Ольга Брюс

Дверь поддалась и открылась с тихим, едва заметным скрипом. Они были там. На широкой кровати с измятым покрывалом. Я вошла в тот самый момент, когда всё было уже предельно ясно. Моё появление не было громким — я просто шагнула в комнату, и пространство вокруг меня словно замерло. Первым меня заметил Макс. Его лицо, еще секунду назад расслабленное и довольное, вдруг исказилось, став похожим на каменную маску. — Мира? — произнёс он еле слышно. — Ты? Что ты здесь делаешь? Ника взвизгнула и судорожно потянула на себя одеяло, пытаясь скрыться под ним с головой...

На следующий день я отпросилась с работы пораньше. Приехала к дому свёкра за полчаса до предполагаемого визита «любящей дочери». Припарковалась подальше, за густыми кустами сирени, и стала ждать. Ждать пришлось недолго. Вскоре к подъезду плавно подкатил белоснежный кроссовер Яны. Она вышла из машины — вся такая холёная, в дорогом пальто, цокая каблучками по разбитому асфальту. Стоило ей скрыться в подъезде, как я, накинув капюшон, почти бегом бросилась следом. Я поднялась на площадку этажом ниже и замерла...

Витя стоял у окна кухни, нервно потирая ладони о штанины домашних брюк. Он не смотрел на меня, и по его напряжённой спине я сразу поняла: сейчас будет тяжёлый разговор. — Дорогая, прости, но нам придётся пожить на твою зарплату. Некоторое время... Я даже не вздрогнула. Я ждала чего-то подобного. Своего Витю я знала как облупленного — все двадцать пять лет нашей совместной жизни он был человеком редкой порядочности. Знаете, когда мы в молодости мечтаем о мужьях, мы всегда рисуем себе образ честного, благородного рыцаря...

– Вы? – пронзила пожилую женщину внезапная догадка. – Вы – Даша? Боже мой, я ведь даже не спросила вашего имени. Её затрясло так сильно, что Ксения испугалась, вдруг с ней сейчас случится приступ. Она бросилась к побледневшей хозяйке дома, но, спохватившись, обернулась к Константину: – Там кто-то был ещё в доме, позови кого-нибудь срочно! Потом взяла женщину за руки: – София Карловна, где ваши лекарства? Вам плохо? Может быть, вызвать скорую помощь? – Даша… – слабым голосом произнесла та. – Нет-нет,...

Герман пришел в себя после операции и понял, что ему очень сильно хочется пить. Стоило мужчине пошевелиться, как сидевшая рядом медсестра вскочила и подошла к кровати: — Здравствуйте. Как вы себя чувствуете? Хотите пить? Герман слабо кивнул: — Да… Медсестра поднесла к его губам трубочку с раствором: — Осторожнее, маленькими глотками, не больше двух-трёх. Много нельзя сразу после операции. У нашей Лилии Родионовны очень легкая рука, уже через пару дней будете как новенький. Она сейчас делает обход, скоро к вам заглянет...

— Долго ещё? Я лапок не чувствую от холода! — Оникс сидел рядом на пассажирском сиденье, нахохлившись и вздрагивая всем своим крошечным тельцем. Он выглядел сейчас не как величественное небесное создание, а как воробьишка, попавший под ледяной дождь. — Потерпи, дорогой, — убеждала я своего спутника, потирая замерзшие ладони. — Скоро он выйдет, и мы поедем за ним. — Я уже жалею, что сразу тебе всё не рассказал, — проворчал Оникс, пытаясь засунуть озябшие лапки поглубже под крылья. — Это спасло бы меня от этой мерзопакостной прозяблости...

– Опа-чки-и-и! Какая тё-о-олка! – в магазин ввалилось трое мужчин в камуфляжных костюмах, и небольшое помещение сразу наполнилось шумом и громкими возгласами. – Вау! Откуда такая красота в этом захолустье! Как тебя зовут, моя прелесть? Дарья сразу поняла, что это охотники, но не местные, а приезжие, поэтому ведут себя так нагло и вызывающе. Она отстранилась, когда один из них едва не перевалился через прилавок и протянул руку, чтобы схватить её. – Здравствуйте, – вежливо сказала Дарья, надеясь, что мужчины успокоятся, и конфликта удастся избежать...

Веру Ивановну искали почти два дня. Нашли в лесу, на опушке. Она лежала на траве лицом вниз и рыдала так, будто волки воют. Подойдя к ней, мужчины и женщины подумали, что она оплакивает мужа, прося у него прощения. — Виновата я, родной мой!! — всхлипывала Вера, разбивая костлявыми кулачками землю. — Никогда себе этого не прощу! — Чего это она? — шептались бабы, уставившись на содрогающееся тело Веры. — Он же от пьянки помер, она-то тут при чем? — Кажись, подлила ему чего-то, вот и мается. А ну, Вера, вставай, подымайся, а то вся застудишься… Привели её домой, уложили в койку...

— Доброго здоровьица, хозяйка! А где мужик твой? В дверях прихожей стоял сосед. Я всё никак не могла привыкнуть, что в этой деревне люди могут зайти друг к другу без стука, без окрика — такие у них порядки. Мы с мужем Данилой недавно переехали из райцентра и только начали обживаться на новом месте. — Доброго дня тебе, сосед, — вежливо поздоровалась я. — Так муж мой ещё на работе. Время-то ещё раннее. Сосед почесал затылок. — Слушай, так он у меня лестницу брал, стремянку. Не вернул. Может, ты посмотришь? — Конечно, посмотрю...

«Амадей» встречал меня привычной выходной суетой. Я шла по знакомым магазинчикам, ловя свое отражение в зеркальных колоннах. Каждое следующее заведение казалось интереснее предыдущего. Я никуда не торопилась. В эти минуты одиночества я чувствовала себя по-настоящему свободной от бытовых хлопот и бесконечного списка дел. — Мира! — вдруг донеслось откуда-то сбоку. Я вздрогнула и остановилась возле витрины с изящными фарфоровыми статуэтками. Кто мог звать меня здесь? Осмотревшись по сторонам, я увидела...

Семён выбрался из постели, быстро оделся, отыскал смятую пачку сигарет и сделал глубокую затяжку. Катерина молча наблюдала за ним с постели и губы её дрожали от обиды. – Катя, ну прости! Я очень хочу, но не могу воспользоваться тобой. Я же не животное и всё прекрасно понимаю. Ты сейчас из-за Артёма в таком состоянии, что просто не осознаёшь, что делаешь. Если я пересплю с тобой, ты потом очень об этом пожалеешь. К тому же у тебя есть муж. – Он тоже не хочет меня, – невесело рассмеялась Катя. – Я вообще никому не нужна...

— Зачем ты пришла? — Проведать. Чего здесь такого? Проезжала мимо, решила заехать. Я ведь никогда не была на твоей работе! Решила сделать мужу сюрприз, заглянув на завод, где он работал начальником отдела контроля, но он совсем не оценил мои старания. — Дорогая, у нас серьёзное предприятие, — продолжал возмущаться он, — и если наш начальник тебя здесь увидит, он меня за это по головке не погладит, ты это понимаешь? Как ты вообще проскочила проходную? — Очень просто, между прочим, — отвечала я. — Сказала, что я жена Богатырёва Андрея Егоровича, он меня тут же пропустил...