Грешница

Костя и Даша шли по лесной тропинке, наслаждаясь свежими красками и неповторимым ароматом июньских дней. Утро стояло чудесное: солнце только что поднялось над горизонтом, его первые лучи пробивались сквозь густые кроны деревьев и рассыпались мозаикой по мягкому мху и ещё не высохшей от росы траве. Лёгкий ветерок теребил молодые листья и лес отзывался ему мягким приглушенным шёпотом. Даша остановилась и глубоко вдохнула лесную прохладу: – Это просто земной рай! – сказала она и вдруг призналась: – Знаешь, Костя, я так не хочу возвращаться в город...

Не сразу успокоилась Ольшанка после всех потрясений. А когда вырывающегося и воющего Алексея повели в машину, ко двору Дарьи сбежалась, наверное, вся деревня. Но она сама из дома так и не вышла. Больше всего на свете Даша боялась снова встретиться глазами с Алексеем и прочитать в них свой приговор, который пока откладывался на никому неизвестный срок. Но вот задержанного увезли, и Гаврилов тоже направился к своей машине. За ним двинулись ольховские охотники. — Расходитесь уже! Чего ты пораззявили?...

От охватившего его потрясения, Гладышев заорал так, что рука Алексея дрогнула и топор с шумом разрезал пустой воздух там, где только что стоял Сергей. А он сам, напрочь забыв о Дарье и своём обещании защищать её любой ценой, перемахнул низенький забор, отделявший соседский участок, и уже мчался прочь от её дома, топча чьи-то грядки и не разбирая дороги. Единственным желанием Гладышева было убраться отсюда, спасти свою жизнь, которой он дорожил больше всего на свете. Его терпение закончилось. Больше он ни за что не хотел оставаться в этой деревушке, где столько всего натерпелся...

- Ох ты ж твою... - выдохнул Семен и невольно отступил назад, но потом снова шагнул к Катерине, двумя пальцами нащупал сонную артерию и замер. Ничего. Тогда он чуть придавил кожу женщины и тут же почувствовал мягкий, едва различимый удар. Потом ещё один и ещё. Сердце Катерины медленно, но билось. Она была жива, а её отправили в морг, не убедившись в этом. Крепко выругавшись в адрес нерадивых врачей, Семен бросился к телефону, а когда ему ответили, заорал в трубку: - Вы кого мне привезли?! Быстро...

Не дослушав доктора, Анна покачнулась и упала бы, если б не схватилась рукой за стену. - А? Что вы сказали? - Я говорю, мне очень жаль, что вы никогда не прислушиваетесь к рекомендациям врачей, потому что это приводит вот к таким ситуациям, как с вашей дочерью. Мне принесли данные, с которыми она лежала на сохранении, и её анамнез требовал круглосуточного наблюдения за её здоровьем. Однако Екатерина написала отказную и отправилась домой, извините меня, в деревню, рискуя жизнью не только ребёнка, но и своей собственной...

Дверной звонок верещал не переставая, но Алина не спешила открывать дверь, догадываясь, что это вернулся Вячеслав, не сумевший сесть на поезд без паспорта. А он, окончательно взбешённый её поступком, принялся колотить по двери руками и ногами: – Алина!!! Я знаю, что ты дома! Открывай! Или я выломаю сейчас эту дверь к чёртовой матери! – Открою, если ты успокоишься, – донёсся до него строгий голос девушки. – Я не хочу разговаривать с тобой, когда ты в таком состоянии. – Просто отдай мне паспорт, – прорычал Вячеслав...