Людмила примчалась к нам в салон, как всегда, второпях – столько дел, столько дел… Но она всегда на позитиве, с улыбкой, словно ей все женские хлопоты добавляют сил, а не отнимают.
Светясь от счастья, стала показывать фотографии румяного младенца в розовых кружевах: «Кристиной назвали мою куколку-внученьку».
Глядя на Людмилу, можно представить ее рядом с дочкой-школьницей, да и то с трудом. А она – уже бабушка!
Люде всего тридцать два – часто ее называют девушкой без всякой натяжки. Потому что и выглядит прекрасно, и порхает, как птичка: легкая, светлая, лучезарная.
Впервые она стала мамой рано, в пятнадцать лет. Это была не очень красивая история, и школьница в женской консультации и роддоме насмотрелась косых взглядов, наслушалась нравоучений.
Но она настолько была рада своему материнству, настолько гордилась малышкой и была поглощена ее воспитанием, что осуждение быстро сменилось всеобщим умилением.
Но вот уже на дворе новый век – и дочка Людмилы объявляет о скором пополнении в шестнадцать лет. Сразу вопрос – неужели мать не научила, ведь обожглась на своих ошибках?
А вот и нет – в этой семье к появлению детей совсем другое отношение. Это радость и счастье, а разве радость и счастье могут быть несвоевременными?
К счастью, у дочери Людмилы все сложилось по большой любви. Но даже если бы и нет – Людмила из тех женщин, которая расцветает с появлением каждого ребенка, становится еще более энергичной. Ей и в голову не приходит, что дети могут чему-то мешать: она и отучиться на заочном успела, и работала не меньше других, и в кино, театры, в гости успевает, словно энерджайзер.
Мне до сих пор это кажется загадкой. Может быть, сама природа вознаграждает ее бесконечной силой, красотой и обаянием – в обмен на такую истинную, глубокую и всеобъемлещую женственность?