Галина?..
Галочка, Галя.
Кареглазая девчонка.
И – ничего не забыто… ни единого мига.
Шахта «Степновская».
Преддипломная горная практика.
Пятикурсник Женька Ясенков возвращался в посёлок. Дорога – мимо Малоивановской балки. Ещё издалека всмотрелся: в свете фары – неясный силуэт.
Девчонка?..
Время – за полночь. До Степновки – километра два. Откуда ж здесь девчонке взяться! Показалось, конечно.
А у старого террикона Женька остановил мотоцикл.
Девчонка и есть.
Обрадовалась, а всё равно всхлипывала: ночью, одной в степи, страшно… Ещё и холодно – в футболке и в спортивных брючках.
Торопливо и сбивчиво рассказала про какого-то Мишку Селюкова – школьную знаменитость, в которого влюблены все девчонки. А она решила проучить Мишку, – чтоб знал, как Юльку и других девчонок обижать и смеяться над ними…
Женька укутал её в свою ветровку. Девчонка перевела дыхание, благодарно притихла.
Потом случайно встретились на поселковой дискотеке. Он пригласил Галю танцевать, и такое счастье сияло в девчоночьих карих глазах, что и пятикурсник, практикант Женька Ясенков, вдруг почувствовал себя самым счастливым на свете…
Приземлили Женьку хмурые Алёхины насмешки… Да и сам понимал, что Галя – восьмиклассница.
А в городе ждала Вера.
И перед отъездом на горную практику случилось… то, о чём Вера устало, но очень уверенно сказала:
-Теперь ты никуда не денешься. Вернёшься после практики – подадим заявление…
Галина Мельникова, будущий маркшейдер…
Главный инженер Ясенков встретился с ней взглядом… Верил и не верил, что это она…
Вспыхнул, как мальчишка: вдруг понял, отчего все эти годы сердце взволнованно стучало, когда слышал имя – Галина, Галя… Понял: сам себе не признавался, что вспоминал её… думал о том, что вот в этом году она окончила школу… Улыбался: девчонкой мечтала работать на спуске-подъёме или ламповщицей. Теперь повзрослела, – наверное, выбрала музыку или английский… Повзрослела – и стала ещё красивее.
Директор шахтоуправления Семилетов кивнул:
- Введёшь практикантку в курс дела. Познакомишь её с геологической службой шахты. – Серьёзно заметил: – Как главный инженер, – постарайся, Евгений Валерьевич, сделать так, чтоб практикантка Мельникова вернулась к нам после окончания института, – с дипломом маркшейдера. Сам знаешь: нам нужен такой специалист.
Владимир Григорьевич вышел.
Ясенков суховато рассказывал практикантке о предстоящей съёмке горных выработок, о расчёте объёмов добытого угля, о границах горного отвода…
Галина слушала внимательно, что-то записывала. Спросила об анализе деформаций земной поверхности и горных выработок, о соотношении геометрических элементов подъёмного комплекса и армировки шахтных стволов. Евгений Валерьевич на секунду сжал ладонью лоб, спрятал улыбку: что ж, – студентка хорошо знакома с маркшейдерской службой угольной шахты…
И знания видны… И голос ровный – как у студентки-отличницы…
А в глазах – совсем прежняя девчоночья грусть.
Ясенков не сдержался:
- Как живёшь, Галя?
Она подняла глаза от своих записей:
- На пятом курсе.
- Значит, выбрала шахту…
- Выбрала. – Чуть приметно вздрогнули тёмные реснички, – как тогда, на берегу реки… Неожиданно призналась: – Я ждала… вас.
Вас – не тебя…
Повзрослела.
Только – ничего не прошло… ничего не забылось…
- Галя!..
- Я всё равно ждала. Я ждала, – хоть… вы сказали, что любите другую… и у вас скоро свадьба. – Галя быстро прижала тонкие пальцы к ресницам, – чтоб не дать скатиться слезам, виновато улыбнулась: – Думала… про свадьбу – это для меня слова… потому что я маленькая. А я вспоминала, как вы сказали другу: вот куда надо будет приехать за невестой… смотри, какие шахтёрки здесь растут. И… ждала. Ждала, когда вырасту… и стану вашей невестой.
Ясенков поднялся. Приоткрыл окно, достал сигареты:
- Галя! У меня дочка – скоро первоклассницей будет. Я тоже думал о тебе… вспоминал. Очень хотелось увидеть тебя… посмотреть, какой ты стала.
- Вот такой… стала.
- Ты очень красивая. Только – вот так сложилось. И ничего не изменишь. Не для меня ты выросла – красивой такой. И счастье у нас разное. Твоё – впереди. Окончишь институт, замуж выйдешь. И останется всё… в воспоминаниях.
Галина уронила лицо в ладони.
Евгений Валерьевич подошёл к ней.
Пятикурсница… и – та же кареглазая девчонка…
Хотелось утешить её… Только – какими словами…
Хотелось обнять… А руки замерли над её плечиками.
Она всё равно почувствовала его руки – в ожидании затаила дыхание…
Не сбылось.
Инженер Ясенков негромко сказал:
- Раз выбрала шахту, – должна быть сильной. Завтра спустимся в забой: у тебя будет много дел, будущий маркшейдер Мельникова.
А в забое Юрка Гончаров, машинист добычного комбайна, с любопытством окинул взглядом девчонку-практикантку, присвистнул:
- Мужики… а похожа – на нашу… здешнюю.
Димка Меженин ухмыльнулся:
- В шахте все бабы одинаковы.
Бригадир Самохин строго прервал глубокомысленный обмен мнениями:
- Не на базаре, – чтоб буровить невесть что!
Юрка подмигнул Меженину:
- Так мы ж, Егор Ефимович, – по существу. В кои веки баба… девчонка в забой спустилась. А про ту, что тут у нас мелькает, – это ж не тайна. Я и сказал: похожа.
- А ты уж заметил! – загремел Самохин. – За механизмом подачи так бы следил! Чего несёшь?! Ты, что ли, видел, – кто тут мелькает!
- Не довелось, – с видимым сожалением вздохнул Гончаров. – А мелькает девка. Вот – как эта. Мужики рассказывали: в белом платье…и с распущенными волосами. Потому и говорю: похожа.
- Ну, и где ты видишь белое платье и распущенные волосы?!
- Ну… Не всё ж тебе сразу, Ефимович. А в целом – похожи. Скажи, Димка?
Галина растерянно взглянула на Евгения Валерьевича.
Ясенков с улыбкой объяснил:
- У нас не только антрацит высочайшей в мире марки. В «Новозвановской-Глубокой» призрак обитает. Говорят, – с давних времён. Бояться не будешь? Тебе придётся одной ходить – делать съёмку выработок, определять их реальное положение в пространстве.
- Я не из пугливых. К тому же на лекциях по геологии и по горной механике нам рассказывали про шахтные призраки – откуда они берутся. Остальное – фольклор. А я – будущий маркшейдер, – с простым достоинством объяснила практикантка.
Продолжение следует…
Начало Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5
Навигация по каналу «Полевые цветы»