Андрей Степанович закурил новую.
Катерина Семёновна ласково погладила Галю по голове:
-Не этим-то старинное шахтёрское предание закончилось. – Взглянула на Андрея Степановича, головой укоризненно покачала: – Бегом – курить ! Сколько раз сказано: с сигаретами – во двор! Вон как сердечко девичье растревожил. До конца уж рассказывай.
- Без перекура, значит… – усмехнулся Сердюков. – Не терпится тебе, Катя. – Сделал ещё пару затяжек, потушил сигарету. Подмигнул инженеру Ясенкову: – Ладно, порядок есть порядок. Во дворе покурим. – Объяснил: – Сколько о любви книг да фильмов разных… А про Захара и Анютку Катерина Семёновна готова каждый день слушать.
Конечно, – физика. Конечно, – геология.
А глаза карие затуманились у маркшейдера Мельниковой:
- И… что же… Анюта? А Захар?..
Бирюков грустновато улыбнулся:
- С тех пор много лет прошло. И в мире многое изменилось. В любовь такую – что на самом краю спасала… – уж не верят.
Степанида, мать Анютина, узнала свою шаль.
Шахтёры прятали друг от друга глаза: не уберегли девчонку.
Захар ни с кем не разговаривал. Казалось, – и слов ничьих не слышал. В посёлке тревожились: не повредился бы умом парень…
Матрёна Пахомовна, знахарка новозвановская, всмотрелась в лицо Захара:
- Здоровый он. Взгляд ясный у него. И ум ясный.
Через несколько дней Клим Фёдорович, управляющий, собрал шахтёров. Снял фуражку форменную, склонил голову… Потом распорядился:
- Пора приступать к работе. Нынче брёвна дубовые привезли – на новую крепь. Завтра с зорькою, мужики, – с Богом.
А Захар головой покачал:
- Нет.
Обернулись мужики на негромкий голос. Захар объяснил:
- Пока Анютку не найду, – работы в шахте начинать нельзя. Вы мне дозвольте, Клим Фёдорович, в шахту спуститься.
Шахтёры молча переглянулись.
Управляющий подумал. Сдержанно кивнул:
- Что ж. Дня три у нас есть: пока брёвна пилить будем. Ты, Захар, возьми мужиков в подмогу.
Захар поклонился:
- Спаси Христос, Клим Фёдорович. Сам я.
А Настёна дождалась Захара на дороге, что вела от посёлка к шахте. Шагнула навстречу, смиренно глаза опустила:
- Что ж, Захарушка… Захар Алексеевич. Что случилось, – не поправишь. Не вернёшь Анютку. А жить дальше надо. Моя любовь к тебе неизменная. Согласная я, – хоть завтра под венец. С тобою, свет мой.
- У меня невеста есть, Настя. К венцу мы с Анюткой пойдём.
Настёна быстро закрестилась:
- Что ж ты слова такие говоришь, Захарушка!
- Других не скажу, Настя. Ты иди.
Захар разбирал завал – тот, последний, что случился, когда уж всех шахтёров подняли на поверхность. В сильных Захаровых руках кирка и обушок шахтёрский были послушными… и на диво лёгкими.
Потерял Захар счёт времени: то ли день ясный сейчас на поверхности… то ли ночушка звёздная… Здесь – лишь свет шахтёрской лампы. А потом и огонёк погас…
Шахтёрским ли глазам к темноте привыкать!.. Да и шахту знал Захар, каждый метр, – и здесь, и по ту сторону завала…
А Анюткина рубаха – белым сиянием.
Поднял Захар Анюту на руки.
Дыхание затаил: чтоб её дыхание расслышать.
А она – словно ото сна глубокого проснулась… Обняла его за шею:
- Искала я тебя, Захарушка… А потом глыба обрушилась. Прямо передо мною. Все по ту сторону остались… А я здесь – одна… Как же ты нашёл меня?
- Сердце слышал твоё – за этой глыбой.
Не спросила Анютка Захара – про то, о чём ей Настя говорила.
Лишь прошептала счастливо:
- Значит, любишь.
- Лишь тебя люблю, – откликнулся Захар.
И свадьбу сыграли… И сыновья родились, – сильными и красивыми шахтёрами выросли.
Шахт много строилось – по всей степи…
Разошлись братья – счастье своё шахтёрское искать.
Долго помнили здешние шахтёры про любовь Анютки и Захара.
А любовь эта словно хранила шахтёрские семьи.
- А Настя? – спросила Галина.
- Что ж Настя… Встретила суженого своего, тоже замуж вышла. Перед свадьбой всё ж рассказала Анюте, – как в тёткину баньку пришла к Захару, про слова его рассказала… В зависти своей призналась, – как придумала, что разлюбил Захар Анютку…
Ни обиды, ни зла не было в Анюткином сердце: ясно, – каждой девке любви хочется…
Не один десяток лет прошёл…
Уже в начале прошлого века на «Новозвановской» готовились открывать новую лаву.
Нерадивый да спесивый десятник торопился, чтоб угодить новому управляющему – оба не здешними были: из англичан… либо из голландцев. Для них главным было, – чтоб угля да денег побольше: уголь такой марки, как у нас на «Новозвановской», в мире не часто встретишь. Вот распорядился Смит… или Фоккер – добывать уголь в новой лаве, хоть ещё велись подготовительные работы. В ту смену в шахте и появилась впервые невиданная сияющая дымка… А сквозь неё – будто девка. Руку подняла, – словно предупредила десятника: ни шагу вперёд.
В этой смене работал Андрей, молодой шахтёр. Танюша, невеста, ждала его: через три дня – свадьба у них.
Смит с испугу забыл те немногие русские слова, что с трудом выучил…
Уж когда смена поднялась на поверхность, кто-то из мужиков припомнил дедов рассказ – про Анютку и Захара, про любовь их.
Так и повелось с этой смены: если беда какая подстерегала шахтёров, – собирался ли газ гремучий в выработке… или вода прорвалась… под давлением кровли крепь затрещала, – неведомо откуда опускалось светлое облако: девчонка в белой рубахе берегла шахтёров.
(Гремучий газ – так в старину называли газ метан)
А шахтёры стали звать девчонку Анюткой.
Маркшейдер Галина совсем по-девчоночьи перевела дыхание.
Инженер Ясенков бережно сжал её руку.
… Вера окинула мужа насмешливым взглядом:
- Вам бы вспомнить, Евгений Валерьевич, – о том, что вы на виду у всей шахты. Заодно – что у вас дочь… уже школьница.
Ясенков устало свёл брови.
- Вот прямо поверить можно, – что ты не понял, – усмехнулась Вера. – А у нас в школе – это тема дня.
-Вера! Мы с Галиной были у Сердюкова. Андрей Степанович давно хотел познакомиться с новым маркшейдером.
- Познакомился?.. Как трогательно! Тебе не стыдно, инженер Ясенков?.. А девке этой… маркшейдеру вашему, не стыдно, – с женатым мужиком кататься?
- Проведать Сердюкова, что работал на шахте более полувека, и кататься – это, Вера, не имеет ничего общего.
- Тебе так кажется. Ваши поездки имеют много общего с твоей репутацией главного инженера шахты. Помнишь, – за столом, когда закончилась комплексная проверка шахты?.. Я сказала, что тебе никогда не будет стыдно за меня. Так вот, инженер Ясенков. Я не хочу, чтоб мне было стыдно за тебя.
Продолжение следует…
Начало Часть 2 Часть 3 Часть 4 Часть 5
Часть 6 Часть 7 Часть 8 Часть 9 Часть 10
Навигация по каналу «Полевые цветы»