Изгнанный с ложа
— Ты забываешь, кто здесь царица, — сын Боголюбского слушал голос Тамары, тихий и ровный, но сейчас он буквально крушил каменные своды дворца. Женщина стояла у окна в тот холодный день 1187 года, не оборачиваясь, лишь пальцы, сжимавшие край подоконника, выдавали ярость, которую она привыкла скрывать. — Я призвала тебя в свою страну, дала войско, славу, имя. А ты позоришь мой трон. Юрий Андреевич криво усмехнулся, опершись рукой о резную колонну. Он был красив той грубой, воинской красотой, которая понравилась грузинским вельможам, когда жениха своей царице...