...Павел вернулся домой от любовницы Снежаны поздно. Мужчина был недоволен сложившейся ситуацией. Как только он честно предложил жене Алине свободные отношения и она даже согласилась, Снежана вдруг резко дала задний ход, выставила его за дверь. Сказала, что им надо взять паузу в отношениях. Почему? Что не так? Он же честен с ней и с женой. Снежане с самого начала ничего и не обещал, жене честно предложил свободные отношения и тем самым открыл себе путь к встречам со Снежаной. А она...
Дома было тихо. Сын Матвейка спал, да и жена тоже уже легла отдыхать, не дожидаясь его.
Павел пошел на кухню, он хотел есть. Еды не было вообще никакой. Только хлеб, бутылка молока в холодильнике и грязная кастрюля и тарелки в раковине. "Вот эгоистка! Ничего не оставили", - подумал Павел, глядя на такую картину. Или лентяйка. Что, трудно было приготовить элементарное что-то? Тоже мне, а говорит, что любит!
С этого дня мужчина начал ощущать, что жена как-то изменилась. Нет, внешне - вроде бы все та же Алина в тех же джинсах. Даже волосы не перекрасила. Говорят, когда женщина кардинально меняет прическу, то это означает, что она готова к кардинальным переменам в жизни. Но - ничего такого не наблюдалось. И все же...
И все же что-то непонятное словно витало в воздухе. Какая-то неведомая атмосфера царила в доме.
Для Алины это признание мужа, эта его честность, наконец, открыла глаза на очевидную вещь: ему с ней, Алиной, удобно. Ему удобно искать романтики на стороне, а вот взять на себя часть домашних забот - неудобно. Ему удобно предлагать такие честные свободные отношения, а вот погулять лишний раз с сыном, а жене цветов купить - неудобно, это же заморачиваться надо.
Она для него - удобная жена-функция. А что? Зарабатывает, сына общего воспитывает, быт как может - ведет. И главное - еще и согласная на все эти "отношения", потому что деваться - некуда. Квартира общая в ипотеке. Вот так ипотека, а не любовь, уважение и принятие становится тем самым цементом брака. Только....
Только с того самого дня, как подруга Вероника справедливо заметила, что в эту игру - в свободные отношения - можно играть вдвоем, Алина решила, что для начала она сыграет в другую игру, раз уж ей некуда деваться, да и привычка - вторая натура. Она привыкла к Павлу. Что это? Любовь или привычка? Пусть теперь её муж почувствует себя на ее месте. Отныне он для нее - такая же функция. А что? Отлично же. Муж-функция. Зарплату принес? Полку прибил? Продукты закупил? Еду приготовил на всех? За ребенком в садик успел? А че нет-то? У тебя же времени, дорогой, вагон и маленькая тележка! На свободные отношения, вон, хватает времени сполна, в то время как она, Алина, бегает с работы по поликлиникам, детским садикам, детским секциям с продуктовыми сумками наперевес.
Павел подобные изменения заметил не сразу. Ну, ладно, заберу сына из садика сегодня. Хорошо, куплю продукты. Постепенно Павла начало раздражать, что ему жена просто не давала продыху, ей постоянно что-то надо! Просит, просит и просит! При этом и придраться не к чему. Просит ласково, вежливо, но настойчиво. Потребительское прямо отношение какое-то... Что он теперь не муж, а функция какая-то! Отдыхать некогда! Поэтому на многие просьбы жены Павел начал уклончиво отвечать так: "Потом, посмотрим, на днях сделаю, может быть...".
Алина не ругалась на подобные отказы и даже подбадривала мужа, говоря, что, конечно, она все понимает. Только... Только нет-нет, да и улавливал Павел какой-то снисходительно-презрительный взгляд жены. Так, мелькнёт и сразу же погаснет, словно и не было... Вот именно этот взгляд и порождал тут самую непонятную атмосферу в их доме и семейной жизни. Жена больше не ждала его к ужину, не заботилась, чтобы была свежая еда в доме, да и в целом в квартире поселился какой-то хаос, постоянно что-то терялось и вещи никогда не находились на своих местах, поэтому утренние сборы для Павла значительно увеличились по времени. Витало какое-то раздражение в воздухе. Вот и сегодня, опять, он вернулся поздно с работы (а он действительно работал), а его дома - никто не ждёт, из еды - какая-то колбаса "Докторская" и на том спасибо. Павел почувствовал себя скверно, словно он - просто житель этой квартиры, квартирант, до которого никому нет дела и где его больше не ждут.
(продолжение следует).