Это приключение о девяти совершенно разных детях, которых волею случая объединил магический кубик. История о том, как кубик отправляет их в приключения, а они пытаются разобраться в своих проблемах, отвечают на свои вопросы, взрослеют и меняются.
Мистический проводник, которого встречают дети, отвечает на самые сложные вопросы с юмором и иронией, в свойственной ему манере, но помогает детям разобраться в самых сложных вопросах.
История для семейного чтения, детей (12+) и их родителей.
Предыдущие главы
ГЛАВА 1. https://dzen.ru/a/aaQ3Z1RnUWNuIKkB
ГЛАВА 2. https://dzen.ru/a/aaRK9PmdZD840MqF
ГЛАВА 3. https://dzen.ru/a/aaRMdlMz9TN2tHmw
ГЛАВА 4. ТОТ, КТО ВЫБИРАЕТ
Следующее утро пахло кашей, влажным полотенцем и лёгким перегаром вчерашних мыслей.
За день после «музея Пикассо» успело много чего случиться:
- Амир долго сидел на веранде с синтезатором и пытался найти «мост» между индийской мелодией и русским национальным мотивом,
- Жасмин играла тихо у себя в комнате, пока дом спал, проверяя, не исчезнет ли внутри то самое ощущение «не могу не», остальные кто как умел пережёвывали экскурсоводские фразы, как слишком жёсткую пищу.
Но утро на даче устроено просто: если не льёт дождь, взрослые так или иначе выгоняют детей к воде.
К девяти часам по знакомой тропинке к озеру опять потянулась процессия:
- Сава и Лучезар – с мячом и двумя полотенцами,
- Даня – с тетрадью под мышкой (на всякий случай), Варя – с ведёрком и формочкой,
- Жасмин и Наиль – с ковриком и сумкой, в которой звенела бутылка воды и что‑то книжное,
- Амир, Артур и Лиля – с надувным кругом для Лили и рюкзаком, где жила шкатулка.
Взрослые разошлись по периметру:
- кто‑то сел на плед под сосной,
- кто‑то залез в воду по колено,
- кто‑то открыл книгу и сделал вид, что читает, а на самом деле считал по головам детей.
Мир снова был «обычным». Но у каждого внутри кусочек музея Пикассо ещё не выветрился.
Какое‑то время они просто стояли.Солнце светило так же, вода плескалась так же, собака всё так же носилась за палкой.
Только внутри у каждого что‑то было уже не так.
– Окей, – первым сдался Артур. – Предлагаю официально признать: это было. И это было… странно. И круто. И страшно. Всё вместе.
– Ты когда‑нибудь говоришь «нормальные» предложения? – устало спросил Сава.
– А что, это ненормальное? – обиделся Артур. – У нас кубик переносит нас в музей Пикассо, где экскурсовод цитирует наши мысли. Я максимально адекватен ситуации.
– Можно я запишу эту фразу, – пробормотал Даня. – Отличный слоган для обложки.
Лиля молча положила кубик обратно в шкатулку и застегнула рюкзак.
– Мы… ещё будем? – спросил Лучезар. – Кидать?
– Не сегодня, – неожиданно для самого себя сказал Амир. – Сначала надо… дослушать то, что уже сказали.
Он сам удивился формулировке. Но она показалась правильной.
– Да, – кивнул Наиль. – С научной точки зрения неплохо иногда делать паузы в экспериментах. Иначе не успеешь понять, что наблюдаешь.
– Перевод, – пояснил Сава. – У всех и так мозг кипит.
– Можно я пойду купаться? – робко спросила Варя. – А то у меня мозг маленький, ему слишком много всего.
– Можно, – сказала Наталья, которая как раз подошла проверить, не утонули ли они. – Только не заплывайте далеко.
Они разошлись по берегу, каждый в свою сторону, но ощущение, что они теперь как‑то связаны друг с другом по‑особенному, никуда не делось.
***
Днём жара набрала обороты, и родители торжественно объявили «тихий час» под предлогом «пусть солнце уйдёт».
Даня сидел у себя в комнате, тетрадь с комиксом лежала перед ним, но карандаш почему‑то не слушался.
В голове не выходила фраза: «Художник – это не тот, кто умеет рисовать, а тот, кто не может не рисовать».
Он посмотрел на свои прежние рисунки: аккуратные, выверенные, перспектива по линейке, светотень по правилам.
*Умею ли я? Да. Не могу ли я без этого? Вот это вопрос, господин Пикассо…* И тут в голову влезла другая мысль: *Если это был не просто глюк, а… событие, оно, наверное, оставило… след в интернете. Фильмы. Интервью. И вообще, я не так много знаю о Пикассо, чтобы спорить о нём с мистическим экскурсоводом.*
Он поднялся и вышел на кухню.
Сергей сидел за столом с книгой, Наталья в углу что‑то печатала на ноутбуке – вечно отчёты даже на даче.
– Пап, – сказал Даня.
– М? – Сергей оторвался от книги. – Ты не спишь?
– Ага, я сплю стоя, – сухо ответил Даня. – Скажи честно: у нас дома есть что‑нибудь… про Пикассо?
Сергей моргнул.
– Про кого? – уточнил он на всякий случай.
– Про художника, – терпеливо пояснил Даня. – Пабло Пикассо. Фильмы, книги, лекции… что‑нибудь.
Наталья медленно подняла взгляд от ноутбука.
– У тебя температура? – она удивленно подняла глаза на Даню.
– Даня, у тебя всё хорошо? – добавил Сергей. – Ты ничего… не ел странного на озере?
– Я ел только слова экскурсовода, – честно сказал Даня. – И теперь хочу догрызть тему.
Родители переглянулись.
– Что? Просто ты обычно просишь включить что‑нибудь про… – Наталья поискала слово, – супергероев.
– А Пикассо чем не супергерой? – парировал Даня. – Он изменил искусство целой эпохи.
Сергей тихо фыркнул.
– Ладно, – сказал он. – У меня где‑то есть старый документальный фильм. Я его студентам когда‑то ставил. Чёрно‑белый, скучный, тебе не зайдёт. И на Ютуб может что-то найдешь.
– Я проверю, – ответил Даня. – Научный интерес.
Сергей посмотрел на Наталью.
– Ну если просит Пикассо, а не стрелялки, – вздохнул он, – грех не поддержать.
Он встал, ушёл в комнату, через пару минут вернулся с диском.
– Тут, по‑моему, остался, – сказал он. – Я перенесу на твой ноутбук… когда вернёмся в Москву.
– А… – Даня поёрзал. – А можно… не ждать сентября?
– А, вот оно что, – догадался Сергей. – Фильм – это, конечно, прекрасно. Но путь к нему лежит через верхнюю полку шкафа.
– Пап, – серьёзно сказал Даня. – Я хочу не «поиграть», а послушать. Там, возможно, ключи к…
Он вовремя заткнулся.
Фразу «к тому, что нам сказал мистический экскурсовод в параллельной реальности» он приберёг для другой аудитории.
Сергей внимательно посмотрел на сына.
– Ты меня сейчас почти купил, – сказал он. – Почти. Но правило до конца недели я менять не буду. Однако… – он задумался. – У мамы есть ноутбук. И интернет. И у нас тут дача с телевизором.
Наталья вскинула брови.
– Ты только что предложил мне делиться рабочей техникой? – удивилась она. – Ты уверен, что это тот Сергей, за которого я выходила замуж?
– Это научный эксперимент, – невозмутимо ответил он. – Если ребёнок добровольно просит документальный фильм про Пикассо, это нужно поддержать немедленно, пока не передумал.
Даня ощутил, как внутри чуть‑чуть оттаивает маленький комок обиды.
– Я правда не передумаю, – сказал он. – Если что, я даже могу конспект сделать. Для папиных студентов.
– Вот, уже пошла эксплуатация детского труда, – вздохнула Наталья, но ноутбук отодвинула. – Садись. Только аккуратно. И после фильма – гулять. Экран – это не новый член семьи.
Через двадцать минут Даня уже сидел перед экраном, а на нём какой‑то хрипловатый голос рассказывал про мальчика, который сначала рисовал так, что академики рукоплескали, а потом решил, что «так» ему больше неинтересно.
Где‑то внутри тихо щёлкало: «Не может не. Новое для своего времени. Мост, а не костёр».
***
Жасмин сидела на кровати, синтезатор стоял рядом, как давно приглашённый гость, которого всё никак не позовут к столу.
Она медленно включила синтезатор. Пальцы устроились на клавишах, как люди в давно знакомой комнате.
Она не играла ничего «сложного» – не те вещи, которыми хвастаются в интернете. Просто перебирала аккорды, связки, маленькие мостики между звуками.
Каждый звук был как дыхание. Сначала неловкое, потом ровнее.*«Никто не запрещает начинать сейчас. Даже если это одно честное действие в день».*
Она поймала мелодию, которую вчера услышала в музее – точнее, то, что в ней осталось: немного Пикассо, немного экскурсовода, немного её собственной обиды и надежды.
Дверь негромко приоткрылась.
– Можно? – спросил Наиль.
– Если тихо, – сказала она, не переставая играть.
Он сел на пол, привалившись к стене.
– Ты… правда тогда что‑то сказала? – спросил он. – Перед броском.
Жасмин чуть сбилась, но потом продолжила.
– А если сказала, то это не твоё дело, – ответила она. – Это раз. А два – я сама ещё не до конца знаю, что именно.
– Просто интересно, – сказал Наиль. – Мы все кидали. И ничего.
Ты кинула – и сразу музей, экскурсовод, фразы, после которых у людей глаза становятся как у сов. Как будто он отвечал именно тебе.
Она остановилась.
– А может, – тихо сказала она, – он отвечал не только мне.
Наиль пожал плечами.
– Мне он тоже попал, – честно признался он. – Про «новое для своего времени» и «не разрушить старое» – это… Прямо моя внутренняя дискуссия с наукой.
Он посмотрел на синтезатор.
– Мама говорила, ты можешь пойти в лицей при универе, – сказал он. – И играть по вечерам. Экскурсовод сказал… вообще другое.
– Экскурсовод не платит за квартиру, – мрачно заметила Жасмин.
– Это да, – согласился Наиль. –
Но если ты будешь делать вид, что у тебя внутри ничего нет, а оно есть, платить всё равно придётся. Только не деньгами.
Она вздохнула.
– Ты так говоришь, как будто у тебя нет своих проблем, – проворчала она.
– У меня они будут позже, – пожал плечами Наиль. – Сейчас моя работа – быть младшим братом и иногда говорить умные вещи не к месту.
Она тихо рассмеялась. Пальцы снова задвигались по клавишам. Это была не великая музыка. Ещё нет. Но это было действие.
И оно началось сейчас.
***
Амир сидел на веранде своего дома, синтезатор он вынес к окну, чтобы слышать и видеть озеро.
Елена на кухне собирала что‑то на ужин, Рахеш разговаривал по телефону с коллегой на английском.
Слова про Пикассо и мосты мешались в голове с другими фразами, которые он слышал раньше:
- «В Индии у тебя были бы другие возможности»,
- «Здесь ты всё равно будешь чужим, как ни старайся»,
- «Музыка – это красиво, но…».
*«Инструменту всё равно, где ты. Новое рождается на границе привычного и того, что ты внутри слышишь».*
Он положил руки на клавиши. Сначала сыграл что‑то из знакомых индийских мелодий. Тех, которые пела мама. Потом резко перескочил на что‑то русское, почти дворовое. Они немного спорили, толкались, как люди в метро. Потом он начал искать между ними мост.Не разрушая ни одно, ни другое, а соединяя.
Звуки стали странными, ломаными, но в них было что‑то честное.
– Красивая музыка, – сказал Рахеш, выходя на веранду. – Новая?
– Не знаю, – честно ответил Амир. – Пока… что‑то… ищу.
– Ты можешь искать где угодно, сын, – сказал Рахеш. – В Индии. В России. В музее, в метро, на даче. Музыка не знает границ.
Амир вскинул брови.
– Ты когда‑нибудь работал экскурсоводом в музее Пикассо? – спросил он.
Рахеш удивлённо рассмеялся.
– Нет, – сказал он. – Но было бы интересно.
Амир тоже усмехнулся.
*«Тот, кто не может не. Вопрос – как».*
Он снова положил пальцы на клавиши. И на этот раз не думал ни про страны, ни про паспорта, ни про прописку. Он думал только о том, как звучит его собственный мост.
***
Сава сидел на песке и думал:
*Если Бог – художник, то, может, все эти странности – не наказание, а способ привлечь внимание тех, кто слишком увлёкся своими «правильными» схемами.*
Он ещё не был готов признать это вслух, но впервые за долгое время ему стало интересно не спорить, а… спросить.
Лучезар рисовал палкой по мокрому песку. Он вывел кривоватую линию, потом вторую, потом ещё, и вдруг у него получился… очень странный человечек с глазами по бокам головы.
– Это Пикассо, – радостно сообщил он Варе. – Новый.
– Он как будто видит сразу всё, – серьёзно сказала Варя. – И спереди, и сбоку.
– Ну да, – кивнул Луч. – Как наш экскурсовод.
Варя задумчиво добавила к человечку ещё одно ухо.
– Чтобы лучше слышал, – объяснила она.
Наиль сидел у окна и делал то, что делал лучше всего: переписывал в голову вчерашние и сегодняшние события, раскладывая их по полочкам.
*«Повторяемость эффекта есть. Экскурсовод – та же фигура, но в другой роли. Боль инициатора броска влияет на сценарий».*
Он вдруг подумал, что, возможно, кубик реагирует не на силу броска, а на силу вопроса.
Артур, разумеется, построил свою версию:
– Я думаю, – говорил он Лиле, – что это всё глобальный квест от Вселенной. И экскурсовод – наш NPC. Очень прокачанный. Типа Шерлока Холмса, только доброго.
– Ну да, – сказала Лиля. – Только он не в трубке прятался, а в картине.
Она погладила рюкзак. Кубик внутри лежал тихо.
Ей казалось, что он как будто… прислушивается.
***
Вечером, когда солнце клонилось к закату, они снова оказались вместе у забора между участками.
Без кубика. Просто так.
– Ну, давайте, – сказал Артур. – Признавайтесь. Кто что загадал перед броском?
– Я загадал, чтобы мир перестал делить время на «до каникул» и «после», – пошутил Сава. – Не сбылось.
– Я думал о повторяемости эксперимента, – честно признался Наиль. – И о том, что неплохо бы выжить.
– Я думала, что экскурсоводы в музеях обычно скучные, – сказала Варя. – Оказалось, не всегда.
– Я… – Даня задумался. – Я, наверное, хотел доказательств, что мы не сошли с ума.
Кажется, я их получил. В комплекте с философией.
– А ты? – повернулись они к Жасмин.
Она чуть напряглась.Лгать не хотелось. Говорить правду – тоже.
– Я… – она опустила взгляд. – Я просто очень хотела понять, имею ли я вообще право… хотеть. И чтобы кто‑нибудь, кроме меня, сказал, что это не преступление.
Повисла пауза.
– Звучит как нормальный вопрос, – тихо сказал Амир. – Для такого… экскурсовода.
– А ты? – спросила Лиля у него. – Ты что думал?
– Что если уж мир умеет останавливать время, – ответил Амир, – может, он сможет на секунду перестать делить людей на «своих» и «чужих». Хотя бы в моей голове.
Они замолчали. Никто не стал говорить «ну вы и загнули». Каждый слишком хорошо слышал, как его собственные мысли недавно звучали не менее пафосно в музее.
– Короче, – резюмировал Артур. – Мы не знаем, почему именно, но когда кидала Жасмин – сработало.
– Это не потому, что она девочка, – уточнил Сава. –
И не потому, что старше. И не потому, что у неё волосы красивее.
– Хотя волосы у неё реально красивые, – заметил Наиль, тут же получив подзатыльник.
– Возможно, – задумчиво сказал Даня, – дело в том, насколько сильно человек в этот момент хочет услышать ответ. И насколько честный вопрос он задаёт.
Все невольно посмотрели на Лилю.
Она прижала к себе рюкзак.
– А я вообще не загадывала, – прошептала она. – Я просто… сказала, чтобы он никого не убивал.
– Тоже, между прочим, важный запрос, – сказал Сава.
Они переглянулись.
Кубик молчал. Но у всех было ощущение, что впереди у них ещё много бросков. И много вопросов. И что экскурсовод, кем бы он ни был, свою «смену» ещё не отработал до конца.
Следующие главы:
ГЛАВА 5. https://dzen.ru/a/aaRNsch-Z2J0j8RZ
ГЛАВА 6. https://dzen.ru/a/aaRODx9TAlRP5MPP
ГЛАВА 7. https://dzen.ru/a/aaRObwTDul0KdCvu
ГЛАВА 8. https://dzen.ru/a/aaRPTH4yO1wV3nLp
ГЛАВА 9. https://dzen.ru/a/aaRTK5gnDXdYkk8t
ГЛАВА 10. https://dzen.ru/a/aaRTqvmdZD842-wX
ГЛАВА 11. https://dzen.ru/a/aaRUCoRDvXVRMzPQ
ГЛАВА 12. https://dzen.ru/a/aaRUU4RDvXVRM51w
ГЛАВА 13. https://dzen.ru/a/aaRWumzju1pJlILF
ГЛАВА 14. https://dzen.ru/a/aaRYG-YEOzetkGIm
ГЛАВА 15. https://dzen.ru/a/aaRbIB9TAlRP9aai