Если вы думаете, что речь идет о какой-нибудь маргинальной семье или же с либеральными завихрениями головного мозга, то ошибаетесь. Никакая это не Франция и не распущенная Америка, это вполне себе консервативная семейная пара из российской глубинки, которая приняла послабление к пристрастиям мужа - по снисхождению, вполне обоснованному духовной жизнью. Парадокс? Отнюдь. Скажу сразу: 52-летняя Татьяна - человек православный, церковный, мать двух взрослых сыновей. Ее супруг (повенчаны в Соборе А. Невского) 55-летний Леонид тоже человек верующий. Возможно поэтому они дали мужниной слабости христианское объяснение. Не может муж иначе, значит, нужно снизойти к его слабости. Хуже будет для всех, если после 23 лет брака начнутся потрясения, связанные с разводом.
В желаниях мужа "ходить на сторону" Татьяна винит не только Леонида, но и себя. Потому, что именно она когда-то совершила непростительную глупость и повезла супруга на Кольский полуостров к "знаменитому" экзорцисту иеромонаху К. , который занимался отчитками одержимых бесами.
Пятнадцать лет назад Леонид сильно прикладывался к бутылке. По женщинам не ходил. Был, скорее, к ним безразличен. Много работал, много пил. Татьяна боролась с пагубной привычкой мужа. Она была по натуре лидером. Из тех, кого называют "первыми". Всегда активна, в прошлом пионерка, комсомолка и член партии, первый секретарь комсомольской организации в институте, зам.первого секретаря партийной ячейки на предприятии. Повсюду - первая. Когда открылись церкви и "закрылась" партия, Татьяна первая пошла в храм, точно так же, как раньше, активно отвоевала в церкви пространство, стала ходить на службы, не пропускала проповеди, вошла в актив прихода. И поняла, что она в родной стихии - приходская жизнь напомнила ей жизнь в комсомоле. Теперь она ходила по руководителям района и пробивала деньги под церковные мероприятия, возила православную молодь на экскурсии (паломничества) в другие регионы. Помогала прихожанкам налаживать личную жизнь, сводила одиноких, регулярно исповедовалась и причащалась у настоятеля. В конце концов, заслужила доверие и уважение церковного начальства. О ней знали даже в митрополии. А молоденькие священники ее немного побаивались. Татьяну избрали старостой большого прихода.
Повсюду она добивалась успеха. Кроме семейной жизни - муж продолжал пить. Чем увереннее она строила приходскую карьеру, тем сильнее пил муж. И тогда она стала искать возможность вылечить мужа с помощью церковных Таинств. Приводила бедолагу в храм, когда он помышлял только об одном - как бы опохмелиться. Заставляла его исповедаться и причащаться. Если бы существовала такая "опция" внутри церкви, так она бы сама исповедалась и причастилась вместо мужа - уж она-то знала грехи Леонида больше, чем сам Леонид.
Ничего не помогало. Становилось только хуже. Муж начинал изворачиваться и лгать. Говорил, что он готов пойти в храм на исповедь, если Татьяна купит ему после Таинства бутылку освященного Кагора. Дескать, освященное вино лучше и "сильнее" обычного. И подействует ему во благо. Татьяна сдавалась. Но становилось хуже.
Тогда женщина взяла ситуацию в свои руки. Узнала, где принимает сильный монах-экзорцист, повезла мужа на север, в скит Н-го монастыря, чтобы совершить над Леонидом обряд отчитки и изгнания бесов. Леонид согласился, хотя и выторговал себе несколько бутылок Кагора в дорогу.
Приехали, расположились в местной гостинице. Татьяна договорилась на обряд, заплатила деньги, немалые. Леонида подвергли обряду, повезли домой.
А после этого случилось странное - пить муж бросил напрочь. Но на месте одной страсти поселилась другая - вроде бы не такая болезненная, но не менее сильная и разрушительная для семьи. Леонид стал "ходить по женщинам". Откуда-то проснулась в нем мужская сила, которую Татьяна никогда в муже не видела. До нее стали доходить слухи, что Леонид не стесняется заводить романы чуть ли не внутри прихода, где она работала старостой.
В конце концов, Татьяна поняла, что в новой открывшейся мужниной страсти отчасти виновата она сама. Был тот самый разговор с мужем, во время которого она смиренно сказала: "Хорошо. Пусть будет так. Можешь иногда спать с другими. Только у меня условие: ходи на исповедь и кайся, не приноси в дом болезни и сделай все, чтобы об этом не знали сыновья". Муж дал согласие.