Послушала два подкаста – девушки 25+ и 30+ обсуждают менопаузу. Главный страх молодых – испытать унижение из-за проявлений климакса (например, прилив на людях). Еще страшнее – перемена внешности. Это ассоциируется с потерей себя.
Девушки из подкастов боятся потерять молодую внешность, а я радуюсь, что с годами все меньше завишу от чужих взглядов и мнений. Представление о привлекательности тоже сильно развилось - перестало быть черно-белым, в нем появились оттенки и нюансы.
А еще мы так зациклены на ужасах старости, что забываем, насколько мучительна может быть молодость. Это время, когда мы заперты в тюрьме наших иллюзий, считает писательница Рейчел Каск:
- Если и есть расплата в зрелости, она в том, что осознаешь печальный факт: все эти годы тебя лепили, бросали туда-сюда, приводили в неистовство и заставляли служить себе надуманные вещи. Это был результат воспитания, привычки, гендера или социального слоя, из кот-го ты вышел.
Наступает момент, когда хватка всего этого ослабевает. Как будто декорации на сцене начинают оседать, ты видишь, что они закачались. Думаю, с этой точки открывается поистине поразительный и даже пугающий вид на собственную личность. Мысль, что ты зря потратил/а жизнь, служа вещам, которых на самом деле не было, что тебя заключили в тюрьму, где дверь, по сути, была открыта, и ты сидел\а в камере все это время…».
Дальше, если повезет, с нами происходит то, о чем хорошо сказал музыкант Ник Кейв.
- Нам часто внушают, что стареть – значит предавать идеалы юности, но что, если все наоборот? Может быть нашему молодому «я» так трудно реализовать свой истинный потенциал, пч оно понятия не имеет, что это за потенциал. Что-то бесформенное, живущее в основном страхами, лихорадочно пытается построить себя – Это я! Смотрите, я! А потом жизнь и время разбивают это «я» на миллион осколков.
Из обломков возникает новое «я»...больше не надо терять время на поиски себя, мы свободны быть, кем хочется, нас не стреножат нескончаемые потребности других. Каким-то образом вырастаешь в полный рост своей человечности, чеканишь собственный характер, становишься настоящим – кем-то, кто стал частью всего на свете, больше не отдельный от мира или с миром на ножах