Мистические рассказы

Рассказы людей о домовых. Текст не редактировался. Занимаясь этой подборкой, обратила внимание, что одни видят домовых, как пушистых существ, а другие, как маленьких старичков с бородой. Интересно, это разный облик домовых или разные виды? Немного ознакомившись с темой, пришла к выводу, что пушистый обитатель дома - это Барабашка, проказник. А Старичок с бородой- это домовой, хранитель дома. Виктория Татаринцева Со мной работала сотрудница. Она рассказывала историю из своего детства. Они переезжали всей семьёй в другой дом...

Вхолостую исходив избу, слыша все тот же про­клятый писк, Иван сунулся за дверь, оглядел с фона­риком и сени, и казенку, и даже ограду с палисадником. Ничего не обнаружив, раздраженный вернулся в избу. – Но, елки-моталки, уже ночь-полночь, а мы все не спим!.. И что это за бома* пищит? (*Бома – нечистый.) – А по-моему, из-под пола доносится, – вслух подумала Ирина. – Надо, отец, в подполье ­глянуть. – Вот сама и гляди, а мне уже надоело все, – махнул рукой Иван, устраиваясь спать в детскую кроватку, поджимая ноги и гадая, что лучше укрыть коротеньким одеяльцем, – ноги и ли голову...

В 1970‑х годах в деревне Ветлянка (название изменено) Курганской области начали происходить странные события. Всё началось с того, что у старосты деревни, деда Прохора, пропали три курицы. Их не просто украли — птицы были растерзаны, а вокруг двора валялись перья...

Глухой октябрьский вечер опускался на тайгу, словно тяжёлое шерстяное одеяло. Воздух, пропитанный запахом прелой хвои и болотной сырости, становился всё гуще, а тени между вековыми елями — всё длиннее и причудливее. Александр, сбившийся с тропы ещё на рассвете, уже не надеялся найти ночлег до наступления темноты. Его сапоги хлюпали по вязкой почве, каждый шаг отдавался глухим эхом в безмолвном лесу. Он шёл уже пятый час, ориентируясь лишь по едва заметным затёсам на деревьях, оставленным неизвестными проводниками...

- Не понял, а это кто к нам еще ломится? – удивленно сказал Андрей, посмотрев в сторону калитки. – Мы вроде никого не приглашали. Лена повернула голову и уставилась на калитку, которая почему-то пошатывалась, будто кто-то пытался её отрыть со стороны дороги. Хотя, если честно, не пошатывалась, а чуть ли не «ходуном ходила». И что самое удивительное: калитка была невысокая, и если бы кто-то из местных к ним «ломился», то его было бы хорошо видно. А в тот момент за калиткой никого не было. Но при этом кто-то пытался её открыть...

В пантеоне греческих богов царил шумный и страстный хаос: Зевс метал молнии, Гера ревновала, Арес жаждал крови, а Афродита сеяла любовь. Но над этим всем миром, высоко, в недосягаемых чертогах, царила тишина. Здесь, в полном молчании, вершили свой суд три сестры, перед властью которых склонялись все — от смертных до самого Громовержца. Их звали Мойры — неумолимые богини судьбы. Представьте себе огромный прядильный станок, на котором производится полотно всего сущего. Каждая жизнь — это отдельная нить, переплетающаяся с другими...

Пробуждение вышло не самое приятное, хотя приятных пробуждений я не помню, даже в детстве. Голова болит, желудок крутится, словно глобус вокруг оси. Я скинул одеяло и просто лежал так немного, чтобы утренний холод пробудил и отрезвил мой насквозь пропитанный алкоголем организм. Полежав ещё так минут десять, я встал наконец с кровати, прошёл на кухню, налил стакан воды, выжал туда лимон, выпил и пошёл в ванную. Приняв контрастный душ, я не стал вытираться, а голый и мокрый пошёл обратно на кухню. На плите стояла сковорода, из нее пахло жареным, я снял крышку и посмотрел на содержимое...

- Подождите… Как это он съехал?! – Алена ошарашенно смотрела на соседку, отказываясь верить в то, что только что услышала. – Он не мог этого сделать! - Почему не мог? – удивилась бабушка. – Его тут больше ничего не держит. Зачем ему оставаться? - А как же котенок?! ***** Алена вышла из подъезда, посмотрела на часы и не спеша пошла вдоль многоэтажки в сторону остановки. Она только вчера сняла квартиру в этом районе и была на седьмом небе от счастья, что ей попался такой удачный вариант. Во-первых, дешевле, чем в среднем по городу...

Новое жилье Лизы состояло из шестнадцати квадратных метров, пахнущих старым деревом, вареной картошкой и вечно подтекающим краном на кухне. Квартира в хрущевке на окраине города была точной противоположностью стерильной роскоши ее прежней жизни. И в этом был ее главный кайф! Хотелось, чтобы ничего не напоминало о прошлой жизни. Денег после оплаты первого месяца и задатка оставалось в обрез. Но даже эти последние крохи Лиза решила потратить не только на макароны и дешевые сосиски, но и на обустройство своего логова...

Пролог. Он пришел ко мне поздно вечером и напоил сладким дурманом. Затем он взял меня за руку и сказал идти за ним. Я не сопротивлялась. Я знала, что это бесполезно. Он что-то тихо шептал мне на ухо, но я не слушала, мне достаточно было прикосновения его руки, одного лишь его прикосновения. Мне неинтересно было знать, кто он и откуда взялся. Он пришел, все остальное не имело значения. Я плохо видела его силуэт. Перед глазами была какая-то занавесь из светло-фиолетового дыма. Пожалуй, это был тот самый дурман...

Он вышел из темноты. Худой, бородатый, с лихорадочным блеском в глазах. В руке что-то блеснуло. Нож. - Ты всё-таки ответила, - сказал он. - Я знал, что ответишь. Я стояла на пустыре за посёлком. Одна. Без оружия. Телефон в кармане, но что толку. Он же рядом. В трёх шагах. Как я здесь оказалась? Как моя нормальная жизнь превратилась в этот кошмар? А ведь всё началось с обычного звонка. *** Три недели назад я ещё была нормальным человеком. Алина Мельникова, двадцать девять лет, маркетолог в компании «НексТех»...