Когда-то давно, когда я работала на реабилитации, один из пациентов рассказывал мне, что в послевоенные годы, когда пацаны жили дворовыми компаниями и у мальчишек были уличные «понятия», существовало такое негласное правило: «настоящая дружба начинается после хорошей драки».
Это когда ты с кем-то оказывался в конфликте и вызывал обидчика на бой. Вы как следует друг друга мутузили, скидывали агрессию, и обнаруживалось, что после этого - опустошенные дракой, измазанные в земле, с синяками и ссадинами - вы становились готовы протянуть друг другу руку, чтобы помочь подняться. И в целом конфликт, как выяснялось, исчерпан, а враги неожиданно чувствовали братскую близость и нередко становились лучшими друзьями.
Я часто вспоминаю эти когда-то услышанные мной слова. И после конфликтов с мужем, и после недопониманий с коллегами и слушая рассказы клиентов. Когда напряжение обиды, злости, фрустрации, мотивирующее начать выяснение, сменяется взаимным признанием ранений и принесением извинений. Когда встречающиеся две реальности находят силы проявиться не удобными и не милыми, выгружают свою боль и злость, а после - оказавшись в крайней степени уязвимости - взаимно признают существование друг друга.
Для меня нет ничего ценнее такой близости. Наверное для меня это даже основной маркёр, можем ли мы развивать отношения с человеком дальше. Ведь если в отношениях мы бесконечно милы и обходительны, значит мы ещё не подошли близко, не задели друг друга плечами, не царапнули случайно чужую кожу неловким движением и не разрешаем царапнуть себя.
А вот там, где мы ударились друг о друга и выдержали это, где ни один не ушёл в жертву, навязывая только свою реальность, но смог расшириться до более сложной конструкции мира, где усилием души и желанием ясности больше, чем быть победителем или побеждённым, мы признали друг друга - там, как мне кажется, начинается настоящая безопасность и не требующая лжи близость.
Психолог Татьяна Фишер
