорции такие, что невольно взглядом зацепишься. - Поспела быстро, - вздохнула мать. - Того и гляди, с мальчишками загуляет. - Я и сама вышла замуж, едва школу закончила. Для себя и пожить не успела... Нет, не хочу я такого будущего для дочки...