Это приключение о девяти совершенно разных детях, которых волею случая объединил магический кубик. История о том, как кубик отправляет их в приключения, а они пытаются разобраться в своих проблемах, отвечают на свои вопросы, взрослеют и меняются.
Мистический проводник, которого встречают дети, отвечает на самые сложные вопросы с юмором и иронией, в свойственной ему манере, но помогает детям разобраться в самых сложных вопросах.
История для семейного чтения, детей (12+) и их родителей.
Предыдущие главы:
ГЛАВА 1. https://dzen.ru/a/aaQ3Z1RnUWNuIKkB
ГЛАВА 2. https://dzen.ru/a/aaRK9PmdZD840MqF
ГЛАВА 3. https://dzen.ru/a/aaRMdlMz9TN2tHmw
ГЛАВА 4. https://dzen.ru/a/aaRNOfmdZD8408QH
ГЛАВА 5. https://dzen.ru/a/aaRNsch-Z2J0j8RZ
ГЛАВА 6. https://dzen.ru/a/aaRODx9TAlRP5MPP
ГЛАВА 7. https://dzen.ru/a/aaRObwTDul0KdCvu
ГЛАВА 8. https://dzen.ru/a/aaRPTH4yO1wV3nLp
ГЛАВА 9. https://dzen.ru/a/aaRTK5gnDXdYkk8t
ГЛАВА 10. ДРУГАЯ ЖИЗНЬ
Середина июля наступила незаметно. Ожидаемо, но по ощущениям они прожили раз в пять больше.
Днём всё было как обычно, и только у Амира всё было уже давно не так.
Жасмин снова шла к их дому. Снаружи – всё знакомо до мелочи:
– Заходи, Жасмин, он в комнате.
Она толкнула дверь и застыла на пороге.
Амир сидел за клавишами. Не развалившись, не поджав ногу, а идеально прямо. Как пианисты, что играют на больших сценах.
– Не помешала? – спросила она.
Он закончил фразу, оторвался от клавиш и улыбнулся:
– Да нет. Вовремя. Послушай.
Он сыграл ещё раз.
Конечно, она узнала мелодию сразу. Это была их песня, только как будто её кто‑то довел до совершенства.
Там, где раньше он «мазал» по аккордам и потом выруливал на ходу, теперь всё звучало уверенно. Там, где раньше он чуть запаздывал, теперь вёл её вперёд.
– Это… – она нахмурилась. – Что ты сделал с ней?
– Я её чуть поправил. – кивнул он.
Слово «чуть» в его исполнении вызвало у неё очень чёткое внутреннее: «ага, конечно».
– Ещё раз, – сказала она.
Он сыграл. Она слушала и в какой‑то момент почувствовала, как внутри что‑то неприятно поднимается — не до горла, а где‑то между грудью и животом: это было и восхищение, и зависть, и подозрение – все сразу. Так быстро люди не растут. Так звучат профессионалы. Кто долго учился и очень много играл. Не только дома.
– Ты где‑то ещё занимался? – спросила она как можно спокойнее.
– Ну… – он пожал плечами. – Я много тренировался.
Он не врал, но и не отвечал. Она это услышала.
– Понятно, – только и сказала она.
Больше ничего спрашивать не стала. Слова «мне обидно» и «я тебе завидую» застряли где‑то в горле, но наружу не вышли. Она не хотела сейчас ломать то, что они только‑только начали строить.
– Ты хотел что‑то предложить, – напомнила она. – Звал ведь не просто так.
Амир чуть выдохнул, как будто был рад, что тема сменилась.
– Да, – сказал он. – Давай в этот раз сыграем… по‑настоящему.
Он кивнул в сторону окна, за которым блестело озеро:
– Там. Для друзей и для родителей.
Она представила. Мысль была одновременно страшной и очень привлекательной.
– Хочешь, чтобы они увидели нас такими? – спросила она.
– Да, – честно ответил он. – Хочу, чтобы мы выступили по-настоящему, для зрителей. И если вдруг больше ничего не получится, то останется этот момент.
Она чуть улыбнулась:
– Тогда сделаем это.
– Отлично.
***
Они собирали программу осторожно, как карточный домик, который боишься сломать.
Сначала — их первая песня, которую Амир уже вылизал до блеска. Потом – новая, которую они начали писать сразу после уличного концерта, и теперь наконец довели до ума. И ещё парочка знакомых всем.
Чем больше они репетировали, тем яснее Жасмин чувствовала разницу. Это был уже не прежний Амир. С каждой такой репетицией внутри неё шептали два голоса:
- один радовался: «мы сделали это по-настоящему круто»;
- другой шептал: «ты отстаёшь, он уже давно впереди тебя… и очень далеко».
Ничего из этого вслух говорить не хотелось.
***
День выступления выдался типично июльским: солнечным и шумным.
Они с Амиром притащили колонку и синтезатор. Ребята помогли подключить, проложить провода так, чтобы никто не споткнулся.
Родители собирались в кучку: дети собрали всех своих родителей – день был особенный.
– Сейчас на этом берегу произойдёт культурное событие, – объявил Артур, забравшись на перила. – Просьба не пугаться. Наши музыканты решили, что теперь не только мы должны слушать их песни. Поддержите их, пожалуйста.
– Спасибо за поддержку, – бросила Жасмин. – Стало совсем не страшно...
Амир провёл пальцами по клавишам, проверил звук. Колонка тихо загудела. Он посмотрел на неё:
– Готова?
– Нет, – честно ответила она. - Но пора.
Он нажал первую ноту.
И ничего. Колонка тоненько пискнула и… вырубилась.
Повисла смешная пауза.
– Это была проверка наших музыкантов на внимательность, – не растерялся Сава.
Кто‑то засмеялся, кто‑то крикнул: «Ничего, давайте ещё!»
– Мы никуда не уходим, – отозвался Рахеш. – Настраивайтесь.
Амир почувствовал, как тугой ком в животе развязывается. Он улыбнулся сам:
– Ну, хуже уже точно не будет.
Через пару минут колонка ожила. Он ещё раз проверил звук. Теперь всё было нормально.
– Дубль два, – сказал он.
***
Вторая попытка стала самым настоящим концертом.
Первая песня прошла почти без шероховатостей. Это была та же мелодия, но с новым стержнем. Люди замолчали и слушали, и не из вежливости.
Вторая — новая — вдруг как будто «открыла дверь». В воздухе стало плотнее и тише. Чьи‑то головы повернулись ближе. Жасмин на секунду поймала взгляд своей мамы: там не было ни усталости, ни скепсиса — только внимание.
Когда они закончили, никто не стал экономить на аплодисментах. Кто‑то кричал «молодцы», кто‑то просто улыбался. Взрослые, дети — все реагировали.
– Я жива, – выдохнула Жасмин, садясь на песок.
– Я тоже, – согласился Амир. Руки у него всё ещё вибрировали, как струны. Это было странное ощущение: он уже давно не боялся сцены, но выступать перед родителями было в разы страшнее – словно от этого зависело все его будущее.
***
После того как всё чуть успокоилось, к ним подошли родители.
– Это было… – Лена потёрла ладони о шорты, словно не знала, куда деть руки. – Очень… по‑взрослому.
Она посмотрела на сына:
– Я не всё понимаю в вашей музыке, но… мне было так приятно тебя слушать. Я тебя очень люблю.
Рахеш положил Амиру руку на плечо. Обычным своим, спокойным тоном сказал:
– Я тобой горжусь.
Эти три слова попали прямо в сердце.
Амир даже на секунду не смог ничего ответить — просто кивнул, потому что иначе из него вышел бы странный стон, совсем не похожий на «спасибо».
Родители Жасмин тоже подошли:
– Ты сильно изменилась, – сказала её мама. – Я это вижу. Возможно, ты в чем-то права.
Этого, по сути, было достаточно, чтобы Жасмин захотелось прыгать от счастья. Но она просто сказала «спасибо», а внутри отметила: «бинго».
***
Стоило взрослым отойти, как вокруг них тут же образовался второй круг — друзья.
– Так, – сказал Даня, усаживаясь напротив. – У меня вопрос.
Он повернулся к Амиру:
– Откуда у тебя такие навыки? Люди так за две недели не прокачиваются.
– Если ты сейчас будешь придумывать отмазки, – добавил Сава, – я обижусь из принципа.
– И я, – кивнул Наиль.
Жасмин молчала, но по её взгляду было видно: она тоже ждёт ответа.
Амир провёл ладонью по лицу, будто стирая остатки волнения.
– Ладно, я не буду врать – сказал он. – Вы правы.
Он вздохнул:
– Тогда, после последнего раза … я вернулся в город Мирослава.
Тишина сгущалась.
– Один? – переспросил Артур.
Лиля выбрала этот момент, чтобы заговорить:
– Я тоже там была – увидела кубик на полу, – сказала она. – И пошла за ним.
Она посмотрела на всех:
– Мы были там вдвоём. И решили никому не говорить.
– Класс, – хмыкнул Сава. – Я думал у нас групповой тариф, а оказалось – семейный.
– Это могло быть опасно, – тихо сказал Даня. – И… честно — это неприятно.
Он не отводил взгляд:
Амир кивнул.
– Я понимаю, – сказал он. – И мне правда стыдно за то, что я так сделал.
Он опустил глаза:
– Тогда мне казалось, что это по-настоящему мое… И вам не обязательно там было быть. Мне нужно было побыть одному, не потому что я вам не доверяю, а потому что боль после её смерти я должен был прожить сам. - Он поднял взгляд. – Я не хотел, чтобы вы были мне чем-то обязаны.
– Но по факту, – заметил Наиль, – мы всё равно теперь это чувствуем.
Жасмин наконец заговорила:
– Я… могу тебя понять … и простить. – сказала она. – Но запомни: ты нам теперь должен кучу историй.
Она чуть улыбнулась:
– И да, я тебе завидую. И да, я рада за тебя. Оба эти чувства живут во мне одновременно, и это странно. Но, когда ты играешь, я слышу и то, чему тебя там научили, и то, чему мы учились сами. Это значит, что всё не зря.
Напряжение чуть‑чуть отпустило. Не исчезло совсем, но стало мягче.
***
Позже, когда они собрались дома, – Амир зашёл на кухню.
Лена вытирала стол. Окно было открыто, тёплый воздух шевелил штору.
– Мам… – тихо позвал он.
Она обернулась, сразу стала внимательной:
– Что. Что случилось? – она обеспокоенно посмотрела на него.
– Ты сегодня сказала, – начал он, – что любишь меня.
- Я все время тебе это говорю. – кивнула она. – Потому что это правда.
Он глубоко вдохнул.
– Я всё время думал, – тихо произнёс он, – что мама может быть только одна. – моя мама. И если я позволю себе еще любить – я предам ее.
Плечи дёрнулись:
– Мне казалось, что если я приму тебя как маму, то… предам её.
Она подняла глаза:
– А там я понял, что это не так. Что можно… любить и её, и тебя. И это не делит любовь пополам.
Лена какое‑то время просто смотрела. Потом обошла стол и обняла его со спины, положив подбородок ему на плечо.
– Я никогда не хотела быть вместо нее, – сказала она. – Я просто хотела быть рядом.
Она прижалась щекой к его виску. И внутри него что‑то очень давнее, связанное с тем шестилетним мальчиком, который тогда впервые услышал слово «умерла», наконец чуть‑чуть отпустило.
Следующие главы:
ГЛАВА 11. https://dzen.ru/a/aaRUCoRDvXVRMzPQ
ГЛАВА 12. https://dzen.ru/a/aaRUU4RDvXVRM51w
ГЛАВА 13. https://dzen.ru/a/aaRWumzju1pJlILF
ГЛАВА 14. https://dzen.ru/a/aaRYG-YEOzetkGIm
ГЛАВА 15. https://dzen.ru/a/aaRbIB9TAlRP9aai