Наши советские боевые подводные лодки были черного цвета. Снаружи весь корпус покрыт резиновым противогидролокационным слоем, и покрашен черной краской. Эта краска была очень вонючая, на основе гудрона или битума или какого-то мазута с добавлением растворителя типа уайт-спирит с ацетоном. Большими бочками выдавали эту краску, которую мы называли «чернью» - по 200 литров – практически баррелями. Если долго не красить, то постепенно ПЛ светлеет от выцветания и от испражнений разных птиц, в некоторых местах появляются подтеки ржавчины. Свежепокрашенная подводная лодка с глубоким черным цветом выглядит гораздо привлекательнее для проверяющих. Белой краской на корпусе аккуратно вырисовывали ватерлинию, эпроновские выгородки, контуры крышек торпедных аппаратов и илюминаторов на ограждении рубки. Особенно тщательно рисовали белые круги вокруг коммингс-площадок.
Для процесса покраски требовались валики на очень длинных шестах. Этими валиками было нормально покрасить корпус ПЛ по всей верхушке и насколько хватает в сторону ватерлинии. Ниже не достать, поэтому остальную часть до поверхности воды надо красить, находясь на причале. А для покраски противоположного борта требуется плотик. Таких плотиков у причалов Гремихи было несколько, буксир подтаскивал один из них, мы его швартовали к ПЛ, загружали на него чернь, валик с длинным шестом, и красили, периодически перетаскивая вдоль корпуса нашего корабля. Затем этот плотик буксир утаскивал обратно. Буксир и плотик надо было запрашивать у Оперативного дежурного 11-й флотилии.
Обычно зима в Питере случается также неожиданно, как приезжает инспекция Генштаба в Гремиху. Послезавтра должны приехать, и непременно на нашу ПЛ!.... Срочно красить! Август позволяет. Мы очень быстро закончили с одним бортом, а для другого борта возникла проблема с плотиками (нигде не нашли) и с буксирами (все сломались). Вот же попали!!!
Я сам проехал по всему причальному фронту, и нигде не обнаружил ни одного плотика. Но к одному из причалов была пришвартована буксируемая морская мишень. Она представляет собой стальной катамаран (для остойчивости), разные мачты с сеткой между ними и радиолокационные отражатели. Буксир тянет за собой это сооружение по морю, а корабли стреляют ракетами и снарядами. Затем дырки считают в сетке, если попали…
Эта мишень не для подводных лодок, а для кораблей из бригады охраны водного района (ОВР). Там такие маленькие сторожевые корабли с пушками, ракетами ПВО типа «Оса» и РБУ-шками. Мы эти корабли называли мотоциклами или мопедами…
Ага… А что если на этих мачтах растянуть паруса, приделать сзади доску в качестве пера руля, загрузить краску и пришвартоваться к подводной лодке? Боковое сопротивление должно быть нормальным (катамаран не дрейфует), управляемость тоже…
А ну-ка, боцман, тащи брезент из твоих запасников!
Вот уже завтра инспекция приезжает, а у нас еще РПКСН с другого борта не покрашен!!! Может, и не обнаружат, но как так чувствовать, что корабль покрашен лишь наполовину? Надо завершить!
Прямоугольные паруса растянули шпринтами, соорудили неплохое парусное плавсредство. «По местам стоять, со швартовов сниматься»!!!
На рейде дул свежий ветер, по УКВ (рассказывали связисты) неистово орал оперативный дежурный, а мишень рассекала бурные воды внутреннего рейда.
Мы успешно пришвартовались к РПКСН, покрасили другой борт, отчалили и пришвартовали-вернули сооружение на прежнее место.
Стоим на «ковре» с командиром у Командующего. Я говорю, что с детства яхтсмен и яхтенный капитан, поэтому все нормально, «и не в такое попадали». Командир за меня, типа «победителей не судят и не наказывают». «Ладно, идите», произнес Командующий, нервно махнув рукой.