Ответить Михаил не успел – в этот момент у него зазвонил телефон, и какое-то время он с кем-то разговаривал. А потом вернулся к столу, и на лице его Егор подметил хитрющее выражение.
- Так ты считаешь, что мог бы жениться на бедной простушке, если бы разглядел красоту ее души? – поинтересовался Михаил.
- Ну а почему бы нет? – пожал Егор плечами.
- А доказать это сможешь?
- Это как же? Не могу же я жениться только ради этого, - рассмеялся Егор.
- Не надо обязательно жениться. Докажи, что ты сможешь, к примеру, за месяц в простушке разглядеть золотую душу. Именно в простушке – бедной, то есть.
- Ее еще найти нужно, - неуверенно ответил Егор.
- Сначала скажи, согласен ли ты? – не отставал Михаил.
- Ну, допустим, я бы попробовал. Что мне от этого будет?
- Да все как раньше. Выиграешь – я прокукарекаю на весь свой офис в присутствии кучи народу. Если проиграешь, то признаешь мою правоту – что для брака у таких, как мы с тобой, основную роль играет социальное равенство. Идет?
- Допустим, - снова кивнул Егор, пока еще ни на что не соглашаясь, хоть в нем уже и разгорался азарт. – Повторюсь – где я найду такую?
- Да это самое простое. Я ищу прислугу в свой дом, старую же распустил, когда уезжал надолго. Сейчас мне позвонил агент и сообщил, что на завтра назначил собеседование. Можешь выбрать из кандидаток любую, какая тебе больше понравится. Только, есть еще одно «но».
- Еще что-то? Да ты становишься все более неугомонным, - снова рассмеялся Егор.
- Ты сам на время должен стать нищим. Полюбить тебя избранница должна не за твои деньги, а за широкую душу, - широко и довольно улыбнулся Михаил.
Предложение, конечно, заинтересовала Егора, но он решил уточнить…
- Ты уверен, что это нужно? – с сомнением спросил.
- Абсолютно! – торжественно изрек друг-авантюрист. – Иначе, эксперимент не будет чистым.
На том и порешили. И уже на следующее утро, к назначенному времени собеседования, Егор заявился в особняк Михаила, разодетый в старый и местами дырявый ватник (благо, на улице стояла поздняя осень), в мешковатые штаны на начесе и в спортивную полосатую шапку. Только она, шапка, и была его собственная, все остальное ему пришлось одолжить у местного дворника, заплатив по-царски щедро. А теперь вот он сам перевоплотился в дворника, значит.
- Посторонись!.. – басисто крикнул Егор и метко направил небольшую кучку сухой листвы прямо под ноги очередной претендентки на должность домработницы в особняке Михаила.
А ботиночки-то на ней были красные да лакированные, а тут такой конфуз. И сама она вся одетая с иголочки, при идеальном макияже…
- Ты совсем обалдел?!
А вот рот ей лучше бы не открывать, а то весь лоск моментально потускнел, и из леди девушка превратилась в торговку.
- Ослеп? Не видишь, куда метлой машешь? Придурок! – прошипела не леди, отряхивая свое красное пальтишко в тон ботиночкам, хоть на том и не было ни пылинки. Да и сапожки ее практически не пострадали, а вот нутро она свое выдала с потрохами.
- Нижайше прошу прощения, - склонился артистично перед ней Егор, потешаясь про себя и едва сдерживая смех. Но не леди его даже взглядом больше не удостоила, промаршировав к крыльцу. Только одного она не заметила, как наблюдает за ним из окна хозяин.
- Не видать тебе этой работы, кукла, - пробормотал Егор и принялся дальше мести осыпавшуюся листву. А что, в этой работе даже есть определенная прелесть – не мерзнешь и большую часть дня проводишь на воздухе.
После девушки в красном примерно так же отреагировали на «оплошность» Егора еще две претендентки. И обе они тоже выглядели очень даже симпатично, только вот, все это оказалось шелухой. Все они, не стесняясь в выражениях, тут же напоминали ему, кто он такой есть.
- А ну-ка, Егор, прицел, размах и-и-и залп! – метнул он горстку листьев прямо под ноги очередной жертве. А потом еще и метелку «уронил», чтобы преградила та ей путь.
И так он делал каждый раз – с метелкой-то. И каждая из «жертв» отпинывала, бедную, в сердцах, да еще и с руганью. Егору даже жалко уже было свою метлу.
- Простите… Я мешаю вам работать, - не поверил своим ушам Егор, а потом и увидел, как изящная женская рука в тканевой перчатке подняла с земли метелку и протянула ему. – Я задумалась и не заметила вас.
- Кого? Меня? – смотрел Егор в голубые женские глаза и понимал, что тупит нещадно. Он до такой степени растерялся, не ожидая подобного, что сейчас никак не мог подобрать слова, чтобы хоть что-то сказать, а не моргать наиглупейшим образом.
- Ну, да. Вы тут работаете, а я под ногами путаюсь, - улыбнулась девушка, отчего ее щеки украсили две очаровательные ямочки.
Да она же просто прелесть, какая хорошенькая! И вся такая натуральная. Пальтишко на ней простенькое и далеко не новое. На голове вязаная шапочка, из-под которой выбиваются русые пряди. Глаза большие и цветом напоминают небо в ясный летний день. И, кажется, на ней совсем нет косметики.