-Ты обещал устроить меня в модельное агентство в Варшаве, – напомнила Вика.
-Обещал, – значит, устрою, – уверенно кивнул Владик. – У меня сейчас здесь дела: можно заработать. И тебе, Викуль, стартовый капитал не будет лишним. А задача твоя – простая. Хлопцы издалека приехали – шахтерню здешнюю поучить, как нэньку любить… и разговаривать на дэржавний мови… Сама понимаешь: служба тяжёлая. И без девчонок хлопцы соскучились: дело понятное. У тебя же есть подружки?.. Ну, – такие, что не против познакомиться с хорошими парнями? Ксюха Фомичёва, к примеру. Не всё ж ей по Саньке Климентьеву сохнуть! Увидит Ксюха, что не только шахтёры есть на свете. Вы ж, девчонки, любите военных! А здесь, в Верхнелуганском, вас ждёт одно: стать женой шахтёра. Да и то: Ксюха вон засиделась… А теперь – такие перспективы: выйти замуж за военного, жить в приличном городе – Киев, Львов, Тернополь. Да и вообще: украина идёт в Европу.
Перед Викой Владик старался выглядеть этаким убеждённым бодрячком… Вот только ему довелось побывать и во Львове, и в Тернополе. Если честно, – то и Львову, и Тернополю неизмеримо далеко до Луганска и Донецка… А городишко под Варшавой Владик вспомнил с содроганием… Верхнелуганский – с чистыми улицами и дворами шахтёрских пятиэтажек, с поселковой школой и детским садом, с ухоженными сквериками и парком – столица по сравнению с грязным и серым польским местечком (городком).
Вика Елисеева вскинула заинтересованный взгляд:
-И где ж твои военные?
- Воот. Умница. Я тебя обязательно познакомлю. Но парней много… И все соскучились. Давай так: ты приедешь с подружками. Девчонки не пожалеют.
Ксюшка Фомичёва удивлённо взглянула на Вику:
- Там же айдаровцы (айдар – один из укрокарательных нацбатов).
-А тебе какая разница, – усмехнулась Вика. – Хорошие парни, военные. Где ты ещё с такими познакомишься! Война, Ксюха, – это не наше женское дело. Наше женское дело…
- Наше женское дело, Вика, – испечь хлеб и отвезти его на блокпосты и на позиции нашим парням, – перебила Ксюша. – Мы с девчонками из шахтоуправления каждый вечер печём, а к рассвету ребятам доставляем – хлеб, воду, сигареты.
- Ой, ой, – Вика окинула Ксюшку насмешливым взглядом. – Пекарь нашёлся! Ну, пеки и дальше. И без мужика сиди.
А Настуня Литвинчук заинтересовалась Викиным предложением.
Настунэю стала Настюша с тех пор, как прошла по степи первая колонна бронетехники всу.
Всплеснула Настуня руками:
- Цэ ж наши!
Настя приехала в Верхнелуганский года три назад: Олэна, старшая сестра, вышла замуж за Андрюху Ефимова, машиниста шахтного электровоза. Олэну звали в посёлке просто Алёной. Она и Настуню переманила к себе – из глухого села на Тернопольщине, где сроду не было ни школы, ни магазина, ни почты. Настя радостно удивлялась и пятиэтажкам, и шахтёрскому Дому культуры, и поселковым скверикам. На работу устроилась в шахтный бытовой комбинат, в мастерскую по ремонту спецодежды. И подружки быстро нашлись, и парни заглядывались на синеглазую девчонку. Но Настюшка цену себе знала: парням улыбалась, а за простого шахтёра выходить замуж не хотела. Горделиво объясняла: мол, не за тем я сюда ехала. Выйду только за инженера, – что потом станет директором шахты.
Заметили девчонки, что Настя строит глазки инженеру Колядину. Валерия Павловича недавно назначили главным инженером шахты. Анютка Евсеева, Настина подруга, заметила:
- Настюш! Валерий Павлович женат.
- И – что? – дёрнула плечиками Настя. – Посмотри на его жену и на меня. Ему такая, как я, нужна. – Рассмеялась: – Думаешь, не вижу, как он смотрит на меня?
- Не выдумывай. У них двое мальчишек, Настя, – напомнила Анюта.
- Ещё посмотрим, кто для него важнее! – заносчиво пообещала Настя.
Инженер Колядин стал одним из первых командиров шахтёрского ополчения.
Настя разочаровалась. Фыркнула, поговорку тернопольскую вспомнила:
- Москалив нэ трэба и за сто рублив!
А украинским танкам и БТР-ам обрадовалась:
- Цэ ж наши! Давно пора, – шчоб и тут була справжня украина!
А для пьяных айдаривцив оказалось всё равно – Настюша она или Настуня… И – всё равно, что Настуня щебетала украинською… (щебетала по-украински).
Сначала – командыр Мыхайло Оныщук.
А потом – по чэрзи (по очереди).
Настюша-Настуня всем понравилась.
Саня слышал...
Темнел лицом, сжимал кулаки. Но Владик предусмотрительно закрывал дверь комнаты на ключ. С ухмылкой подмигивал Сане:
-Что, Клим? Тоже хочешь? А надо было думать, где… и кому служить!
Саня прикрыл глаза:
- Вы ж себя европейцами считаете. Орангутанги… и те себя так не ведут.
-Ты готовься, Клим. Командыр проспится, – пообщаетесь. А как пообщаетесь, – это, Клим, от меня зависит. – Владика вдруг осенило: – Впрочем, не только от меня… Викулю Елисееву помнишь?.. Страдала она по тебе. А ты… не удостоил девушку. Вика в отряде – не последний человек. И со своими обязанностями справляется неплохо. Времени у тебя – до вечера. Первым делом – извинись перед Викулей: ты перед ней сильно виноват… Обидел ты её – тем, что Польку выбрал. Извинись… а потом – выполнишь все её желания. Понял, Клим? Искупишь вину. Сейчас Викуля придёт к тебе. Будешь делать всё, что ей хочется. А я, так и быть, – фотокорреспондентом поработаю. Кадры получатся!.. Как думаешь: Польке твоей понравятся?
Вике Владик надел на палец колечко.
Колечко это Влад стырил у Оныщука. Мыхайло с хлопцямы на днях прошлись по хатам – разжились добром. Собирали машину до Киева… и дальше, – загрузили полностью: два новых холодильника, несколько неплохих телевизоров, стиралка – тоже почти новая… Ну, и по мелочёвке: серьги-кольца, бельё постельное, полотенца, прочее шмотьё – бабам на радость. Потом пили самогонку, и про колечко Мыхайло забыл.
А Вика уже напоминала об обещанном стартовом капитале.
Презрительно повертела колечко:
- Сдалось оно мне. Ты, Владик, деньги обещал.
- Будут деньги, Викуль, всё будет, – заверил Владик. – А пока… Это – дополнительно к колечку. Любовь свою давнюю хочешь увидеть?
Вика в досаде скривила губы:
- Что несёшь! Какую любовь?
-Сашка Климентьев готов исправить ошибки юности.
-Саня?.. Он… у вас? – не поверила Вика. – Трепло ты, Замятин. А то я не знаю, что Саня в ополчении.
- Отлетался ясный сокол, – ухмыльнулся Владик. – Несколько осколочных ранений у нашего ополченца. Без памяти был. Я нашёл его – на берегу. Проспится командыр – и Клим расскажет ему, чем воюют ополченцы… про то расскажет, что они в шахтах прячут… ну, и вообще, – какие у них, у ополченцев, планы. А привёз Клима я. Соображаешь, Викуль, что к чему?
Вика оттолкнула Владика:
- Где он? Где Саня?
- Не терпится? Да открою сейчас. Ждёт он тебя.
Влад вошёл в комнату вслед за Викой:
- Да вы не стесняйтесь, ребята. Ну, да… – условия, конечно, походно-полевые: вот такие времена настали. А я – для истории, несколько снимков.
Вика выбила телефон из Владиковых рук:
- Придурок! Он же ранен!
Владик захлопал глазами:
- Думаешь…
- Пошёл вон, придурок!
Владик вздохнул:
- Даа, ребята… Жизнь распорядилась. А мы ж учились в одной школе. Кто бы мог подумать, что когда-то… вот так, – на разных берегах окажемся…
-Мы с тобой, Владик, и были на разных берегах, – усмехнулся Саня.
Замятин вскинулся:
- Не доводи меня, Клим. А ты, Викуля, слушай. Не только ж вам с Санькой… юность вспоминать. Я тут что подумал: Польку ко мне приведёшь.
- Аж побежала она к тебе!
- Скажешь ей, что Климентьев у нас. Мол, – проведать можно. Прибежит. Вчетвером вспоминать… будет интереснее.
Продолжение следует…
Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5
Глава 6 Глава 7 Глава 8 Глава 10 Окончание
Первая часть повести Вторая часть повести
Навигация по каналу «Полевые цветы»