Я люблю поесть, но из-за особенностей здоровья большую часть блюд, доставляющих радость человечеству, мне нельзя.
В детстве деспотичные врачи и мама запрещали есть абсолютно всё, что мне нравилось. Как тогда казалось: из-за природной вредности и коварства.
Но находились добрые души, которые покупались на голодный взгляд ребёнка, устремлённый на витрину со всякой восхитительной «гадостью» и периодически подкармливали «несчастную девочку» чипсами или сухариками, как старушки подкармливают бездомных котика.
Последствия доброты были катастрофические: к вечеру «котёнку» становилось плохо, и всю неделю мама героически его откачивала, отдавая за лечение большую часть зарплаты.
Жизнь казалась чудовищно несправедливой, мама – контролирующей каждый «чих» – хотя после того, как я периодически весело уезжала на скорой, сейчас поражаюсь бесконечному терпению и смирению этой женщины. Как она до сих пор меня не убила – загадка покруче Бермудского треугольник.
Но сейчас рассказ не об этом.
«Вырасту – буду есть в ресторанах. Мне будет можно всё», – мечтала я, провожая завистливым взглядом пиццу и гамбургеры, которые благополучно перекочевывали в чужие рты.
Я выросла, съехала от мамы, вышла замуж за парня, который тоже обожает вкусненько покушать. Образовался любовный треугольник: я, он и еда, где все трое, вопреки большинству подобных лав-стори, абсолютно счастливы и влюблены друг в друга ошалелой, можно сказать, безумной любовь.
Почти каждый вечер, мы заказывали ужин из ресторанов и проводили время лениво наслаждаясь его выбором, – что хочется сегодня суши или пиццу? Не, не, на прошлой неделе брали. Тянет на экзотическое? А может, соизволим отведать жареных креветки? Или салат из диковинных морепродуктов?
Нет, всё равно скучно, давай искать новый ресторан, где нас удивят неизведанным гастрономическим приключением. Его поиск становился квестом, а блюда, что раньше считались праздничным деликатесом – повседневными и немного пресными.
Мы набирали килограммы и превращались в двух привередливых котиков-гурманов, уверенных в том, что еда – не просто необходимость, а изысканное развлечение.
Та пицца и те гамбургеры, что казались мечтой в детстве, вызывали лёгкое недоумение – неужели это когда-то было для меня символом золотой жизни без запретов?
Сейчас у меня вновь пошатнулось здоровье. Старые болячки залечены, но появилась новая – возникшая, что удивительно, не из-за нашего образа жизни, но неприятная.
Первые три с лишним дня пришлось голодать, затем врачи великодушно разрешили каши на воде и пюрешки «Фрутоняня» для младенцев. По несколько ложек за приём пищи.
Сейчас главной гастрономической мечтой кажется кусочек поджаренного хлеба. Он мерещится мне ночами и не даёт заснуть. Я готова драться за тост и плакать, когда другие жуют поджаренный черный хлеб.
В глубине души есть подозрение, что эти люди надо мной издеваются (нет, но голодному ребенку внутри это не объяснить).
Вслушайтесь: моя жизнь неполноценна… без сухарика.
Вот будет у меня тост с маслом – настанет блаженство, гармония, почти нирвана. Сейчас кажется так.
А ведь этот рассказ не про еду.
С другими мечтами также. Жизнь была неполноценна без первой книги. Писатель без книги – сапожник без сапог. Потом без второй – ведь нужно закрепить успех, возможно, в первый раз подфартило.
Без парня. Появился парень, взаимная любовь? Но это ведь не муж! Появился муж – где твой стабильный заработок?
Добилась и этого – тоже мне невидаль, просто достигла всеобщей нормы!
Лучше подумай, как можно чувствовать себя круто, живя в квартире с «бабушкиным ремонтом».
Нужно сменить всю мебель, а это дорого-о-о...
Недавно мне завезли новую мебель. Я не знаю, без чего не смогу жить дальше, и к чему нужно будет стремиться, чтобы жизнь стала казаться полноценной.
Но пока моя мечта – жареный хлеб, сулящий бесконечное счастье. А что «заветный сухарик» сейчас для вас?
