Кате так не хотелось здесь находиться в тот момент, когда она снова вернулась в себя. Ведь голова, словно ее сжали в тиски, опять раскалывалась при взгляде на стерильную белизну больничной палаты. А тут еще и ярость в глазах Родиона пришла на память, его тяжелая рука и оглушающая боль, потом – темнота.
Сейчас, глядя в блекло-голубой потолок, она приняла решение. Память – это ее щит на время. Уже притворилась, что не помнит ничего. Ни Родиона, ни их совместной жизни, ни той ссоры, которая привела к ее присутствию в этих стенах. Это сработало. Но вспомнился и страх, и растерянность в его глазах, когда увидел жену беспомощной и в таком состоянии.
Еще немного, и он бы стал умолял ее вспомнить. Катя была бы непреклонна. Пока что она делала бы это с тем, чтобы проверить Родиона, искренность его слов и намерений. Ведь совесть, укорявшая ее за измену, не давала покоя даже в кратковременном сне. С другой стороны, все еще хотелось начать все с чистого листа с Юрием, мужчиной, чья мягкая улыбка преследовала ее в мечтах и не вспоминать которого было невозможно.
*****
Но, что бы ни думала Катя, судьба и дальше плела сложные узоры. В этом убедилась, когда в дверях палаты появилась, мило улыбаясь и стараясь быть обходительной, эта странно ведущая себя девушка. Екатерина с первого взгляда узнала Елену. Это соседка отца, которая, судя по ее поведению и отношению к Юре, давно положила на него глаз.
Не растерялась Екатерина, и даже не подумала раскрыться перед непрошеной гостьей. Отчасти из-за того, что не хотела, чтобы та ее узнала и сообщила Юре, где она и что с ней, потому что в ней еще не созрело правильное решение. А с перевязанной головой и синяком под глазом ее и в самом деле было сложно узнать. Это упрощало ситуацию. То есть не придется особо притворяться.
- А вы, простите, что тут делаете? – это был первый вопрос, которая Екатерина задала своей новой знакомой, помня о том, что раскрываться нельзя и уж тем более что-то или кого-то называть по имени. Эту нахалку надо было спровадить. Поэтому на лице Катином не было и тени улыбки или чего-то такого, что бы в ней выдавало воспитанного человека.
- Я? – застигнутая врасплох Елена не нашлась сразу, что ответить на простейший вопрос. И сейчас, судорожно пытаясь найти выход, глупо улыбалась. Катя это заметила, и еще больше убедилась в правильности своего решения и поведения. – Лежу здесь.
- Да, лежу, через две палаты от вас, - найдясь, наконец, зачастила девушка. Но тут же замолчала. Ей надо было хорошо изучить обстановку, пока Родя и Юрик не знают, что она тоже тут рядом с ними и с их любимой. Осмотревшись, поняла, что можно напором взять эту нежную и ранимую девчонку. И стала трещать без умолку.
*****
Екатерина уже минут через десять потеряла терпение. Слушать ту белиберду, которую извергала гостья, было невозможно. Но делать это нужно, поскольку, возможно, хоть что-то из информации выудит из этого потока. В какой-то момент ей показалось, что сейчас она узнает что-то очень важное. Ведь в рассказе «незнакомки» мелькнуло имя Родиона.
- Не может быть. Где самодостаточный Родя-бизнесмен, и где эта безродная вертихвостка, - категорически решила Катя. Но с этого момента пришлось все чаще напрягать слух, чтобы не пропустить ничего. А сама молчала. На вопросы не отвечала. Отнекивалась, пеняя на амнезию. Но замечала, как довольно улыбается Елена.
Интересно, почему проявляла такое любопытство, ведь не узнала Катю. Да и явно знала о том, что та не помнит ничего? Даже имени не помнит, фамилии, и своей семьи…
- Ну, ладно, хватит мне болтать, - внезапно остановила свой словесный поток Елена. – Ты, Катенька, действительно память потеряла. Ведь так и не узнала меня, лучшую свою подругу.
Екатерина чуть не задохнулась от такой наглости, и чуть не выдала себя, не сумев совладать со своим негодованием. Надо же придумать такое – записаться в подруги, да еще и лучшие! «Ну, погоди у меня, - мстительно думала Катя. – Я тебя быстро на чистую воду выведу, узнаю, что ты там задумала.»
Возможно, что-то бы и прояснилось, но в этот момент в палату вошла медсестра. Женщина выругала самозванку за нарушение режима и стала гнать ее. Было заметно, что девушке нечего сказать в оправдание. Не приходило в голову ей, когда направлялась сюда, что Родькин объект внимания в сознании. Признав свое поражение, Елена ретировалась из палаты.
Но с того момента она стала назойливо навещать Катю. То просто заглянет, чтобы приветливо рукой помахать. То подойдет к кровати, поправит одеяло или подушку. Или предложит воды попить, еды принести. В какой-то момент вдруг стала спрашивать, не вспомнила ли она, кто ее муж.
А услышав в ответ, что Катя не помнит, есть у нее муж или нет, заговорила о нем. Поймав себя на том, что ее сейчас вычислят, стала приводить подобные примеры. Как супруги поссорились, потом жена бросила мужа, а он переживал за нее, ждал выздоровления. Но в ее словах Катя чувствовала фальшь.
Что-то подсказывало ей, что за этой маской скрывается какой-то коварный план. И интуиция ее не обманула.
*****
Вечером к ней снова постучались. Когда в палату ворвалась Иришка и бросилась к матери обниматься, Катя чуть сознание не потеряла от радости. Она радовалась, улыбалась вовсю. Вот уж не ожидала! Хотя, наверное, это Родион сообщил маме о несчастье, случившемся с женой. И наверняка преподнес все так, что он ни при чем, а во всем виновата она, Екатерина.
- Катюша, как ты меня напугала! – голос Валентины Семеновны дрожал, выдавая волнение. Заметив, что дочь побледнела, женщина вынуждена была обуздать свои эмоции и язык. Тем более что она все это время настраивала себя на то, что Катя сама виновата во всем. Взять и на ровном месте рассориться с мужем, связаться с каким-то якобы родственником.
- Ты расскажешь, что таки случилось? Ни муж твой, ни врач ничего мне не сказали, еле дождалась, пока позвонят из больницы, что к тебе уже можно, - Валентина Семеновна старалась говорить негромко и несложно, чтобы дочери не сделать больно. Но, увидев недовольство на ее лице, пожалела, что полюбопытствовала.
- Мама, а ты не скажешь мне, почему ты с Иринкой? – вопросом на вопрос ответила Катя. Не хотелось сейчас поднимать на поверхность такие неприятные воспоминания. Раз мама ничего не знает, может, и не надо ей ничего знать. Ведь у нее больное сердце. – А где Родион?
- М-г-м… - многозначительно произнесла Валентина Васильевна. Ее тоже раздирали сомнения. Говорить ли, что Ирочку она забрала к себе? Что вообще можно и чего нельзя говорить. Ведь реакция зятя на похищение ребенка никак не проявилась. И это очень беспокоило женщину. Но и Катю сейчас нельзя дергать особенно.
- Папа уехал в командировку, - выручила всех малышка, не выпуская рук матери. – А мы с бабушкой накупили всего, потому что будет праздник. Ведь так, бабуля? Мамочка, так и будет?
*****
- Ох, извините, не знала, что у тебя, Катюшка, гости, - извинилась Елена, сунувшись было в палату. Тут же выбежала, но про себя отметила – у ее соперницы есть ребенок. Чей!? С Юрчиком вряд ли успела бы, слишком мало знакомы они. Выходит, ребенок от Родиона? Ого… Значит, она на правильном пути, остановившись на кандидатуре соседского сына.
Значит, нет смысла рассказывать Родьке об их ребенке, погибшем тогда. Этот аргумент она держала про запас, чтобы разжалобить бывшего. Но он явно не подействует на него. Да и вообще, нужен ли ей мужчина, хотя и очень привлекательный во всех отношениях, с алиментами?
(Продолжение будет.)
Ссылки на предыдущие главы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15