Стефани
— Мамуля, я пойду играть? — спрашивает Надя. Дочери уже не терпится уйти в детскую комнату ресторана и выплеснуть там всю свою энергию.
— Беги, — отправляю ее с улыбкой.
Меня еще немного потряхивает оттого, что я собираюсь сделать, но пути назад нет.
— А ты не уйдешь? — обращается она к Олегу. — Подождешь, пока я буду играть?
— Подожду, кнопка! А потом до дома провожу, — обещает ей, подмигнув.
— С цветочками? Как в мультике?
— С цветочками, — отвечает, и она сияет. Смущенно краснеет. Но такая перспектива моей девочке очень нравится.
Быстро и даже мимолетно поцеловав нас куда попало — меня в руку, а Олега в ногу — кнопка убегает, оставляя нас с ним наедине.
— Я знал, что ей здесь понравится, — произносит Волков и садится на один из диванов. Следую его примеру и сажусь по другую сторону.
Берет меню и готовится сделать заказ.
— Олег, подожди, — забираю меню у него из рук. — Чуть позже закажем. Нам надо поговорить, пока Нади нет.
— Что-то случилось? — обеспокоенно придвигается поближе.
— Да, — киваю и, хмыкнув, начинаю. — Я знаю, что так делать нельзя, но я должна себя обезопасить, — сразу его предупреждаю.
— Стефи, ты пугаешь меня!
— Я сама себя пугаю, Олег! — восклицаю со вздохом. — Я безумно боюсь того, что собираюсь сделать, но я должна.
Понимающе кивнув, Олег всем своим видом показывает, что готов меня выслушать.
— Вначале я буду давить на жалость, — предупреждаю смущенно. — Я хочу, чтобы ты меня понял и не совершил ошибку, которая причинит мне еще больше боли.
— Говори.
И я приступаю к рассказу.
— У меня была дочь, — начинаю с того, что он знает, медленно переходя к сути. Красавица, умница. Я ее любила. Как мать, я не могла ее не любить, — хмыкаю. — Но она была больна. Ей нужен был донор. Даже с деньгами моего отца и первого мужа мы стояли в очереди. Мы ждали, когда появится тот, кто нам подойдет. Все это время мы медикаментозно поддерживаю дочь. И молились всем богам, чтобы она выжила.
***
«…Последние три месяца болезни были самыми ужасными. Дочь иногда начинала умирать прямо у меня на глазах. Временами Эмили билась в конвульсиях, и у нас с мужем получалось ей помочь, а порой она могла уходить тихо. Спать и умирать.
Это было ужасное время!
Но я дежурила у ее кроватки днями и ночами. Я забыла о сне. Боялась пропустить начало приступа.
Мы уже мысленно готовились к тому, что однажды не успеем. Однажды она умрет. И я не смогу ей помочь. Ни я, ни Люк, ни наша няня.
Но в тот день мне позвонили из клиники. Они сказали, что появился донор и мы должны сейчас же приехать.
— Что вы сказали? — переспрашиваю и крепче сжимаю телефон в руке.
Хочу, чтобы то, что я услышала, было правдой. Чтобы то, что мне озвучили, стало действительностью. Шансом на счастье.
— Срочно привозите дочь! Донор нашелся! — повторяет врач, и я больше ничего не могу воспринимать.
Бегу в кабинет мужа, чтобы сообщить новость. Заставить сесть за руль и отвезти нас с дочерью в клинику. Отвезти туда, откуда моя малышка выйдет уже здоровой — такой, как все.
Дергаю ручку, но дверь оказывается закрыта.
— Люк, — стучу громко. — Люк, ты там?
— Я занят! — кричит муж и прокашливается.
— Люк, это срочно!
— Стефани, я занят!
— Донор! — пытаюсь перекричать его. — Донор для нашей девочки нашелся! Надо ехать в клинику, — ору, странно сморщившись от неприятного и незнакомого запаха. Словно бы дым.
Проходит всего несколько секунд, и дверь открывается. Люк оказывается передо мной.
— Ты серьезно?! — смотрит на меня своими огромными глазами.
Хватает меня за плечи и заставляет непрерывно на него смотреть. Сжимает чуть сильнее дозволенного, явно оставляя места для будущих синяков.
Иногда, заработавшись, он теряет контроль над собой и своими эмоциями.
— Да! — восклицаю. — Надо ехать! Скорее!
— Скажи водителю, чтобы заводил машину, — приказывает и уже собирается бежать в спальню. — Я собираю документы, и мы едем!
— Ты его отпустил на сегодня, — напоминаю, кидая слова ему в спину.
— Черт! Да! — вспоминает и шипит. — Что делать?!
— Сам садись за руль, — развожу руками, подкидывая хорошее решение проблемы. — Надо скорее, Люк. Пока есть донор, надо скорее!
— Я… Я не могу… — растерянно отнекивается и делает шаг назад.
— Почему? — недоумеваю. — Ты же хорошо водишь!
— Потому что… — начинает и потирает затылок. — Хорошо! Мы поедем сейчас, а ты с документами подъезжай позже. Не будем терять времени. Я не буду гнать, и…
— Хорошо, — соглашаюсь и лечу в спальню, к сейфу с документами.
Трясущимися руками ищу чертову папку. Руки не слушаются. Да и голова. В мыслях только мольба о том, чтобы они успели.
Натягиваю на себя первое попавшееся платье и достаю телефон, чтобы вызвать такси и поехать к своей девочке, которая скоро будет совершенно здорова, но тут же на телефон поступает звонок.
Отклоняю вызов первый раз, потому что сейчас есть кое-что поважнее. Отклоняю во второй, в третий раз, а на четвертый поднимаю с грозным рыком.
— Мне некогда! — кричу.
— Госпожа Сантос? — интересуются на том конце.
— Да, но я сейчас не могу говорить!
— Госпожа Сантос, мы звоним сообщить, что ваш супруг Люк Сантос попал в аварию, — успевают они сказать до того, как я сбрасываю звонок.
— Что? — останавливаюсь. — В какую аварию?! Зачем вы так шутите?
— К сожалению, это не шутка, мэм. Ваш муж не справился с управлением. От полученных травм он скончался на месте.
— Как?! — теряю дар речи. — Там… С ним была наша дочь! Моя Эмили!
— Девочка жива, — отвечает он, и у меня словно камень с души падает. — Ее везут в ближайшую клинику. Девочка получила несколько переломов и травму головы. Врачи борются за ее жизнь.
Я даже не помню, как добралась до клиники, в которую отвезли дочь. Мне было плевать, что там с Люком. Моя девочка. Главное она!
— Маленькая девочка! После аварии! — кричу на стойке администрации. — Где она? Как она?!
— Госпожа Сантос? — переспрашивают, и я киваю.
— К сожалению, ваша дочь скончалась в машине скорой…
А дальше… дальше жизнь потеряла для меня смысл. Она закончилась в тот миг, когда мне сообщили о том, что целый мир — мой мир в лице Эмили — погиб.
Мама Люка примчалась в ту же клинику. Кто-то сообщил ей, что Эмили по скорой доставили сюда. Она думала, что и Люка привезли. Ей сказали, что произошла авария, но о погибшем сыне не известили.
Мне пришлось лично сказать ей о смерти внучки и сына. Принять весь удар на себя.
— Это ты! Ты во всем виновата! — кричит свекровь, схватив меня за воротник. Трясет со всей силой своего горя.
По щекам льются слезы, и я не могу поверить в то, что мне сказали. Получаю одну пощечину за другой. Свекровь пытается добиться от меня ответа. Но… я словно в воду опущена.
Она отпускает меня и начинает кричать. Кричать от горя.
Сползаю по стене и хочу проснуться.
— Ты! Ты виновата! Они умерли из-за тебя! Ты во всем виновата! Ты!
— Я… Я…
— Я уничтожу тебя
— Нет! Нет! Нет!
— Они умерли из-за тебя! — продолжает она, а я не могу защититься. Сил нет. Я позволила ей обвинять и бить меня. — Я не дам тебе жизни! Ты убила моего сына! Почему ты не была в той машине с ними?
— Документы искала, — шепчу, но она не слышит. Она ослеплена яростью.
— Это ты! Ты подстроила эту аварию! Я знаю! — орет и снова ударяет ладонью меня по щекам. — Мало тебя Люк лупил! Мало! Лучше бы ты умерла в тот день! В тот день, когда посмела флиртовать с его другом! Когда Люк тебя наказал…
В тот день, когда он пощадил меня лишь потому, что я была беременна. И отвез в больницу только из-за того, что у меня начался выкидыш.
Он любил Эмили. Она была для него всем. Как и для меня.
Я не флиртовала с его другом. Я лишь узнавала у него про правила игры и вежливо улыбалась».
***
— О, господи! Стефани! Я не знал… — шепчет Олег и аккуратно берет меня за руку.
— Я не люблю рассказывать о своей той жизни, — говорю со слезами на глазах. — Свекровь и правда мне не дала жизни после смерти Люка. Он издевалась как могла. В итоге я отказалась от наследства Люка и сбежала в Россию, к отцу и брату.
— Тебе нужно было это сделать в тот же день, когда он впервые поднял на тебя руку!
— Я любила его, — хмыкаю. Не могу сдержать слез и плачу. — Он мог ударить меня лишь когда ревновал. Так он меня не трогал. Любовь зла, Олег!
— Уничтожил бы гада своими руками!
— В России я поселилась с братом. У него росли двойняшки. Анфиса и Никита. Он сам их воспитывал, поэтому я спокойно могла жить с ними и заботиться о детях брата. Фиска и Никита помогли мне выкарабкаться из эмоциональной ямы. Они стали моим новым смыслом жизни. Я была готова пожертвовать жизнью ради них! Даже как-то под машину прыгнула, чтобы спасти Никиту. Все было идеально! Пока… пока мой брат не сошелся с матерью своих детей, — вздыхаю. Я была рада за брата, но тогда моя жизнь рухнула.Я оказалась ненужной. Я начала угасать, и тогда, чтобы спасти себя, я решилась на ЭКО. Отец был против. Я просила денег у брата. Он все оплатил. А дядя все сделал. Он подсадил мне материал неизвестного донора.
— Так получается, Надя от ЭКО? — доходит до Олега, и он понимающе кивает, так и не уловив связь. — Поэтому у нее нет отца?
— Да, — подтверждаю. — Но Саша тоже был против ЭКО. Только пойти против меня не смог. Потому он подсадил мне максимально негодный материал, чтобы ничего не получилось, — рассказываю и опять начинаю злиться на дядю. — Только я забеременела. Думаю, это была награда за все мои страдания. Надя родилась совершенно здоровенькой. Куколка. Моя маленькая девочка. Умная. Воспитанная и тихая. Ты сам видишь, какая она чудесная!
— Надя и правда твоя награда, — кивает он, и мы одновременно бросает взгляд на кнопку.
— Я потеряла дочь в страшной аварии, после потеряла двух детей, которые стали моим новым смыслом жизни. Я не могу потерять Надю, — говорю, глядя ему в глаза. — Я не переживу этого, Олег!
— Никто не отберет у тебя Надю. Я обещаю! — клятвенно восклицает. — Я не дам вас в обиду! Тебя не дам в обиду, Стефани.
— Олег, Надя твоя дочь. Дядя подсадил мне твой материал.
Олег
— Что ты сказала? — прошу ее повторить, потому что мне явно какой-то бред послышался.
Нет! Точно бред!
Надя — моя дочь, мой материал подсадили дочери одного из владельцев клиники.
Никто бы на такое не пошел! Никто! Невозможно!
— Я сама только узнала, — шепчет Стефи и опускает взгляд. — Я не могла поверить в это, поэтому сразу не сказала! Прости меня!
— Надя моя дочь? — повторяю, давая ей шанс исправить то, что я услышал. Сказать именно то, что она сказала, а не то, что мне послышалось.
— Да, — кивает и достает из кармана фотографию. — Вот! Смотри! — протягивает, и я вглядываюсь в изображение. — Видишь, твоя мама. Надя ее копия!
— Я знаю об этом, — шепчу и беру фотографию в руку. — Я сразу заметил их сходство. Стефи. Ты уверена, что это не совпадение? Или… ты знаешь больше, чем говоришь?
— Нет, я не знала. Я сделала тест на днях, — отвечает и явно находится на грани истерики. — Помнишь, в тот день, когда брови тебе выщипывала? Я для теста…
— Ох, черт! — морщусь от воспоминаний. — А потом ты услышала наш с Машей разговор? И сбежала?
— Да! И сбежала! — кивает активно и сглатывает громко. — А результат теста только сегодня вскрыла. Я была у дяди недавно, и он все подтвердил. Надя твоя дочь! Все это время дядя водил за нос меня и тебя!
— Твой дядя в городе?!
— Да, — кивает, смутившись. — Это я тоже только сегодня узнала, когда пыталась дозвониться до него!
— Господи! Она и правда моя дочь?! Надя моя дочь?
— Твоя, — кивает Стефани и неуверенно дотрагивается до моей руки. — Я готова разделить ее с тобой, только не отнимай ее у меня. Пожалуйста. Что бы ни случилось! Надя была и будет со мной!
— Надя моя дочь, — шокировано повторяю, пытаясь осознать и принять это. — Меня к ней тянуло, Стефи! Меня все это время тянуло к собственной дочери! О боже! Надя моя дочь! — не то восклицаю, не то еще раз озвучиваю новость, пребывая в шоке, не то…
Нахожусь словно на грани из-за происходящего. На грани собственных эмоций. Собственных сил.
— Олег, у нас все в порядке будет?
— А я хотел этого, Стефи, — хватаю ее за руку уже более уверенно. — Я хотел, чтобы Надя была моей дочерью! Мечтал! Но понимал — это невозможно…
— Мама, когда будет пирожное? — подбегает к нам кнопка. — Ты мне заказала пирожное? — смешно произносит последнее слово, выделяя «о».
— Я еще не делала заказ, — отвечает ей Царева.
— Закажи мне пирожное! Я буду его кушать! Все съем!
— Надя, — тяну руки к девочке и даже не представляю себе, что ей можно сказать.
Привет, я твой папа!
Привет, я люблю тебя и теперь уже не отпущу?
Глупо! Я даже не знаю, что ей можно говорить и как!
— Олег, ты обниматься хочешь? — спрашивает она меня с улыбкой на губах. — Ладно! — залезает на диванчик и падает в мои объятия. — Хороший мальчик! Хороший!
Вдыхаю ее аромат, чем-то схожий с персиком. Сладкий, мягкий и любимый.
— Мы пообнимались? Я тогда пойду с девочками и мальчиками играть! Мы там строим башню, — рассказывает и сползает с дивана. — Мама, не забудь про пирожное!
— Но вначале картошечку! — бросает, оборачиваясь.
— Шарики, — добавляет, и Стефи кивает. После чего девочка убегает обратно в детскую комнату.
— Она моя дочь… — до сих пор поверить не могу.
— Да, — кивает Стефи, явно понимая, что сейчас творится в моей голове, потому что принимает мой шок и пытается говорить спокойно. — И я посчитала нужным тебе об этом сказать.
— Спасибо! — вновь беру ее за руку и целую запястье. — Я хотел бы больше времени проводить с Надей. Еще больше! Может, вы подумаете о…
— Давай лучше ты к нам переедешь, — перебивает она, прочитав мои мысли. — Так будет спокойнее для Нади. Не хочу ее из одного дома в другой таскать. Твое желание быть с ней рядом мне понятно, поэтому оптимальным вариантом мне представляется твой переезд.
— А как мы ей это объясним?
— Может, тем, что у тебя ремонт или что-то подобное? — предлагает, и я задумчиво соглашаюсь. — Будешь жить в отдельной комнате, — сразу предупреждает.
— А в остальном? — интересуюсь. — Как мы будем? Как ее воспитывать?
— Зачем нам это решать? — недоумевает. — Надя уже почти взрослая. Ей не нужно ничего особенного в плане воспитания. Пусть все идет своим чередом. Но важные решения будем принимать вместе.
— Я хочу официально быть ее отцом!
— Можешь решить этот вопрос сам, — разрешает и обещает не противиться ни одному моему желанию. — Я подпишу все необходимые бумаги, но так, чтобы Надя не знала.
— Ты не хочешь, чтобы она знала о том, что я ее отец? — хмурюсь, не понимая ее намерений.
— Я хочу повременить с этим. Надя сейчас задает очень много вопросов и не поймет всего, — объясняет, и, хоть я с ней не согласен, киваю. Принимаю ее сторону. — Но я буду не против, если она начнет называть тебя папой. Она этого хочет, и я даю свое согласие.
— Ага, — вздыхаю. — Стефи… у меня есть дочь! Я даже не понимаю, что чувствую… Это… Нет, все же не понимаю. Просто она рядом и…
— Ты должен испытывать радость, Олег, — бросает с улыбкой. — У тебя есть дочь, и она тебя уже любит. Она хочет быть с тобой. Это ли не счастье? И я не против вашего общения. Мой дядя натворил дел, но в итоге исполнил наши с тобой мечты. У меня есть смысл жизни, а у тебя — долгожданный ребенок.
***
— Мам, ты самая лучшая, — дочь обнимает меня за шею перед сном. Целует и комплиментами заваливает. — Я так тебя люблю! — повторяет уже в двадцатый раз.
Спать укладываться кнопка совсем не хочет. Ей бы поболтать, поиграть, позадавать мне разных вопросов, на которые я не всегда знаю ответ.
— Я тоже тебя очень люблю, — отвечаю ей, находясь уже на волоске от сна.
— Спасибо, что Олег теперь со мной живет, — и это я тоже слышу раз десятый за час, пока пытаюсь ее уложить.
— Не с тобой, а с нами, — поправляю ее и зеваю, намекая, что пора бы уже отдаться снам.
— Ты тоже хочешь, чтобы он был твоим папой? — удивленно округляет глаза и привстает. — Ты чего?! У тебя же есть твой папа!
— Нет, я не хочу, чтобы Олег был моим папой.
— А кем хочешь? — вновь опускается на подушку и поворачивается ко мне.
— Другом, — шепчу.
— Хм-м… а я думала, вы поженитесь, — озвучивает она свои мысли. — И он станет твоим мужем. Твоим любимым. И вы с ним купите дачу, и у меня будет говорящий кот и собачка с фотоаппаратом.
— Кнопочка, это вряд ли, — вздыхаю. — Мы с Олегом не поженимся.
— Почему? — недоумевает. — Он красивый. И меня любит. Что еще надо?
Конечно! Что еще надо?
— Чтобы я любила его, а он любил меня, — отвечаю, хохотнув над ее суждениями. Если бы все было так просто…
— Хм-м… поняла, — тянет она и задумчиво произносит: — Мама, я хочу пить.
— Водичка на полке.
— Р-р-р, — рычит она недовольно. — Мама, я хочу писать.
— Иди в туалет, — указываю ей на смежную комнату.
— Р-р-р, — повторяется. — Мам, я хочу кушать!
— Ох, пошли, — раскрываюсь и вылезаю из кровати.
Дочь тоже подскакивает и берет меня за руку. Вместе идем на кухню, но, дойдя до нее, дочь забывает обо всем. Точнее, обо мне.
— Олег! — кричит и бежит к нему. — Ты не спишь? Закончил уборку в своей комнате? А мне туда можно? — закидывает его вопросами, и мужчина забывает даже о воде, которую вышел попить.
— Кнопочка, — опускается перед ней на корточки и словно бы дотронуться до нее боится. Держит дистанцию. — Конечно, можно!
— Ура! — кричит Надюша. — Мама, можно я с Олегом спать буду? В его новой комнате? — оборачивается ко мне, шокируя своими вопросами не меня одну.
— Наденька…
— И мы с ним сейчас вместе покушаем! А ты иди спи… Иди! Мы сами, — выпроваживает меня из кухни, отчего у меня глаза на лоб лезут.
Маму уже променяла на Олега! Вот так просто!
— Выгоняешь? — прищуриваюсь. — Любимую мамочку?
— Просто ты устала, мамочка! — наконец обращает она внимание на этот факт. — Я с Олегом буду!
Волков смотрит на меня и с трудом сдерживает улыбку от тона нашей кнопки. Деловая колбаса все решила. А мы, ее производители, подчиняемся беспрекословно.
— Кнопочка, давай не все сразу, — вступается Олег, поняв, что я здесь уже не все решаю. — Поесть я с тобой поем, но спать ты с мамой будешь.
— Ты не хочешь, чтобы я была в твоей комнате? — обиженно делает шаг назад.
— Нет, боюсь тебя задавить, — быстро придумывает, а может, и не придумывает, причину. — Ты посмотри, какая ты маленькая и какой я большой! Усну и случайно тебя придавлю.
— Ой! — отпрыгивает. — Я буду кричать!
— А я могу не услышать и буду храпеть дальше!
— Храпеть? — переспрашивает Надя шокировано. — Нет, Олег, я с тобой не буду спать в комнате! Я буду с мамой. Мама не храпит!
— А покушать?
— Да! Покушать надо! — заявляет, погладив животик, который Олег совсем недавно всеми возможными и невозможными вкусностями набил.
— И правда надо, — вздыхает Волков.
Все части внизу 👇
Мой канал в ВК. Посты отличается от Дзена, переходите 👈
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Кнопочка от партнера отца", Анна Лапина ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.
***
Все части:
Часть 1 | Часть 2 | Часть 3 | Часть 4 | Часть 5 | Часть 6 | Часть 7 | Часть 8 | Часть 9 | Часть 10
Часть 11 - продолжение ❤️(подпишитесь, чтобы не пропустить)