Христианская жизнь, по словам батюшки Серафима, делится на два вида в соответствие с разделением человека на душу и тело.
Вот как он говорит об этом:
«Человек состоит из тела и души, а потому и путь жизни его должен состоять из действий телесных и душевных – из деяния и умосозерцания».
Обратите внимание: не деяние и молитва, как мы могли предположить, а деяние и умосозерцание. Умосозерцание – это как нечто отличное от всех телесных деяний, в которые входит и молитва.
А молитва действительно является одним из телесных деяний человека, которые далее б. Серафим перечисляет:
«Путь деятельной жизни составляют: пост, воздержание, бдение, коленопреклонение, молитва и прочие телесные подвиги, составляющие тесный путь и прискорбный, который, по слову Божию, ввозит в живот вечный (Мф. 7.14)».
Тогда что же такое «умосозерцание»?
Кажется, что это нечто совершенно нам непонятное и незнакомое.
«Путь умосозерцательной жизни состоит в возношении ума ко Господу Богу, в сердечном внимании, умной молитве и созерцании чрез таковые упражнения вещей духовных».
Все-таки молитва появляется в умосозерцании, только это уже не «телесная», а «умная» молитва, через которую и достигается это умосозерцание.
Все перечисленное б. Серафимом, можно, видимо, представить в виде некоей лестницы с последовательными ступеньками:
1. Возношение ума к Богу.
2. Сердечное внимание.
3. Умная молитва.
4. Собственно созерцание.
Но ведь это же самое мы должны делать при любой молитве!
И при самой что ни на есть «телесной» молитве мы должны возносить ум к Богу, привлечь к этой молитве сердечное внимание и умом пребывать с Богом.
Да – все так. Только – увы! – мы этого не делаем.
Поэтому наши молитвы – это большей частью простое трепание языком или умом пустых и мертвых слов молитвы, не оживленных нашим вниманием и сердечным сочувствием.
А вот если все делать правильно – то мы и приходим к формулам батюшки Серафима.
Вот и получается, что то, чему учит батюшка Серафим – это не какая-то «высшая математика» молитвы, а просто правильное ее делание.
И обратите внимание на последнюю «ступеньку».
Правильная молитва должны завершаться «созерцанием вещей духовных».
А у нас завершается? Как говорится: не смешите мои тапочки…
Однако же прислушаемся к еще одному утверждению батюшки Серафима, которое во многом проясняет ситуацию:
«Всякому желающему проходить жизнь духовную, должно начинать от деятельной жизни, а потом уже приходить и в умосозерцательную: ибо без деятельной жизни в умосозерцательную прийти невозможно».
Вот оно что!?.. Почему у нас с умосозерцательной деятельностью один смех выходит…
Нам надо вернуться сначала в деятельную жизнь и посмотреть – все ли там правильно.
А что там батюшка перечислил: пост, воздержание, бдение, коленопреклонение, молитва…
А и в самом деле – все ли у нас с этим в порядке?
У нас во что ни ткни из этого – везде выйдет гнило.
Пост – большей частью формальный, сводящийся к поеданию соответствующих продуктов, однако же приправленный ни сколько ни сдерживаемым «поеданием» своих ближних.
Воздержание… Гм?.. Можете назвать с ходу три-пять вещей, от которых вы стараетесь воздерживаться?..
Вот-вот. И я не могу.
Бдение… Да? А мы вообще слышали о том, что желательно ограничивать себя не только в пище, но и в сне?
Коленопреклонение?.. Не знаю, поможет ли оно при провалах во всем предыдущем?
А уж о молитве и говорить не приходится. Пустая «вычитка» и трепотня языком священных слов, за которую мы не благодать Божью получаем, а осуждение и проклятие.
Так что уж говорить нам о умосозерцательной жизни, когда у нас столько проблем с деятельной!
Мы уже на первой ступеньках преткнулись – куда нам до последующих!
Но мало этого – лезть на следующие ступеньки не просто бессмысленно, но и опасно. Все равно, что пьяному подниматься по лестнице без перил.
Наши неискорененные и пьянящие нас страсти просто вышвырнут нас оттуда. И что мы при этом сломаем – одному Богу известно.
Вот что говорит об этом батюшка Серафим:
«Деятельная жизнь служит к очищению нас от греховных страстей и возводит нас на степень деятельного совершенства; а тем самым пролагает нам путь к созерцательной жизни. Ибо одни токмо очистившиеся от страстей и совершенные к оной жизни приступать могут, как сие видеть можно из слов Священного Писания: Блаженны чисти сердцем: яко тии Бога узрят (Мф. 5.8) и из слов св. Григория Богослова: к созерцанию безопасно могут приступать только совершеннейшие по своей опытности».
В общем, все это не про нас.
Но батюшка Серафим все-таки не останавливается и продолжает говорить о созерцательной жизни.
Видимо, он надеется, что среди нас найдутся «совершенные», для которых она окажется доступной.