Это что, у моей дочки зять и свекровь-лимитчики пытались отжать квартиру, официально принадлежащую мне?!
Я, Виктор Иванович, человек простой, всю жизнь проработал на заводе, жил честно и по совести.
Копил на квартиру, чтобы дочка с семьей в Москве комфортно жила.
Квартиру купил, дочка с зятем поженились, в Москву переехали. Все бы ничего, но не зря говорят: счастье не в деньгах, а в их количестве.
Зять, Вася, человек простой, с деревни, с тем менталитетом, где живут по принципу: все мое и это тоже мое.
Свекровь Тамара Ивановна еще хуже: было ваше, стало наше.
Прожили они спокойно пару лет. Вася все не мог найти работу и жил за счет Леночки, не дул ни в ус.
Звонит дочка: Пап, беда! Приехала свекровь и говорит, что теперь эта квартира — их! Насовсем! Если меня это не устраивает, могу выметаться.
Живу рядом, бегом к ним. Как это выметайся? Квартира-то моя!
Забегаю в квартиру, а там такая картина: Вася с Тамарой Ивановной распаковывают сумки.
Что происходит? — крикнул я. — Что вы делаете в моей квартире?
Виктор Иванович, — сказала Тамара Ивановна, — Вася зарегистрирован здесь, значит, это и его квартира. Если вам не нравится, прошу на выход.
Временно зарегистрировался! — взорвался я. Тут ничего его нет, даже трусов, ему их моя дочь покупала.
Вася — хозяин, — заверещала Тамара Ивановна, — мы составим документы на признание права собственности! Что командуете?
Лена стояла в стороне и молчала.
Я её знаю: тихая и спокойная. Но в этом спокойствии — буря. В детстве всё по правилам делала: в школе отличница, в институте красноди́пломница.
По самообороне занималась, кстати, мастер спорта по самбо.
Спокойная, но спуску не даст.
Тамара Ивановна, — сказала она, — идите вон.
Лена! — рассвирепела Тамара, — не учи меня! Я тебе и отцу твоему покажу, как с нами разговаривать! Папаша прибежал, смелости набралась? Чучундра.
Вася! — крикнула Лена. — Убирайся отсюда вместе со своей мамашей.
Лен, — заорал Вася, — что себе позволяешь? Сама монатки собрала и с папашей на выход.
Лена подняла руку и нанесла Васе удар самбиста. Вася полетел к стене, а потом с воплем упал на пол, как мешок с картошкой.
Мама! — закричал он. — Ленка меня бьёт.
Тамара Ивановна рванула к Лене, но Лена схватила её за руку и вытолкнула в подъезд.
Оба пошли, — крикнула Катя вслед. — Вон отсюда.
Вася орал в подъезде, Я тебе покажу! , а Тамара Ивановна старалась попасть обратно в квартиру, но Лена держала дверь.
В квартиру постучал участковый. Он услышал крики и прибежал сразу.
Хорошо жить на одной лестничной клетке.
Что у вас происходит? — спросил он. — Что за крики?
Вася и его мамаша! — ответила Лена. — Хотят отжать мою квартиру.
Вася? — смеялся участковый. — Этот лимитчик? Да он и палец о палец не ударит, чтобы квартиру отжать. Да и мозгов не хватит.
Мама его решила, что если есть регистрация, то он теперь хозяин, — добавил я.
Участковый посмотрел на Васю, сидевшего в подъезде с переломанной рукой и красной челюстью, и начал смеяться так, что у него слезы потекли.
Видок у Васьки был ещё тот.
Что это у Васи с лицом? — спросил он. — Ты его кулаками провожала, а Лен?
Нет, — ответила Лена. — Он сам упал на пол.
Да, упал он от страха перед твоими глазами, — улыбнулся участковый. — Что, Лен, драться умеешь?
Лена улыбнулась.
Драться не люблю, — ответила она. — Но я почти всю жизнь занималась самбо.
Вот и хорошо, — сказал участковый. — Пусть Вася и мама его научатся уважать чужую собственность, а не лезть в квартиры тех, кто их не приглашал.
Участковый провел с Васей и Тамарой предупреждающую беседу, и они с позором вернулись в свой Усть-Ужопинск.
Поделом им досталось.
Мы с Леной потом зашли на кухню, пили чай и смеялись над тем, что произошло.
Как могло людям прийти в голову, что временная регистрация делает владельцем квартиры?
Папа, — сказала Лена, — спасибо тебе, что ты сразу примчался ко мне.
Ты бы и без меня справилась.
Лена подала на развод.
Вот такая вышла ситуация.
Всем самого хорошего дня и отличного настроения.