Понятно, почему мы избегаем неприятного, неинтересного и навязанного. Но почему мы не делаем самого интересного, важного, развивающего?
Хорошо знаю, как мне нравится размышлять и писать подобные тексты, как люблю я подготовку к вебинару или занятию. Как мне нравится индивидуальное и совместное творчество. Как много мне приносит опыт медитаций. В этом моя суть, моё призвание и мой путь.
Почему же мне так трудно отдаться этим занятиям? Возникает множество отвлечений, причём отвлекаюсь я как раз на неважное и точно менее интересное. И ведь нельзя сказать, что для этого нужно больше напрягаться или это тяжелая работа. Наоборот, все эти занятия значимо более расслабленные чем те, на которые отвлекается мой ум.
Давайте попробуем взглянуть на это глубже. Выдвину следующую гипотезу. Я отвлекаюсь от своего предназначения, потому что мое нынешнее привычное Я сгорит, растворится и даст место новому большому Я, тому, кем я и предназначен стать. Именно это меня пугает, а этот неосознаваемый страх и вызывает сопротивление призванию. Именно поэтому я отвлекаюсь и этими отвлечениями создаю устойчивую иллюзию ложной идентичности с маленьким и ограниченным Я.
Вот как Юнг пишет о пути к себе. «Путь к себе кажется невозможно трудным, столь трудным, что практически всё кажется предпочтительнее этой пытки. Некоторые предпочтут даже любить людей из за страха к самим себе. Я думаю, что некоторые совершат преступление, чтобы выбрать раздор с собой. Потому я цепляюсь за все, что препятствует моему пути к самому себе».
По Юнгу, и это согласуется с многими духовными учениями, наше нынешнее Я, подобное старому королю, должно дать место новому Я, значимо более сильному и масштабному, божественному и бесконечному. Любое творчество и призвание - это добровольное принесение в жертву этого ограниченного и привязнного к тюрьме своих привычек старого Я. Дать место творчеству значит дать место потоку любви, смывающему любую индивидуальность и ограниченность.
Близкое, но немного другое объяснение мы находим у Роберта Джонсона. Он пишет, что для человека намного сложнее вытащить из тени свой потенциал и возможности, чем признаться в недостатках. Парадокс, но принять комплимент часто сложнее критики. Легче признаться в том, что внутри тебя живет неприятный демон, чем ангел, наполненный светом. Увидеть Будду в себе страшнее, чем ужасного тирана. Возможно, мы боимся обнаружить золото тени, чтобы не раствориться в его свете.
Вот как это описывает Юнг «Твоя жажда удовлетворяется в тебе. Тебе не предложить Богу более драгоценной жертвенной пищи, нежели себя самого. Когда пламя твоей жадности пожрет тебя, и ничего от тебя не останется, кроме пепла, ничто в тебе не было устойчивым. Но пламя, которым ты себя поглотил, многое осветило. Но если ты бежишь от своего огня в страхе, ты опаляешь ближнего, и пылающее мучение твоей жадности не может угаснуть, раз ты не желаешь себя».
Тогда прокрастинация своего предназначения является сопротивлением нынешнего Я приходу божественной Самости. В ней можно увидеть конфликт между тягой к призванию-растворению и страхом этого призвания, растворения, страхом ослепляющего света природы ума.
Автор: Станислав Раевский
Юнгианский аналитик, сопредседатель Московской ассоциации аналитической психологии (MAAP), директор Института креативной психологии.
_
А вам знакома прокрастинация предназначения? Отзываются ли вам предложенные здесь объяснения?