Я не помню, в какой момент мы перестали разговаривать и задремали.
Усталость победила нас обоих.
Слишком длинный день, полный эмоций. Слишком много прошлого, которое внезапно вылезло наружу и расселось между нами, как незваный гость.
Просыпаюсь от того, что Воронов гладит меня по лицу. Сначала не понимаю, где нахожусь и что происходит. В голове мутно, тяжело.
Воронов сидит на диване. Я полулежу на нём, уткнувшись лицом ему в грудь, а он обнимает меня за плечи. Он тоже только что проснулся. Зевает, трёт лицо.
– Мне совершенно не хочется выпускать тебя из рук, – говорит хриплым после сна голосом. – Но рука, на которой ты лежишь, вообще-то моя больная, так что придётся попросить тебя подвинуться.
Меня будто обливают ледяной водой. В спешке отодвигаюсь он него.
– Что… что происходит?! Почему мы заснули?
– Господи, да ничего не происходит, прекрати. Мы разговаривали и заснули рядом, потому что устали. Рядом, Жень. Только рядом. Ты чего такая пуганая?
Разговор с бывшим мужем позволил мне сбросить прошлое с плеч, но это не значит, что между нами что-то изменилось.
– Уходи! – Показываю на дверь.
Он хмурится.
– Жень…
– Просто уходи. Я не хочу больше разговаривать. Мы всё выяснили, во всём разобрались, а теперь уходи! Я впустила тебя, чтобы ты выпил кофе и вызвал такси, ты и так уже задержался.
Ухожу в спальню и захлопываю за собой дверь.
Сердце колотится так быстро, будто я пробежала несколько километров. Да, признаю, разговор с Вороновым был мне полезен, но это не значит, что мы станем друзьями или вообще будем общаться.
Из гостиной доносится его голос, он пытается в чём-то меня убедить, но я не разбираю слов. Надеюсь, он уже вызвал такси и уходит.
Наконец слышу шум в прихожей, открывается дверь. Значит, Воронов всё-таки послушался и ушёл. Это хорошо.
Выхожу в прихожую, чтобы запереть входную дверь, но замираю на месте.
Дверь квартиры открыта, на пороге стоит Дима и смотрит на стоящего в коридоре Воронова, на котором из одежды одни трусы.
Что?!
С какой стати он разделся? Я велела ему вызвать такси и убраться отсюда!
В шоке смотрю на Диму, который не сводит мрачного взгляда с Воронова. Протягиваю к нему руки.
– Дима…подожди...
– Чего ждать-то? И так всё понятно! – усмехается он, разворачивается и уходит.
Опять двадцать пять...
– Ты с ума сошёл, Воронов?! – кричу. – Почему ты разделся?!
– В смысле почему? Я же тебе сказал, что посплю пару часов на диване, а потом уеду. Уже ночь! Ты ничего не ответила, и я решил, что ты не возражаешь.
– Я тебя не слышала! И вообще, я велела тебе сразу уехать, а ты... разделся.
Хлопает дверь подъезда. Дима ушёл и теперь уже не вернётся. Честно говоря, я и не думала, что он снова придёт, была уверена, что он поставил на нас точку.
Однако раз он вернулся, то... может, не всё закончено? Он не оставил мне ключи... сам зашёл... Лучше бы он устроил скандал или сказал хоть что-нибудь... Объяснил бы, зачем пришёл посреди ночи. Не для того же, чтобы вернуть ключи!
– Жень, а с какой стати к тебе по ночам всякие мужики ходят? – спрашивает Воронов собственническим тоном, и тогда меня окончательно накрывает.
– Кто бы ко мне ни ходил, это совершенно не твоего ума дело! Я посочувствовала тебе, позволила зайти и отсидеться в моей квартире, потому что ты был в абсолютно невменяемом состоянии. А ты из тех людей, которым протянешь палец – они всю руку откусят! Убирайся! Добровольно уходи, а то выкину тебя на улицу прямо в трусах! Всё. Ты пришёл в себя, и теперь сам о себе позаботишься. Убирайся отсюда!
– Подожди, Женя! С чего ты так разозлилась? Это твой мужик, что ли?
– Это мой бывший мужик. Ещё один, который нашёл себе кого-то помоложе и попроще. Так что радуйся, у меня в жизни тоже ничего не сложилось, как и у тебя. – Голос срывается, и я ненавижу себя за эту слабость. – Но это не значит, что у нас с тобой что-то начнётся. Понял? Ничего. Пустое место. Я проявила к тебе человеческое отношение, вот и всё!
– Жень, да подожди ты кричать… Выслушай меня. Этот мужик тебе не бывший, поверь мне на слово. У него на лице написано, что он не бывший, а очень даже настоящий и будущий. Так что не паникуй и не истери, просто спокойно поговори с ним и объясни всё как есть.
– Спасибо за ценную консультацию, – цежу сквозь зубы.
– Если он тебе не поверит, значит тебе не нужен тупой клоун, который не верит такой женщине, как ты.
Воронов протягивает руку, чтобы меня коснуться, но я отступаю. Он до сих пор в трусах, чёрт возьми! Как бы это теперь развидеть... Наверное, считает себя соблазнителем века, но у меня противоположная реакция.
– На тебе же знак качества отпечатан, Жень. С ног до головы. Ты хороший человек, и если твой мужик этого не понимает, то пошли его. Я бы многое отдал, чтобы ты согласилась взять меня обратно.
– Нет, не возьму, так что можешь одеться. Драматический акт соблазнения провалился. Тело у тебя уже не то, дорогой. Местами дряблое, с жирком, у хирурга должно быть намного лучше. Но даже если бы ты выглядел как Аполлон, я бы всё равно не приняла тебя обратно.
– Давай не будем зарекаться. Никто не знает, как жизнь сложится. Может, мы ещё оба удивимся тому, как всё повернётся, – говорит философски.
Я коротко усмехаюсь.
– Спасибо, но ты меня уже однажды удивил. Больше не нужно.
Воронов вдруг смеётся. Тихо. Хрипло. Потом оглядывает себя и разводит руками.
– Пойду тогда оденусь, раз уж моя зрелая мужская красота тебя совсем не соблазняет.
Через несколько минут он возвращается из гостиной уже полностью одетый. Подходит к двери, долго смотрит на меня.
– Спасибо, Жень. Правда спасибо. Ты не позволила мне совсем расклеиться. Я сегодня реально думал, что всё, мир закончился. А потом поговорил с тобой и понял, что нет, – говорит серьёзно. – Если бы я не потерял тебя пять лет назад, всё бы вообще по-другому сложилось.
Качаю головой.
– Брось! Я верю, что всё к лучшему. Если бы ты не поехал тогда в Москву, не стал бы большой звездой, не получил бы репутацию гениального хирурга…
Он криво усмехается.
– Ну да. Теперь эта репутация против меня же и пойдёт. Меня теперь так же охотно закопают, как раньше носили на руках.
– Подожди ещё хоронить себя. Если ты действительно настолько талантлив, как о тебе говорят, и если твоя рука хорошо работает, то жизнь умеет быть очень гибкой, особенно с людьми вроде тебя.
Он внимательно смотрит на меня.
– Это с какими такими людьми?
– С особо талантливыми. Им очень многое прощают. Как по мне, слишком многое, но тебе это может пойти на пользу.
Воронов выходит на лестницу, оборачивается.
– Мне очень хорошо, когда ты рядом. Люблю я тебя, Женя. Дьявольски люблю.
– Не в моём определении, Воронов. Не приходи ко мне больше, я ставлю точку.
Сон не приходит.
После такого количества событий организм никак не может успокоиться. Нервы будто натянуты до предела и звенят, перед глазами то и дело вспыхивают обрывки сегодняшнего дня.
Лицо Димы на лестничной площадке.
Его мрачный взгляд.
Истерика Воронова, его откровения.
В который раз переворачиваю подушку, кручусь в постели, то скидываю, то снова натягиваю на себя одеяло, однако заснуть не получается. Прошлое ворочается во мне, проигрывает перед глазами старые события, которые после разговора с Вороновым выглядят совсем по-другому. Честнее, наверное.
Похоже, я наконец прощаюсь с прошлым. Давно пора, но раньше как-то не получалось. Нельзя просто перечеркнуть его и всё, сначала надо признать правду и то, что случилось на самом деле. Возможно, именно поэтому я до сих пор носила прошлое с собой.
Я больше не люблю Воронова, это прошло уже давно. Не хочется даже представлять нас снова вместе, мы слишком чужие теперь. Но какие-то эмоции всё равно продолжали жить внутри. Воспоминания, обиды, злость, ощущение предательства до сих пор копошились во мне, крали у меня силы. Отвлекали меня, как бегущая строка во время новостей. Вроде смотришь передачу, слушаешь ведущего, но внизу всё время ползут какие-то слова и отвлекают тебя. Ты стараешься их не замечать, но взгляд всё равно периодически цепляется.
Так и с прошлым.
Живёшь себе нормально, работаешь, смеёшься, встречаешься с друзьями, радуешься мелочам…
А внутри сознания постоянно бежит строка:
«Тебя предали»
«Тебя заменили»
«Тебя не хватало»
Ты настолько привыкаешь, что начинаешь считать его нормальным фоном.
А это недопустимо. От этого надо избавляться.
Что я и делаю сейчас. Сортирую прошлое, называю вещи своими именами и выключаю бегущую строку памяти.
На самом деле наше расставание с Вороновым пять лет назад не было громом среди ясного неба, наши проблемы начались задолго до измены. Просто тогда мне казалось, что это временно. Все через такое проходят, и любовь поможет нам пережить трудности. Я пыталась забеременеть, но у меня были проблемы. Месяц за месяцем наступало разочарование. Слёзы. Отчаяние. То, что мы оба были врачами, только ухудшало ситуацию, потому что очень трудно надеяться на чудо, когда слишком хорошо понимаешь физиологию.
Воронов не умел поддерживать, не считывал эмоции. Он вообще всегда терялся рядом с сильными чувствами. Когда я плакала, он начинал раздражаться, замыкаться или пытался всё решить логически.
С каждым месяцем во мне росло ощущение собственной неполноценности, хотя умом я понимала, насколько это глупо. Однако страхи не подчиняются логике, а муж не пытался меня поддержать.
Потом Воронова пригласили в Москву. Он загорелся идеей, а я хотела остаться в родном городе. Мы очень сильно ругались из-за этого.
– Какой смысл нам оставаться в этом городе? – злился Воронов. – У нас даже детей нет и, может, никогда не получится, так давай хоть всерьёз займёмся карьерой. Поедем в Москву, найдём тебе там престижное место...
Каждое его слово ощущалось как пощёчина. Воронов легко смирился с тем, что детей у нас не будет и в который раз показал, что работа для него важнее нашей семьи.
Когда он сказал это в очередной раз, я расплакалась, а он собрался и уехал в Москву. Сказал, что посмотрит, что там и как, а на самом деле уже проходил собеседование, и ему предложили работу.
Это было то самое собеседование, после которого он пошёл на ужин с московскими светилами и изменил мне с Ксенией.
Я, конечно, об этом не знала. Пока муж был в Москве, я хорошенько всё обдумала. Сначала злилась и плакала, а потом пришла к выводу, что надо что-то менять. Если Саше предложат карьеру в Москве и перспективы, о которых он мечтал… почему я должна удерживать его здесь только потому, что боюсь перемен?
Я найду работу, мы снова попытаемся забеременеть...
Я очень ждала возвращения мужа, чтобы сказать ему о том, что передумала и готова переехать в Москву. Когда Воронов вошёл в квартиру, он сразу показался мне странным. Слишком напряжённым, чем-то отвлечённым.
Потом вдруг сказал.
– Жень… нам надо поговорить.
Я тогда не дала ему договорить, подошла первой и обняла его.
– Ты прав, нам надо поговорить. Я обо всём хорошенько подумала и решила, что нам и правда стоит переехать в Москву.
Он замер тогда, смотрел на меня в непонятном шоке. Теперь-то я знаю, что случилось и что его мучило, но тогда я приняла его шок за благодарность.
Он обнял меня.
– Господи, Жень… – пробормотал мне в волосы. – Прости меня. Я был ужасно чёрствым. Всё это не имеет значения. Самое главное – это мы с тобой, наша семья. Всё остальное ерунда.
Это было раскаяние предателя, но я об этом не знала. Поверила ему, конечно, и была очень счастлива, мы стали строить планы переезда... Теперь я знаю, что Воронов надеялся разрулить ситуацию с Ксенией, чтобы я ни о чём не узнала. Однако не смог этого сделать, потому что она забеременела.
Наступила суббота, которую я не забуду никогда. Я готовила обед, а Саша сидел рядом с ноутбуком, когда раздался звонок в дверь. Я открыла дверь, на пороге стояла Ксения. Тогда я ещё не знала, кто она такая, помню только первое впечатление. Молодая, красивая женщина была одета так нарядно, словно пришла на праздник. От неё пахло сладкими духами и уверенностью в себе.
Она окинула меня оценивающим взглядом, как человек, который заранее уверен в своей победе.
А потом в прихожую вышел Воронов, и его лицо стало совершенно белым.
– Что ты здесь делаешь?! – закричал он так резко, что я вздрогнула.
А Ксения улыбнулась. Торжествующе.
– Как что? Представляешь, я уже беременна. Как быстро у нас с тобой всё получилось...
Я даже не сразу поняла смысл её слов, смотрела только на её довольное, красивое лицо. Потом она достала справку и помахала ею перед моим носом.
– Чему ты так удивлена, Женя? У вас с Сашей нет детей, значит, брак неполноценный. Ты же не думаешь, что Саша будет всю жизнь сидеть в этом захолустье? Он гениален. В Москве его ждут потрясающие перспективы и уже готовая семья. – Она улыбнулась и положила ладонь на ещё плоский живот.
Саша что-то кричал, схватил её за локоть и потащил к выходу, но я уже почти ничего не слышала.
В ушах стоял гул.
Помню только, как дошла до спальни, закрылась и села на пол рядом с кроватью.
Потом, кажется, плакала. Или нет. Я вообще больше ничего не помню из того дня, только ощущение абсолютного разрушения.
Когда я вышла из спальни, дома уже никого не было. Ни Саши, ни Ксении.
Он вернулся только в понедельник и сказал, не глядя мне в глаза.
– Я уезжаю в Москву.
Вот и всё.
Вот так закончился наш брак.
Теперь, спустя столько лет, я вдруг понимаю, что мне было больнее всего не из-за предательства, а потому что незадолго до этого я перешагнула через себя, свои интересы, мечты и планы, ради мужа. Решила строить жизнь вокруг него и в этот момент получила удар под дых.
Наверное, поэтому прошлое так долго меня не отпускало.
Я не могла простить себе того, что предала себя ради предателя.
Но сейчас всё ощущается иначе. Раньше воспоминания были острыми и болезненными, как открытая рана. А теперь я мыслю рационально и без эмоций. Перечисляю факты, осмысляю поступки, признаю ошибки. От этого становится намного легче, моя память наконец перестаёт кровоточить.
Ощущаю себя полностью свободной и наконец расслабляюсь до конца.
Неожиданно для самой себя, засыпаю.
Все части внизу 👇
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"После развода. Сердце под наркозом", Алекс Мара ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9
Часть 10 - финал