Вот, например, на днях узнала от читателя о том, что пишу не просто так, а по заданию каких то сил.
И мне теперь интересно, каких. Быть может "аутичных чертов", про которых я пошутила или какой-то тайной организации.
Ну в общем, это всё неспроста, а под руководством, как говорил маленький Серафим.
А ещё меня в этом же комментарии строго спросили, почему не обсуждается тема при.вивок, ведь среди родителей "таких" детей есть мнение, что аутизм возникает от них. И это показалось странным читателю.
Ну да, не обсуждаю. Руководство не велит :))
А если честно, эта тема раза два поднималась в старом блоге. И мнение моё вы, надеюсь, помните. Думаю, что аутизм имеет генетическую природу.
И проявляется как раз в возрасте от полутора до трёх лет. И повлиять на его развития после рождения ребёнка уже вряд ли что может.
Заложенная природой программа запустится у привитых и непривитых.
Гены - вообще вещь сложная.
Вот сегодня только обсуждали с родителями, пока дети были на занятии.
Одни отдали кучу денег, сдали расширенную панель.
Ждали полтора года, чтобы узнать результат. Да, есть повреждённый ген в той самой хромосоме, которая отвечает за речь. И не только за речь.
А что дальше? А дальше ничего. Просто информация. Как это исправить, никто не знает.
А у Серафима родственники ещё те. И непонятно, с какой стороны что пришло, кто виноват в том, что он такой родился.
Может я, закоренелый интроверт? А может, муж мой, который заводится с пол-оборота? А может, какой-нибудь дед?
Не берусь судить обо всех случаях аутизма. Но в нашем причина ясна - гены. Они во всём виноваты.
Муж мой прямо так и говорит. Я сейчас процитировала его фразу.
И постоянно замечает, что Серафим по характеру весь в его отца, своего деда.
Тот тоже всю душу вытаскивал, пока не дознается. Не соблюдал личных границ.
Мог, выспавшись, среди ночи, зажечь везде свет и начать искать молоток или ещё что-нибудь, не давая никому спать вопросами.
И если бы только вопросами...
Вот и Серафим был таким лет до девятнадцати. Если ему что-то нужно - вынь да положь. И не важно, день на дворе или ночь. Спят люди или не спят.
А когда его величество "страдало" в подростковом возрасте вообще никто не должен был спать.
Это я сейчас могу ответить на его вопрос: "А когда будем дальше разбирать шкаф?", что на неделе. Не уточняя, когда. И он отстанет. И будет ждать.
А раньше ведь ходил. И продолжал спрашивать. Зацикливался и злился.
Сейчас не ходит. И это хорошо.
Но есть всё равно моменты, которые напрягают.
Вот, например, вчера села обедать. А ему поговорить надо о том, как он меня обожает очень сильно.
А я молчу. Потому что рот занят. Жую.
А человек этого не понимает, вернее, не хочет понимать.
Ну и всё. Сразу хрустит суставами, нервничает. Вопрошает: "Ты что меня не слышишь? Почему молчишь? Ты меня вообще видишь? Вот он я."
И руками у меня перед лицом машет. Для него это самое страшное, если не замечают.
Говорю: "Жди." Объясняю, что у меня обед. А сама в это время телефон свой запихиваю куда-нибудь от греха подальше.
Но ничего не происходит. Сидит, ждёт.
Вот и ответ на вопрос сразу двух читателей: "Выходит, что срывы у Серафима продолжаются и до сих пор, только они сейчас не столь разрушительные?", "А зачем вы тогда телефоны прячете, если ничего нет?"
Ну так я же написала вчера, что по привычке. Дрессированная стала за те три года, пока сын сильно буянил.
А разрушений сейчас никаких и нет. Почти два года живём тихо и спокойно.
Ну да, злится. Бывает, выходит из себя, повышает голос. Бывает, что дерзит.
Но на этом всё. Буквально через две-три минуты успокаивается.
Так он ведь живой человек. С чувствами, эмоциями и с такой генетикой, что мама не горюй, прямо как король из "Обыкновенного чуда."
Который был не виноват, "а виноваты прадеды-прабабки, внучатые дяди-тети разные, праотцы и праматери." А так он был добряк и весельчак.
Вот так же и сын мой. Но я на гены скидку не делаю. Требую с ними бороться и не "палить в кого попало", когда у неприятности или плохое настроение.
И знаете, получается. Стал закрываться в комнате и плакать, если вдруг что, а не ходить за мной, не злиться, не устраивать погромы, как раньше. Нет у него никаких нервных срывов. Да и плачет не так часто.
А сотовый ему куплю обязательно, как только перестану вспоминать то что было и совсем успокоюсь.