Если Вы ещё не читали первую статью про вынужденное обучение, настоятельно рекомендую её.
Предложение читателям. Проведите эксперимент (только обязательно на практике): возьмите чистый, гладкий лист бумаги и скомкайте его. Что получится?
Получился бесформенный комок.
Сможете повторить?
А комок получится точно такой же?
А если развернуть оба листа бумаги, будут ли линии сгибов совпадать?
А сможете предсказать заранее, где появятся на третьем листе линии?
Каждый раз эксперимент будет давать новый результат. В принципе, какие-то закономерности можно обнаружить. Они будут зависеть от того, как именно вы ведёте рукой, чтобы смять лист. Но в целом будет получаться новый рисунок каждый раз, и стоит чуть изменить силу или направление комкания, и сразу все закономерности порушатся.
В общем-то, вы вынуждаете линии сгиба появляться на гладком листе, так?
А можно вынудить линии сгиба пройти по заранее намеченному маршруту? Например, чтобы одна из линий всегда проходила через центр листка?
Немного пораскинув мозгами и поэкспериментировав люди приходят к выводу, что можно.
Для этого можно взять лист, где уже есть какая-то линия, проходящая через центр. И тогда после комкания и раворачивания одна из линий точно будет проходить через центр. Правда, тогда получается, что нашей заслуги в том нет.
Есть другой вариант: можно при сминании прижать лист чем-нибудь (линейкой, пальцем). И тогда линия появится именно там, где мы её ожидали увидеть.
Понятно же, что я не про мятую бумагу сейчас писал?
Что нам показал этот эксперимент? Что если мы предоставим слишком много свободы системе и вынудим сменить состояние, то она выйдет из своего состояния непредсказуемым для нас образом.
Да что я хожу вокруг да около?
Говорю прямо: если ребёнка посадить за парту и сказать "учи математику", он это сделает, но мы заранее не знаем, каким способом. Точно так же, как бумага сминается, как ей удобно (из-за дефектов, направления волокон и ещё кучи разных факторов, вплоть до направления ветра), ребёнок будет учить математику так, как ему удобно. И уж какую он там математику научит - одному Богу известно.
Однако если мы ограничим его свободу выбора, то мы сможем заранее предсказать, какие конкретно линии будут появляться. Вопрос лишь в том, какие именно нужны ограничения, чтобы получилось то, что нужно.
Если ребёнка поставить в такую ситуацию, из которой он сможет выйти, только научившись чему-то (например, дроби складывать), то он либо зависнет в ней навсегда, либо научится.
Вынужденное обучение? Безусловно.
То есть получается, что вынуждать учиться можно по-разному. И если мы просто предоставим ребёнка самому себе, то он научится плохому (с большей вероятностью). Реализуется пессимистичный вариант. А если мы при этом поставим ему очень чёткие ограничения, и будем вынуждать обучаться, то он научится ровно тому, чему надо (хорошему).
Очевидно, что этими границами не могут быть какие-то объяснения. Сколько ни объясняй бумаге, как она должна смяться, она сомнётся всё равно, как ей хочется.
[Чисто технически можно и сознательным усилием обучиться тому, чему надо, а не чему хочется, но для этого надо иметь колоссальный опыт и огромную к тому волю, чего ожидать от школьников мы не вправе.]
Тут видится всего две трудности, одна из которых чисто техническая, а вот другая - принципиальная.
Начну со второй. Принципиальная трудность в том, что как подбирать ситуации, как так "подстраивать провокации", чтобы ребёнок гарантированно научился тому, чему надо, наверное, ни один учитель не знает. Но кое-какие закономерности можно обнаружить, если вооружиться хотя бы наблюдательностью и минимальными знаниями психологии. Я проработал в школе больше десяти лет, и знаете, сколько разных стилей мышления у детей я встречал? Один. Да, различаются нюансы. Иногда на столько, что с этим просто невозможно работать (как заранее скомканная бумага вряд ли будет принимать форму аккуратного журавлика). Но реакции на одинаковые раздражители в целом одинаковые. В этом смысле действительно "дети хором подумали". То есть, возможно подобрать более или менее универсальную провокацию, которая создаст нужные границы.
Понятно, что рамки в "провокации" должны быть очень узкие и очень чёткие, ибо шаг в сторону - и бумага уже сминается, как попало. Поэтому учитель должен знать свой предмет не просто "на отлично", а куда глубже и шире, чтобы на каждый риторический вопрос "да что тут можно не понять?", у него всегда был готов список: "можно не понять вот это, вот это и вот то".
Второй вопрос уже чисто технический: как сделать так, чтобы ребёнок не завис в ситуации навсегда, а всё-таки вышел из неё?
А раз это дело техники, то тут и советы весьма конкретные.
Провокации требуют от детей малых и очень конкретных действий.
Выход за рамки этих конкретных действий приводит к очевидным для самого ребёнка "глупостям".
Результат осязаем самим ребёнком
И такой немаловажный момент. Если первые провокации ребёнок будет проходить "из-под палки", то со временем может и сам начать себя стимулировать.
Даже если мы делаем какую-то непонятную работу, но у нас есть хотя бы однократный опыт, что результат подобной работы лично нам пригодился, то непонятная работа становится не так уж и в тягость. А то и интерес может вызвать.
А уж подстроить такую провокацию, чтобы результат работы сразу (почти сразу) себя окупил, любому учителю не трудно.
Ну и напоследок.
Вообще, нам же не надо из каждого ребёнка складывать журавлика. Нам надо только чтобы у него появились конкретные линии в конкретных местах. Этакая универсальная заготовка, из которой потом можно свернуть что угодно. И желательно, чтобы не появилось лишних линий, которые будут мешать сгибать лист по основным.
А таких основных линий же не так много, все это понимают. Ну, там дроби, отрицательные числа, синусы, производная... Это в математике-то. Ну сколько таких вещей наберётся? 10? 50? 100? Точно не больше 100. За 11 лет школы можно же подобрать сотню шаблонных провокаций. В физике, химии - и того меньше.
PS. Да, в нашем эксперименте есть одно ограничение: нельзя провести по листу бумаги каким-то предметом, чтобы линия заранее промялась. Как нельзя положить какое-то умение в голову ребёнку с помощью механического инструмента.