Когда-то меня очень раздражала жизненная позиция: "Ну, как Бог даст". Мне были ближе максималистские установки из серии "хочешь - значит, сможешь" и "невозможно" - слово неудачников".
И, с одной стороны, брать ответственность за свои действия нужно. У Бога нет рук, кроме человеческих. Под лежачий камень вода не течет. Но, с другой стороны, если верить, что ты абсолютно всем управляешь в своей жизни, можно здорово обжечься о реальность, да и с ума сойти от тревоги, переживая всякий раз, когда "всесильному-тебе" вновь не удастся подмять реальность под себя.
С приходом в христианство меня значительно "отпустило" на этот счет. И продолжает "отпускать".
Господь с улыбкой смотрит на наши попытки создать иллюзию контроля с помощью тревожных мыслей. "Ну как, получилось?", - смеется Он, "кто из вас, беспокоясь, может продлить себе жизнь хотя бы на один час?!" Мф 6:27
В какой-то момент Господь может нас и щелкнуть по носу, чтобы мы перестали во всем полагаться только на себя. Может допустить такую ситуацию, где все наши ухищрения и продуманные стратегии не принесут плодов. Чтобы мы наконец признали, что Он сильнее нас, и только с Его помощью мы можем чего-либо достичь.
Например, вспомним Иакова, праотца 12 колен еврейского народа. Он был тот еще плут, правдами и неправдами добивавшийся своего (по одной из версий его имя значит "тот, кто ставит другому подножку/устраивает подставу").
Бог еще до его рождения решил, что именно Иаков унаследует благословение от Авраама и Исаака. Но Иакову понадобилось сначала шантажом "купить" право первородства у старшего брата, а потом обманом получить благословение от отца. Не верил Иаков, что Господь как-нибудь и без его мутных схем сможет осуществить обещанное.
Ни горький жизненный урок от перехитрившего его зятя Лавана, ни многократные обещания Господа позаботиться о нем не отучили Иакова от привычки полагаться на свою смекалку вместо Бога. И вот, когда после 20 лет отсутствия он возвращается в свою землю, он снова беспокоится. Трижды обещал ему Господь (Быт 28, 31, 32), что земля будет его, но Иаков боится мести обманутого брата и продумывает очередные "схемы": в каком порядке отправить дары брату, как расставить жен и детей, как спрятаться подальше самому.
Ночью к нему приходит Некто, и они борются до рассвета. На рассвете Некто неожиданно меняет тактику, одно прикосновение - и бедренная кость Иакова навсегда выскакивает из таза. Только в этот момент Иаков признает свое бессилие перед Богом, и умоляет Его о благословении. (Быт 32:24-28)
После схватки Иаков идет навстречу брату уже впереди своего каравана, потому что понимает тщетность попыток просчитать наперед, что произойдет. И встреча проходит мирно.
Вся эта сцена борьбы Иакова с Некем - метафора*** того, как мы иногда спорим с Божьей волей. Он может позволить нам настаивать на своих методах какое-то время, и Он даже хочет видеть, что мы боремся. Но настоящая победа случится тогда, когда мы признаем, что без Его благословения мы бессильны.
И когда мы признаем, что Всесильный тут Бог, а мы так, люди, нам становится проще уживаться с непредсказуемостью жизни. Мы делаем то, что в наших силах, и доверяем Богу распорядиться тем, что вне наших сил. Это чем-то напоминает стоическое "делай что должен, и будь, что будет", но у стоиков за "будь что будет" отвечает равнодушный Логос, а у христиан - любящий Бог.
Здесь, конечно, важно сделать оговорку, что Бога больше интересует благополучие нашей души, чем мирское и материальное благополучие. Но если мы соглашаемся внутри себя, что для нас спасение души тоже важнее всего, то причин не доверять Богу у нас нет. А значит, нет причин и тревожиться.
---------------------------
***Если вы привыкли к другой трактовке, не спешите возмущаться. :) Герменевтика этого отрывка считается одним из самых сложных мест в Писании, и толкования очень разнятся. Помимо упомянутой мной версии (Сперджен), экзегеты толкуют эту схватку и как борьбу духа и плоти (МакДональд, Лопухин), и как аллегорию будущей борьбы еврейского народа за выживание (раввины), и даже как разделение евреев на уверовавших [здоровая нога] и не уверовавших в Христа [больная нога] (Августин).
