Право на любовь. Грешница - 2

Вода бурлила и пенилась, когда окончательно обезумевший от страха Саушка вцепился в девочку цепкой хваткой, подминая ее под себя. Анюта уже не сопротивлялась - силы оставили её, она только слабо хватала ртом воздух, уходя под воду с каждым новым рывком захлёбывающегося безумца. Олег подплыл первым, сзади, и, обхватив Саушку одной рукой за шею, рванул его на себя, размыкая сцепленные пальцы. Саушка замычал, забился, но Олег держал его крепко, оттаскивая от девочки. — Толя! Держи его! — крикнул Олег, подталкивая брыкающееся тело Саушки Анатолию...

Ксения быстро привыкла к новому укладу жизни. В доме Дарьи ей всё было привычно и знакомо, и новые жильцы – Наталья и Анюта нисколько не мешали ей, даже наоборот. С ними ей было как-то спокойно и даже уютно, как будто Наталья была её родной сестрой, а неунывающая Анюта – родной племянницей. Наталья была женщиной тихой и доброй. Она не могла говорить — немая от рождения, — но глаза её говорили больше любых слов. Сначала Ксения смущалась, не зная, как общаться, но очень скоро научилась понимать её жесты и мимику...

Даша отступила спиной к двери, чувствуя, как слащавый взгляд Олега ползёт по её фигуре. Он уже протянул к ней руки, намереваясь обнять, но она резко оттолкнула его и повернулась к Анатолию. – Толя, – сказала она твёрдо, глядя ему в глаза. – Скажи своему другу, чтобы успокоился. Я пришла поговорить с тобой о Ксении. Анатолий молчал, опершись плечом о косяк. Взгляд его был мутным, но в глубине зрачков теплилось что-то живое. Даша сделала шаг вперёд. – Толя! Ксения любит тебя. Я знаю это. Но она гордая, понимаешь...

Ксения долго стояла перед дверью палаты, собираясь с духом. Вся эта больничная атмосфера давила на неё, а острый запах лекарств и хлорки не позволял вдохнуть полной грудью. Она сжимала в руке пакет с гостинцами для Константина, но никак не могла решиться переступить порог палаты и увидеть его. Наконец, выдохнув, она толкнула дверь и вошла. Костя лежал на койке у окна. Он был бледен, под глазами залегли тени, но, увидев её, он попытался улыбнуться. Улыбка вышла слабой, почти жалкой. – Ксюша, – сказал он тихо...

Утром Ксения проснулась от настойчивого стука в дверь. Она лежала на узком диванчике в подсобке магазина, укрывшись старой курткой, и несколько секунд не могла понять, где находится. Выпила она вчера совсем немного, но голова гудела, а в висках пульсировала тупая боль – сказалась бессонная ночь, проведённая в слезах и злости. Стук повторился. Кто-то барабанил ладонью по деревянной двери, и голос, тонкий и детский, звал: – Тётя Ксюша! Вы там? Откройте, пожалуйста! Ксения узнала голос. Это была Анюта Орлова, приезжая девочка, которая со своей мамой Наташей жила в Дарьином доме...