Это в детстве весна вызывает у тебя щенячий восторг. Пробуждение природы и все такое. А лето вызывает вообще эйфорию. Потому что каникулы. И только потом, пережив любовь, предательство и двух президентов, ты начинаешь ценить тихую грусть осени.
И понимаешь, что перемены весны тускнеют на фоне бурных изменений, которые нам преподносит осень. Это цветение и пена лепестков, и быстрая оккупация города зеленью… Красиво, конечно, хоть и наивно. А обратный процесс гораздо красочнее. И оттенков больше. И смыслов. И поводов выпить, что главное.
Весна – время новых свершений. Осень – время подводить итоги и пожинать плоды этих свершений. И размышлять за чашкой глинтвейна, а что я сделал не так? Весна – время подвигов. Осень – время залечивания ревматизма, полученного вследствие ночлега на земле во время совершения подвигов.
Весна зовет действовать. Осень советует поразмыслить. Посидеть в кресле-качалке, выпить горячего чаю с шиповником, зажевать бутербродом с крестьянским маслом и голландским сыром, увидеть, что пора закинуть плед в стирку и достать носки потеплее, и прийти к выводу, что действовать-то и не обязательно. Да что там не обязательно, вообще не нужно. А зачем, когда можно надеть носки, укрыть колени пледом, налить чаю с лимоном и положить на тарелку любовно приготовленный бутерброд?
Старею, наверное.
- Вот люблю такую погоду, когда не жарко и не холодно, - говорит моя сестра, любуясь желто-красным кленовым листком. – Можно ходить в самой удобной одежде – джинсах и футболке. Ну рубашку накинуть, если прохладнее станет. И насекомые не достают.
- Угу, объясни это комару, который всю ночь у меня над ухом зудел, - бурчу я, любуясь романтичным закатом. – Мутанты какие-то, ни спирали, ни пластинки на них не действуют.
- Скоро исчезнут, - пытается успокоить меня сестра.
- От старости помрут, своей смертью, - хмыкаю я.
- Думай о хорошем, - советует мне сестра. – Например, о том, как хорошо пить вечером глинтвейн в теплой уютной комнате и смотреть на дождь за окном. Сплошное хюгге, умиротворение и хвилософское спокойствие.
- Ага, - ворчу я. – Отопление еще не дали, дома ночью такой же дубак, как на улице. Времени нет, надо писать, а у меня творческий кризис, да еще комар вокруг летает. И главное – МНЕ НЕЛЬЗЯ ПИТЬ! Мне и есть-то далеко не все можно. Вот тебе и вся хвилософия.
- Да, засада, - соглашается сестра. – Ну давай хоть кофеем тебя угощу. Вишневым рафом. Будем над ним хвилософствовать.
Я в ответ печально свищу дырочкой в левом боку.
Еще размышления о временах года: