Вот и закончился этот рассказ. Надеюсь, он подарил вам много хороших и добрых эмоций. Оставайтесь со мной и дальше. Говорят, здесь иногда появляются неплохие истории.
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
Поддержать канал денежкой 🫰
На следующее утро просыпаюсь другим человеком.
Протираю глаза, прислушиваюсь к себе и не могу понять, почему внутри так тихо. Даже хмурюсь от неожиданности. Никаких мыслей, только чистое, незамутнённое спокойствие. Лёгкость во всём теле, хочется соскочить с кровати и куда-нибудь идти.
Вернее, не куда-нибудь, а на работу. Сегодня рабочий день, между прочим.
Вот что случается, когда наконец сбрасываешь прошлое с плеч.
Наверное, именно так чувствует себя человек, который годами таскает на спине огромный рюкзак с камнями, а потом вдруг снимает его – и сначала даже не понимает, почему так легко дышать и почему тело будто становится невесомым.
Даже кофе кажется вкуснее обычного, и утренние пробки не раздражают. Смотрю на серое небо и вижу проблески голубизны.
Кто бы знал, какие тяжёлые эти старые обиды, если постоянно носить их с собой. А уж драма… она вообще как огромный булыжник на шее. Ты вроде живёшь, ходишь, работаешь, смеёшься иногда, но всё время тащишь его за собой. И только когда отпускаешь, понимаешь, сколько сил уходит просто на то, чтобы не рухнуть на землю под этим грузом.
Даже досадно становится, ведь я пять лет отравляла себя тем, что давно должно было превратиться в далёкое воспоминание. Наверное, каждому человеку требуется определённое время и стимул, чтобы отпустить то, что болит.
Я целый день на подъёме, даже не раздражаюсь, когда компьютер в очередной раз зависает в момент заполнения карты.
– У тебя сегодня подозрительно хорошее настроение, – усмехается Лина.
– Когда выспишься, весь мир выглядит по-другому.
– А-а-а, – протягивает она с понимающим выражением лица. – Так ты выспалась! Всё понятно. Скажешь, с кем?
– Представь себе, одна.
В этот момент в ординаторскую заходит бабЗина, окидывает меня внимательным взглядом и прищуривается.
– Женечка, я смотрю, ты сегодня прямо летаешь туда-сюда. От чего у тебя такое хорошее настроение? Поделись со старой женщиной, может, я тоже порадуюсь.
– Жене кто-то помог хорошо выспаться, но она не хочет делиться с нами новостями, – жалуется Лина.
– Ну так это ж хорошо, милая моя, – одобрительно кивает бабЗина. – Надеюсь только, что ночь была не со столичным сморчком.
– Нет, не с ним. – Смеюсь.
– Вы заметили, сморчок-то наш пропал уже, – продолжает бабЗина. – Посветил здесь немного наш московский светила и сгинул куда-то. Не иначе как его отправили светить в другое место.
Воронова никуда не отправили, а отстранили от работы до прохождения медкомиссии, он сказал мне об этом ночью. Официально объявили, что у него отпуск на переезд из Москвы. В таких делах обычно быстро расползаются слухи, а в этот раз ничего. Если бы что-то говорили, бабЗина бы узнала первой, она такая, самый лучший проводник слухов в природе.
Может, ещё слишком рано. В том, что к этому отнесутся серьёзно, я уверена.
– У твоего знакомого, который помог тебе выспаться, есть друг? Потому что если есть, познакомь меня срочно. Я тоже хочу так улыбаться, – говорит Лина.
Мы смеёмся, потом она уходит, а я думаю о том, что у мужчины, который всегда помогает мне улыбаться, действительно много друзей. Однако не факт, что Дима захочет со мной разговаривать после вчерашней сцены.
Улыбка медленно гаснет.
За прошедшую ночь и сегодняшнее утро я пришла к важному выводу, что мне необходимо поговорить с Димой начистоту. Не прятаться за гордостью и не изображать равнодушие, а сказать правду. Да, у нас были ни к чему не обязывающие отношения, никаких драм и обязательств.
Однако Дима делает меня счастливой, и я влюбилась в него как девчонка.
Даже если он посмеётся надо мной… даже если сразу откажет… я всё равно должна сказать ему правду. Признаться, что мне с ним очень хорошо и я хочу большего. Что с ним я впервые за много лет снова почувствовала себя живой.
Где-то глубоко внутри теплится надежда, что Дима мне не откажет. Не приходил же он ко мне ночью, чтобы вернуть ключи?!
У них с друзьями сегодня снова футбольный матч. Я приеду туда после работы, а после матча поговорю с ним начистоту.
Эпилог
Когда я прихожу на матч, меня накрывает ощущением дежавю.
Тот же запах резины, искусственного газона и кофе. Те же голоса, смех, перекрикивания через всё поле. То же тревожное ощущение прошлого матча, на котором я увидела его с блондинкой.
Почти сразу нахожу взглядом Диму. Он стоит ближе к центру поля среди игроков и знакомых, в чёрной форме, с растрёпанными после разминки волосами, и о чём-то спорит.
Сажусь на трибуне. Ощущаю, как внутри всё дрожит от волнения, однако решение уже принято, и я не отступлю. Что бы я ни увидела сегодня, даже если он снова будет с кем-то флиртовать, я всё равно скажу ему правду. Это слишком важно, а я устала делать вид, что чувства – это слабость и источник проблем.
Это неправда.
Настоящая проблема – это когда начинаешь путать драму с любовью. Привыкаешь к страданиям, к эмоциональным качелям, и тебе кажется, что именно так и выглядят настоящие чувства.
Но это не так. Настоящая любовь – это радость, удовольствие и лёгкость. Именно поэтому я не хочу потерять то, что чувствую рядом с Димой.
Замечаю блондинку, она спешит к Диме, касается его плеча и что-то говорит. Потом тянется к его губам, как будто собирается поцеловать его на удачу. Однако он уворачивается и отступает в сторону.
Я хмурюсь.
Может, мне показалось?
Может, я просто увидела то, что хотела увидеть, однако внутри становится немного теплее.
Начинается матч, но я почти ничего не замечаю. Думаю только о грядущем разговоре и его последствиях. Настолько ухожу в свои мысли, что резко дёргаюсь, когда раздаётся свисток. Словно просыпаюсь.
Смотрю на поле и понимаю, что остановка игры произошла из-за Димы. Он застыл посреди поля и смотрит на меня широко раскрытыми от шока глазами.
Явно не ожидал меня здесь увидеть.
Потом он трясёт головой, приходя в себя, отворачивается и бежит дальше. Больше в мою сторону не смотрит, не отвлекается.
Во время перерыва подходит ко мне сам. Хмурый, сосредоточенный. Напряжённый. Останавливается рядом и спрашивает.
– Что-то случилось?
– У меня было записано в календаре, что сегодня матч, – отвечаю просто.
Он коротко кивает.
– Понятно.
Отводит взгляд в сторону. От его холодного тона внутри всё неприятно сжимается, но я всё равно говорю то, что задумала.
– Я хочу поговорить с тобой после матча. Если можно.
Он молчит, как будто не уверен, стоит соглашаться или нет, потом, глядя куда-то в сторону, негромко отвечает.
– Хорошо, поговорим.
Уходит обратно на поле.
Вторая половина матча проходит для меня ещё хуже первой. Я вообще почти не понимаю, что происходит, только машинально реагирую, когда остальные зрители начинают шуметь.
А потом матч заканчивается. Игроки начинают расходиться, кто-то смеётся, кто-то спорит о моментах игры, кто-то уже направляется в раздевалку.
Дима подходит ко мне минут через десять. Садится рядом на трибуну, тяжело выдыхает и говорит.
– Я тебя слушаю.
К счастью, зрители уже разошлись, так что рядом никого нет, и мы можем поговорить наедине.
Внутри всё дрожит от волнения, однако отступать поздно.
– В наших отношениях случился побочный эффект, – говорю решительно.
В следующий момент происходит нечто совершенно неожиданное.
Дима резко поворачивается ко мне, хватает меня за руку и улыбается так, будто только что услышал что-то восхитительное.
– Где-то шесть недель, да?! – восклицает.
Смотрю на него в полнейшей растерянности.
– Что шесть недель?..
Он смотрит на меня ошалевшими от радости глазами и... смеётся?! Что с ним?
– Ты сказала, что в наших отношениях случился… как ты это назвала?.. побочный эффект. Я бы, конечно, так это не назвал, но я понимаю, что мы не планировали ребёнка. Ты беременна, да?
– Что? При чём здесь беременность... Нет, подожди...
– Я подозревал, что ты можешь быть беременна, потому что у тебя давно не было месячных.
Наступает моя очередь смотреть на него совершенно ошалевшими глазами.
– Как ты вообще… откуда ты… Как ты сосчитал...
– Ну... мы вообще-то спим вместе, – смеётся он. – И потом я всегда знаю, когда у тебя месячные. Перед ними ты начинаешь злиться, поэтому я заранее приношу тебе шоколад, после него ты становишься добрее. Только не ругайся на меня. Каждый мужчина должен знать правила выживания в женском мире. – Он снова смеётся, но потом внезапно мрачнеет. – Погоди, Женя... Ты имела в виду что-то другое, да?
А я даже не могу ответить, потому что подсчитываю срок. Кажется, Дима прав, у меня задержка. Мои женские проблемы никуда не делись, поэтому я даже не задумывалась о беременности, и вообще начала привыкать к мысли, что никогда не стану матерью. Это тоже не добавляло мне уверенности в себе, особенно рядом с Димой. Зачем ему бракованная жена, когда кругом полно молодых и здоровых?
Дима замечает, что я встревожена. Хмурится.
– Что случилось, Женя?
Я всё ещё не могу собраться. Шесть или семь недель после последних месячных...
Что если?
– Я сейчас не могу сосредоточиться ни на чём другом… Ты прав, у меня действительно задержка.
Он берёт меня за руку, большим пальцем поглаживает запястье.
– Что тебя пугает?
Я нервно смеюсь.
– Вообще-то всё.
– Жень... расслабься, мы со всем справимся, обещаю тебе. Только давай, скажи, о чём ты хотела поговорить.
Качаю головой.
– Нет, сейчас не время. Если окажется, что я и правда беременна, то если я скажу тебе сейчас… это будет выглядеть так, будто я пытаюсь…
Не успеваю договорить, как Дима обнимает меня, заставляет пересесть к нему на колени и прижимает к своей груди.
– Расслабься! – командует мне в висок и припечатывает это поцелуем. – В мире всё намного проще, чем ты думаешь, и переживать по каждому поводу совершенно необязательно. Я тебе это постоянно говорю и буду говорить и дальше. Давай, просто скажи, зачем ты пришла, а потом поедем в аптеку и купим тест на беременность. Всё будет хорошо, Женя, вот увидишь. Я рад, что ты пришла, но давай говори уже, что у тебя на уме, потому что мне тоже есть что тебе сказать.
Медленно выдыхаю напряжение, расслабляюсь. С Димой всё и правда становится намного легче.
– Я пришла сказать тебе про побочный эффект наших отношений. Я в тебя влюбилась. – Дима застывает. Кажется, даже перестаёт дышать, а я быстро продолжаю, пока совсем не растеряла смелость. – Я пришла признаться тебе в этом. Просто сказать… тебя это ни к чему не обязывает. Даже если окажется, что я беременна, это ничего не меняет. Я не собираюсь давить на тебя или… Я просто хотела, чтобы ты знал. И если ты вдруг захочешь…
– Точно влюбилась? – перебивает он.
– Точно. Взрослая тётка, а влюбилась как девчонка. Не могу даже двух слов связать от волнения, мямлю, спотыкаюсь, ты и сам слышишь.
Дима смеётся в ответ.
– Мы с тобой отличная пара, Женя. Ты нервничаешь и не можешь связать двух слов, а я веду себя как конченый идиот.
– О чём ты?
– О прошлой ночи. Я пришёл к тебе, увидел другого мужика, разозлился и сбежал.
Я невольно улыбаюсь.
– Мне кажется, это была вполне нормальная реакция. Ты пришёл, а у меня дома другой мужчина, причём почти раздетый.
– Эмоции – очень ненадёжные советчики, – вздыхает Дима. – Когда я увидел раздетого мужика, меня ослепила дикая ревность, хотя я раньше не считал себя ревнивым человеком. Я не знал, как с этим справиться, поэтому и сорвался с места, устроил драму из ничего. А когда вернулся домой, задумался и понял, что ревность была неуместной. Ты вышла из спальни, а мужик появился из гостиной, и ты была полностью одетой. Кроме того, у тебя было такое выражение лица, будто вы с ним либо ругались, либо дрались, но никак не занимались чем-то приятным.
Я невольно смеюсь.
– Так и было. Это мой бывший муж, он нагрянул без приглашения, и я пыталась его выставить.
– Ну вот, пожалуйста! Мне надо было не устраивать сцену, а остаться и предложить тебе помощь. Прости меня, дурака.
– Ты и в прошлый раз убежал, когда пришёл поговорить о наших отношениях.
– Да, убежал, потому что эмоции – плохие советчики.
– Я бы на твоём месте тоже убежала. Когда ты сказал, что хочешь поговорить о наших отношениях, я повела себя очень грубо.
– Это была самозащита.
– Да.
Он задумчиво смотрит куда-то в сторону.
– Сначала я решил, что тебе всё равно, и ушёл. А когда задумался, понял, что твоя реакция была слишком сильной и резкой для обычного разговора. Ты явно не так меня поняла и решила, что я хочу с тобой расстаться. А я, наоборот, хотел сказать, что влюбился в тебя и не могу больше притворяться, что у нас лёгкие отношения. Я хочу семью. С тобой. Я волновался, что ты мне сразу откажешь, а ты так резко отреагировала... Я ушёл, а потом задумался и понял, что ты боишься. Один раз обожглась и теперь спешишь разрушить отношения, чтобы потом не было больнее.
– Дурная я, вот почему так сильно отреагировала.
– Нет, Женя, ты не дурная, а раненая. А ещё ты потрясающая, умная, красивая, замечательная, и я дико волнуюсь, что недостоин тебя. Вот и веду себя как дурной мальчишка.
– Получается, мы оба дурные и чем-то раненые? – Смотрю на него сквозь слёзы радости, а он улыбается.
– Да, так и получается. Но теперь всё, наша дурная и раненая фаза отношения завершена. Теперь у тебя есть я, и я буду о тебе заботиться.
Обнимаю Диму за пояс, закрываю глаза и просто впитываю его в себя. Его тепло, его присутствие.
А потом говорю.
– Кажется, мы можем сделать ещё одно очень важное заключение. Когда в дело вступают эмоции, мы оба ведём себя как дураки. Я ушла с прошлого матча, потому что сильно тебя приревновала.
– К кому? А, точно, ты видела нас с сестрой моего друга.
– Блондинка, которая гладила тебя по груди и хлопала глазами.
– Да-да, помню. Я рассказывал ей про один из матчей, сыпал техническими терминами, а она притворялась, что понимает. Она до сих пор не даёт мне прохода. Ревнуй меня хорошенько, Женя, их тут несколько таких, – говорит важным тоном.
Наверное, я должна рассердиться, но вместо этого смеюсь.
– Кого здесь несколько? Девиц, которые на тебя вешаются?!
– Да. Ты даже представить не можешь, до чего доходит. Одна подсунула мне свои... К-х-м... Короче, ревнуй меня хорошенько, мне это нравится, но при этом знай, что мне эти девицы не то, что не нравятся, а противны. Мы с другом проводим эксперимент, проверяем, есть ли предел у человеческой наглости. Пока что предела не нашли. Всё это из-за игры, которую я продал большой компании...
– Я знаю. Ты продал игры за большие деньги и не сказал об этом мне.
– Я рассказывал о том, как разрабатывал её.
– Это я помню. Но про то, что ты её продал, я узнала от твоего друга.
Дима поводит плечом.
– Я собирался сказать тебе об этом, когда мы выясним отношения. Я вообще бы не распространялся о продаже, но друзья, с которыми мы вместе работаем, разболтали. Ну и как только знакомые об этом узнали, стали появляться эти девицы. Чьи-то сёстры, соседки, подруги и тому подобное. Мы здесь в футбол играем, а они разряженные, надушенные так, что я пол игры чихаю. И такие бесстыжие, что скажи мне кто раньше, я бы не поверил.
– Ты шутишь?
– Нет, я серьёзно. Прохода от них нет, и такое предлагают, что даже мне стыдно становится. Говоришь «нет», а они как глухие, продолжают осаду.
– Но... Не хочу тебя обидеть, десять миллионов – это большая сумма, но не настолько грандиозная, чтобы тебя толпами осаждали любительницы наживы.
– Смотря десять миллионов чего, – смеётся Дима.
– Как чего? Рублей, конечно?
– Нет, речь идёт о десяти миллионах евро.
Смотрю на него во все глаза.
– Ага, да... тогда понятно. М-да... Минутку, сейчас и я начну с тобой флиртовать.
– Я тебе начну! – Дима смеётся, ставит меня на ноги и сам поднимается. – Пойдём, Женя!
– Куда?
– Сначала в аптеку. А потом поженимся, вне зависимости от того, беременна ты или нет. Если ты сейчас не беременна, то скоро будешь, я об этом позабочусь. О твоём бывшем муже я тоже позабочусь, если он снова к тебе приблизится.
– Договорились!
– Но знаешь что? Я уверен, что ты беременна.
– Как ты можешь быть в этом уверен?!
– Уверен и всё. У тебя вид... беременный.
– Ну да, конечно. В чём он проявляется?
– В лёгком флёре беременности. Ты создаёшь беременное впечатление. Когда я на тебя смотрю, мне кажется, что ты немного обеременилась.
– Дима, ты дурашливый мальчишка.
– А ты очень чувствительная беременная женщина. Моя женщина. Больше никаких игр, Женя, ладно? У нас всё серьёзно, да?
– Серьёзнее некуда, – соглашаюсь и беру его за руку.
Мы выходим на улицу, и на душе так легко, как... всегда бывает с Димой. Рядом с ним мне спокойно и правильно, но если раньше я сопротивлялась чувствам и не слышала голос моего сердца, то теперь всё стало ясно. Возможно, после распавшегося брака моё сердце заснуло, словно под наркозом, но теперь я снова чувствую себя цельной и бесстрашной. Думаете, это странное объяснение? Как бы не так! Я кардиолог, сердечные дела – это мой бизнес. По крайней мере, Дима так говорит, а он обычно не ошибается.
А ещё удивительно и странно, что я считала происходящее чёрной полосой. Как же легко иногда ошибиться в том, что с тобой происходит, и угадать, что хорошо для тебя, а что приведёт к краху.
Но эти размышления приходят уже позже, после сытного ужина, бесконечной нежности и трёх тестов на беременность, которые подтвердили, что у нас всё и правда очень, очень серьёзно.
Конец. Все части внизу 👇
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Большое спасибо, что прочитали историю Жени. Ваша поддержка для меня бесценна.
Приглашаю вас в следующую врачебную мелодраму:
"Развод. Аритмия чувств", Алекс Мара ❤️
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10