От Сани нет вестей.
Мирослава удивлённо сводила бровки, беспокойно покряхтывала в кроватке.
Иван убаюкивал кроху, тихонько рассказывал:
- Ты не волнуйся. Шахтёры победят врагов, и домой вернутся. И папа вернётся.
Почти каждый день… и ночь приходилось спускаться в подвал шахтёрской пятиэтажки: украиньци обстреливали посёлки из «Ураганов» (реактивная система залпового огня) и миномётов.
На Степной, на Терриконной – ни одного уцелевшего дома.
Снарядом «Урагана» разбита поселковая школа.
С необъяснимым упорством, по несколько раз в день, стреляли из миномётов по детскому саду «Родничок».
По шахтёрским городам и посёлкам работали укры фосфорными боеприпасами – запрещённым во всём мире оружием… От ударов фосфором горели дома в Луганске: такой пожар обычной водой не потушишь…
Ночь без обстрелов случалась редко.
Полина сидела у окна. Гремело близко: стреляли по «Светлодарской».
Ванечка тоже проснулся, босиком прошлёпал к кроватке. Прислушался: Мирославочка спала.
Мальчишка не спрашивал маму, когда вернётся отец… Просто молча обнял её, гладил мамины волосы.
Как же Иван на Саню похож… Полюшка прижала к себе сына:
-Александрович мой…
Хлеб для ополченцев пекли и по домам, и в шахтёрской столовой. Крыша над столовой разбита осколками «Урагана», но кухня уцелела. За ночь успевали испечь до ста буханок. К рассвету картонные коробки и полотняные сумки-мешки с хлебом загружали в старенькую, но задорную и боевую – по характеру хозяйки – «шестёрку» Яругиных.
Что?.. У Светки нет прав?
- А на кой они мне – права, – заносчиво объясняла соседкам Светлана. – Ещё найти надо – такого инструктора по вождению, как мой Андрюха. Что ж он, Андрей Михайлович, – не научил меня машину водить! Некоторые с правами бы так водили, – как я без прав! И кому они сдались, те права, – в степи и в балках!
Поселковые женщины знали точно: Светка не преувеличивает. Ксюшка Фомичёва, Светланина помощница, рассказывала: на позиции и к блокпостам случалось ехать по такому бездорожью – по степи да по балкам, где не любой мужик отважился бы проехать. Одна Ксюха знала: иногда Светка бессильно роняла голову на руль, вполголоса ругалась… Но через минуту заводила «шестёрку» и непостижимо находила какой-то объездной путь – через Парамонову балку, по заросшим тёрнам склонам… мимо старого террикона за Орлиным курганом.
Ванечка стоял у детской кроватки, рассказывал Мирославе, что скоро шахтёры победят врагов и вернутся домой… И построят новый детский сад – точно с такими же деревянными домиками и качелями на площадке, как было до войны. И новых кукол купят девчонкам… и будут новые КамАзы, корабли, железная дорога – потому что все игрушки остались под кирпичами, обломками шифера и досок… Мирославочка откликалась брату – ласково агукала.
Полина оглянулась. В удивлении вскинула брови: на пороге квартиры – Вика Елисеева…
В Верхнелуганском говорили, что Вику видели с айдаровцами.
А Вика усмехнулась:
- Чего всполошилась, Полька! Я к тебе – с хорошей новостью. Собирайся.
- Куда это – собираться мне?
- Спасибо мне скажешь. К мужу собирайся.
Полюшкино сердце забилось – в радости… или в неясной тревоге.
- Ты видела Саню? Где он?
-Видела. Вот как тебя вижу. Да всё в порядке с ним, собирайся.
Польку надо было привезти к Владику – во что бы то ни стало…
Владька прямо одержимый этой своей тупой идеей – встретиться с Полиной.
Вика насмешливо заметила:
- Ты, Замятин, как влюблённый школьник. На всё готов – лишь бы добиться Полькиной любви.
Владик ухмыльнулся:
- Ну, там… – любви-не любви… А добьюсь – всего, чего мне надо от Польки. Особенная сладость – на глазах у Климентьева.
- Придурок. Санька тебе голову оторвёт.
- С Клима станется, – небрежно согласился Владик. – Только возможности у него не будет.
- Сам же сказал, – чтоб на глазах у него…
- Тут в сарае трос – для колодезного насоса. Олэкса с Остапом скрутят Клима – по рукам и по ногам. Как волчару матёрого… Так и будет смотреть, пока я Полинку… – как хочу и сколько хочу. Думаю, доставлю Климу неземное наслаждение… и незабываемые впечатления.
- Придурок.
- Ты в Польшу собираешься? – серьёзно поинтересовался Владик. – Я тут на днях с людьми говорил: сейчас подходящий момент – уехать и устроиться в модельное агентство. Роскошные съёмки, поездки по всей стране… Или у тебя, Викуль, проснулось чувство патриотизма и любви до нэнькы… и ты решила послужить нацбату айдар?.. Только ж учти: хлопцям одной Настуни мало… Тем более, – завтра новые приедут. Догадалась? Очередь дойдёт и до тебя. Настуню видела?.. Она уже и не рада, что украиночкою родилась. А тебе ещё... интереснее придётся: на шчыру украинку ты не тянешь. В общем, расклад такой, Викуля: ты мне – Польку, я тебе – Варшаву. Здесь всё надолго. Хлопци, смотрю, подрастерялись: думали, – управятся с шахтернёй за пару недель… ну, – за месяц. Х… там. Вряд ли и к осени закончится. Шахтерня вон – каждый день новые батальоны ополчения. Ещё в начале июня рвались хлопци захватить Луганский аэропорт, а дальше у них по плану был Луганск. За аэропорт бои – чертям жарко, не то что хлопцям. Наступают ополченцы и под Счастьем, под Северодонецком, Рубежным, Лисичанском… В общем, закончится точно не завтра. А у тебя – прекрасная возможность уехать отсюда. Всего-то и надо: привезти Польку.
- Она что: коза?.. Я её что, – на верёвке к тебе приведу? – раздражённо бросила Вика.
- Учить тебя? Тебе ж сказано: Клим ждёт её.
- У Польки двое малых! Куда она пойдёт!
- Вот и придумай, – чтоб пошла. А ты как хотела, Викуль? Чтоб не напрячься… а счастье само в руки легло? Европейское будущее, Викуля, бесплатным не бывает.
А Полька собираться не кинулась. Ещё и сынок… Санькина копия, подошёл. Нахмурился:
- Не ходи с ней никуда.
Вика деланно рассмеялась:
- Надо же! Ещё один Климентьев! Санька вечно командует: ты ж, Полька, – ни шагу влево… ни шагу вправо без его разрешения. И этот таким же растёт.
- Она нехорошая. Не ходи с ней никуда, – повторил Иван.
- Да убери ты своего малого! – возмутилась Вика. – Что за воспитание! Поговорить не даёт!
-Ты не ответила: где Саня?
Вика покачала головой:
- Даа, Полька… Разочаровала ты меня. Я думала, – ты на крыльях полетишь… А ты, смотрю… Не сильно и скучаешь по своему ополченцу. Никак – замену Саньке нашла?.. Правильно: пусть себе воюет.
- Где Саня? Он ранен?
- Нуу… Есть немного. В Станице он.
Полина похолодела от догадки:
- Саня… у айдаровцев?
Вика разозлилась: ясно, что никуда Полька не поедет…
Всё ж придумала.
Щёлкнула зажигалкой, закурила. Сквозь дым окинула Польку вызывающим взглядом:
- У айдаровцев. Хлопцы подобрали его на берегу Донца. Перевязку сделали… в общем, помощь оказали. Климентьев твой теперь и сам в айдаре служит. Сказал, чтоб ты не трепалась об этом в Верхнелуганском. Собирайся, некогда мне.
А Полина… рассмеялась.
- Вика, и мне некогда. Ты иди, – куда ты там шла. Да постарайся бабам нашим на глаза не попадаться.
-Ох, смотри, Полька… Дура ты. Не хочешь добром… по своей воле мужа проведать… Жди в гости хлопцев с айдара. Климентьев твой с голодухи велел тебя привезти. А ещё по ребятне соскучился. Ты подумай, Полька.
Полина закрыла за Викой дверь.
Сдерживала слёзы, – чтоб не плакать при Ванечке.
Отцы – и Полюшкин, и Санин, – оба в шахтёрском ополчении, ещё с весны. Из пятиэтажки тоже все мужики ушли.
Санин крёстный, бывший механик Иванцов, на шахте остался – следить за вентиляцией и водоотливом. После аварии у Григория Петровича вместо правой ноги – протез. Оттого и не ушёл с мужиками в ополчение…
Выслушал крёстный сбивчивый Полюшкин рассказ… Обнял её:
- Справимся, дочка. И Саню найдём. На рассвете с блокпоста Панкратов приезжал. Говорил, что ополченцы наши отобьют Станицу. А ты сегодня к нам давай. Ребят собери, – я заеду.
Продолжение следует…
Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5
Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 9 Окончание
Первая часть повести Вторая часть повести
Навигация по каналу «Полевые цветы»