Димкины слова потонули во взрыве смеха.
Горный мастер Панкратов закурил новую. Заметил:
- При том, что Настюха твоя – женщина серьёзная, считай, Веригин, что тебе крупно повезло.
Дело было в шахтной душевой.
Димка Веригин на днях оставил там своё полотенце. Торопился очень: Анютка Гришки Дрёмова второго сына родила. Гришка, как положено, пригласил мужиков на бутылёк, – решили посидеть сегодня, после первой смены.
(Пояснения приводятся для тех, кто не знаком с шахтёрской терминологией, с богатейшей, яркой и выразительной профессиональной и разговорной лексикой донбасских шахтёров, с вековыми шахтёрскими традициями.
Одна из таких давних и известных шахтёрских традиций – собраться на «бутылёк». Начало традиции было положено на одной из шахт в Юзовке. Юзовка – так во второй половине 19 века назывался шахтёрский посёлок, который позже стал городом Сталино, а в 1961 году – городом Донецк. Попутно: город Луганск на столетие старше посёлка Юзовка. Именно луганская земля – начало Донбасса, Донецкого каменноугольного бассейна, не по городу Донецк – его ещё не было! – а по нашей реке Северский Донец, на берегах которого, в Лисьей Балке – современный луганский город Лисичанск – и был найден первый уголь, и самые первые донбасские шахты были здесь. Донбассом нашу землю назвал русский учёный-геолог, горный инженер Евграф Петрович Ковалевский в 1827-м году. Города Донецк тогда ещё не было! Называть Донбассом город Донецк – неправильно. Колыбель Донбасса, его начало – Луганская земля. Но – справедливости ради! – традиция собраться на «бутылёк» родилась на юзовской шахте – тогда там завершилась самая первая шахтёрская смена, и мужики решили отметить это дело правильно. Содержимое «бутылька» – самогонка. Попутно: самогонка на Донбассе – не мутная!!! Самогонка у нас прозрачная, как капля утренней росы! Поводов для «бутылька» – много: удачная смена, перевыполнение плана добычи угля, первая зарплата, выход на пенсию, сватовство, недавняя свадьба (на свадьбе, разумеется, пили отдельно), повышение по службе или награда, рождение ребёнка).
За оставленное в душевой полотенце – новое, большое, махровое, мягкое, – дома Димке, понятно, досталось от Насти. В очередной раз Димка узнал, какой он болван, балбес… а заодно – бовдур (бовдур – то же самое, что балбес и болван… только по-малороссийски), какой он ротозей, растяпище чёртово… И полотенец на него не напасёшься… и вообще, – будешь теперь вытираться моей старой ночной рубашкой. Чтоб знал, как оставлять в шахтной душевой новое, большое, махровое и мягкое полотенце.
Подробные объяснения Настя всякий раз сопровождала тем, что пребольно била в Димкин лоб согнутым пальцем.
А вчера – прямо неожиданное счастье свалилось.
Случайно, краем глаза, Димка взглянул в приоткрытую дверь раздевалки женской душевой…
Само собой, – вопрос тоже серьёзный: а… чего… а какого ты… пялишься в женскую раздевалку!..
Но в ту минуту – от неслыханной радости – Димка не думал о последствиях своего любопытства… ну, зачем – в приоткрытую дверь женской раздевалки… А думал Димка об одном: как реабилитируется в Настиных глазах – вернёт домой новое-большое-мягкое-махровое полотенце, нежно-голубое, с улыбчивым солнышком в уголке.
Веригин быстро оглянулся… Стремительным коршуном влетел в женскую раздевалку, в мгновенье ока – будто беспомощного цыплёнка… – схватил полотенце, затолкал его в глубокий карман куртки…
Ещё и шоколадку купил – по пути домой.
Настя окинула шоколадку и Димку неприветливым взглядом. Сухо поинтересовалась:
- Чего это ты?
- Так… тебе это, Настя! – радостно сообщил Димка. – Ты ж любишь такую. Я и подумал… А я, Насть… я полотенце наше нашёл. Нашлось полотенце наше: там, в душевой, в раздевалке, и висело, – в целости и сохранности.
-Нашёл?.. – недоверчиво переспросила Настя.
- Ну, да. Там, в кармане у меня, – возьми.
Настя направилась в прихожую.
Димка – с чувством выполненного долга – вошёл на кухню, потянул носом: Настюха биточки жарила. Приоткрыл кастрюлю: сливочное масло таяло в их любимом с Настей картофельном пюре…
Оглянулся…
Уклониться от летящей в лицо шоколадки не успел.
За шоколадкой в Димку полетело так счастливо найденное полотенце… ну, – новое… мягкое-махровое… голубое, с солнышком.
В следующее мгновенье Димка потерял дар речи…
Настя наступала:
- Нашёл, значит… полотенце, – наше!.. Долго искал?! Шоколадку, значит… – чтоб вину свою загладить, кообель?!
В Настиных руках взлетало… что-то светло-бежевое… знакомое своей…такой трогательной трепетностью… – прямо перед Димкиным лицом.
У Димки пересохло во рту…
Взлетало в Настиных руках… не что иное, как лифчик…
- А вот это – где отыскал?! Тебе это на чём сейчас завязать? На шее или… Кообель!.. Хамло!.. Хватило наглости – в кармане домой принести! А ну, – говори мне: чьё полотенце?! Говори, сказано! Я ей завтра!.. При всех! Она у меня дорогу на шахту забудет!
Настя хлестала Димку светло-бежевым лифчиком. Димка закрывался руками:
- Настя, Настя!.. Что значит – чьё полотенце? Наше полотенце!
Настя метнулась в комнату. Достала из шкафа… большое махровое полотенце – голубое, с солнышком в уголке.
Вчера Надежда Большакова, техничка из шахтной душевой, зашла к Насте в отдел кадров. Протянула аккуратно свёрнутое полотенце:
- Посмотри, Настюша. Кажется, твой забыл.
Сейчас Настя развернула полотенце перед Димкой:
- Наше – вот оно! А это – чьё? А ну, – отвечай мне!
Только теперь Димка заметил: на голубом махровом полотенце – ну, на этом, из его кармана… – не улыбчивое солнышко в уголке, а большая ромашка…
Сердце Димкино похолодело: это… это что ж выходит?.. Он… украл чьё-то полотенце… полотенце и… вот это… Украл в женской раздевалке. И… какая-то женщина вышла из душевой, а в раздевалке – ни полотенца, ни лифчика…
До полуночи горячо убеждал Настю, что перепутал… что случайно так вышло… Просто шёл мимо… а в женской раздевалке – их полотенце… ну, да, – не их, чужое. Но ведь похожее! А это… лифчик, в общем, - видно, под полотенцем висел. Ну, и в спешке… Настя!..
-В спешке? В женской раздевалке увидел?!
Ожидаемо… и – предсказуемо:
- А ты чего в женскую раздевалку заглядывал?!..
На следующий день, перед сменой, Димка завернул в душевую. Выбрал минуту, когда никого не было, подошёл к Надежде Степановне. Подал пакет с полотенцем и лифчиком. Стыдливо признался:
- Вот. Случайно я. В общем, – перепутал. Может, кто-то искать будет.
Надежда Степановна в недоумении свела брови:
- Так это Ксюшкино полотенце!.. Она в шоке была! Не знала, где искать, что думать!
Ксюшка – стволовая поверхности.
(Стволовой поверхности угольной шахты – это специалист, который регулирует работу подъёмного комплекса в шахтных стволах, обеспечивает безопасную транспортировку людей, грузов, материалов и оборудования, управляет системой подачи сигналов машинисту подъёмной установки. Стволовыми поверхности работают преимущественно женщины).
И как теперь… в шахту спускаться…
Димка попятился. Отчаянно и сбивчиво попросил Надежду Степановну:
- Вы… в общем, это… Вы передайте это Ксении Владимировне. Нечаянно я… случайно.
На улице облегчённо перевёл дыхание.
Мужики курили перед спуском в забой.
Хорошо, – сегодня на спуске-подъёме не Ксюшкина смена.
Ну, и решил Веригин с мужиками поделиться, – чтоб совсем на душе полегчало…
… Горный мастер Панкратов распорядился:
- Климентьев! Практикант у нас. Ты – опытный машинист добычного комбайна. Введёшь мальчишку в курс дела. Будешь руководить его горной практикой.
Саня взглянул на мальчишку. Скрыл волнение: три года пролетело – с тех пор, как он сам проходил практику на «Верхнелуганской»… как впервые спустился в забой, на глубину в тысячу сто метров…
А практикант ухмыльнулся:
- Да не переживай ты так… наставник. Всё хорошо будет. Не в космос летим.
Шахтная кровля – это горные породы, расположенные над пластом угля.
Продолжение следует…
Навигация по каналу «Полевые цветы»