На прошлой неделе Минпромторг утвердил список товаров, открытых для организации параллельного импорта. Как сообщил сегодня глава министерства Денис Мантуров, ни один из владельцев попавших в перечень брендов до сих пор не обратился к руководству России с просьбой исключить его из этого списка. Экономист Георгий Остапкович объяснил, в каких случаях компания может предпринять подобную попытку.
Разработанный Минпромторгом документ включает более 50 категорий товаров, разрешенных к параллельному импорту. Предполагается, что список будет регулярно пересматриваться, дополняться или, по мере необходимости, сокращаться.
Для России это явление новое, но, как рассказал корреспонденту журнала «Слово и Дело» экономист Георгий Остапкович, в других странах такая схема успешно работает. Причем даже в тех государствах, которым не нужно искать малейшие лазейки, чтобы насытить рынок товарами.
«Юридически параллельный импорт — абсолютно нормальный механизм, который даже одобряется ВТО. Любая страна может использовать параллельный импорт. И не обязательно подсанкционная. Соединенные Штаты, например, тоже его используют».
Эксперт отметил, что у параллельного импорта есть и минусы. Во-первых, это небольшой объем партий, что может приводить к локальному дефициту. Во-вторых, неизбежно возникнут сложности с сопровождением. Сервисные центры могут оказаться на территории другой страны, а в местных мастерских может не найтись подходящих запчастей. Кроме того, удлинение цепочки поставок скажется на цене.
С другой стороны, параллельный импорт в Россию позволит компаниям сохранить объем производства, но формально остаться в стороне. При этом желание официально уйти с российского рынка, конечно, является политическим, но не всегда оно вызвано негативным отношением руководства той или иной фирмы к действиям Москвы.
«Каждое предприятие, каждый бизнесмен принимает решение сам. Конечно, это может быть политическое решение. Приказывать частному бизнесу в рыночной экономике невозможно. Но можно намекнуть, что было бы целесообразно отказаться от торговли с Россией. Также приходится учитывать требования большинства общественности. Если говорят: «А что это вы с этими торгуете», — то, чтобы не потерять внутренний рынок, компания уходит», — пояснил Остапкович.
Он подчеркнул, что для большинства западных компаний торговля с Россией приносит лишь несколько процентов оборота. И выбирая между возможностью потери различных рынков, бизнесмены могут отказываться от продаж в РФ.
Также экономист назвал вариант, при котором компания-владелец бренда может не просто обратиться к Минпромторгу с требованием исключить ее из списков доступных к параллельному импорту, но и выиграть суд, если придется. Это возможно, если по альтернативным каналам в страну поступают товары под тем же брендом, но значительно отличаются по качеству от оригинала. Фактически это указывает на контрафактную природу ввозимых товаров, и мириться с таким обманом ведомство Дениса Мантурова также не собирается.
Ранее политолог и экономист Александр Дудчак рассказал журналу «Слово и Дело», почему не стоит переживать в связи с отказом Евросоюза закупать российский уголь.