Троллейбус подъезжал к остановке.
Полина взглянула в окно, положила в сумочку тетрадь с конспектами лекций по теоретическим основам методики обучения и направилась к выходу.
На её плечо нахально и уверенно легла чья-то рука.
Полина дёрнула плечиком – сбросила руку. Оглянулась.
Прищуренный взгляд – такой же уверенно-нахальный… И голос:
-Какая встреча!..
Владик Замятин.
На остановке у пединститута Полина вышла.
Владик спрыгнул за ней:
- Торопишься, Поль?
-Тебе какая разница, – сухо бросила Полина.
Влад рассмеялся:
-Ой, ой!.. Прям каакая училка!.. Что ж из тебя дальше-то будет, Поль, – если ты уже на первом курсе вот такая чопорная, как дореволюционная классная дама!
Полина не взглянула на Влада.
Замятин догнал её:
- У вас в педагогическом все студентки такие… строгие?.. Предлагаю сегодня отдохнуть от педагогики.
Через дорогу – кафе-мороженое. Владик кивнул:
-Давай в «Снежинку». Я угощаю. Мороженое – какое выберешь. Ты с сиропом любишь? С орехами? С шоколадной крошкой?
Полина не ответила.
Около института – ребята-старшекурсники, и Влад не решился идти за Полиной. Лишь ухмыльнулся вдогонку:
- Увидимся, Поль. Всё равно ж никуда не денешься. А я люблю вот таких… упрямых и недоступных.
А в аудитории Настюшка затараторила:
- Ой, Поль, Поль! Ну, да: это тот самый парень, что приходил к тебе в общежитие! Ой, Поль, красивый! И такой представительный – прямо на дипломата похож! Ты, Полька, дура, – что не вышла к нему. Я бы за таким – на край света!
Полина листала конспект:
-Так кто тебе не даёт. Иди – на край света. Счастливого пути.
- Ой, Полинка! А познакомь меня с ним! Ну, раз ты не хочешь… раз не выходишь к нему, – меня с ним познакомь!
Полина окинула подругу равнодушно-насмешливым взглядом:
-Сама знакомься. Я тебе что, – сваха?
- И познакомлюсь! – вызывающе заявила Настя. – Чтоб потом не говорила, Полька, что я у тебя парня увела.
- Влад не мой парень. А тебе, Насть, спасибо скажу, если он не будет мне надоедать.
- Влад? – обрадовалась Настя. – Его Владом зовут? Владик, Владислав! Моё любимое имя! И как идёт ему: Владислав! Ну, Полинка, смотри: чтоб потом не жалела. Ты правда думаешь, что твой шахтёр лучше?
- Настюш, лекция начинается.
Девчонки в общежитии секретничают – до полуночи.
Переглядываются:
- Что молчишь, Поль? Расскажи, как у вас с шахтёром твоим.
Полюшка молча прикрывает глаза: о таком сокровенном, что у них с Саней случилось, не расскажешь даже лучшим подружкам…
… Освещённая светом шахтёрских ламп – глубина тысяча сто.
Горный мастер Панкратов прячет улыбку: славный мальчишка – Саня Климентьев!
Практиканты разные бывали…
И такой был, что после первого спуска-подъёма на шахту больше не пришёл. Всю смену на глыбе породы просидел: темно, и уши заложило… пыль – дышать нечем, жарко – как в преисподней… От работающего добычного комбайна – вибрация, а лава – высотой метр десять. Это что: на коленях… ползком работать?!.. Нашли дурака!
Проходчик Андрюха Бирюков негромко выматерился:
-Только и думали, как найти тебя – вот такого.
Игорёк Свешников подмигнул:
-Кто тебя искал-то… Сам припёрся. Не скули.
Имени практиканта этого не запомнили. В городе видели его: в супермаркете управлял тележкой, а на тележке – ящики с бутылками газировки.
Другой доказывал бригадиру, что вот это… вот это и это он делать не обязан.
Петро Михайлович молча развёл руками.
Так ничему и не научился парень. В шахте ж не всегда бывает так, как в учебнике написано. А чтоб уголёк добывать, – надо в руках его подержать, и поклониться лаве надо, и к комбайну добычному – с уважением.
А на Саню Климентьева смотрел горный мастер и незаметно улыбался. Точнее не скажешь: шахтёрскому роду нет переводу.
Мальчишка не только в датчиках и конвейерных лентах разбирается. Ломом и лопатой – запросто: в шахте нельзя без этого.
Звеньевому Димке Колесникову Панкратов велел:
- Покажешь практиканту вентиляционный и откаточный штреки.
Димка отмахнулся:
- Нах мне головняк этот – с твоим практикантом возиться! Я тебе, Григорьич, что: экскурсовод? Может, мне пацану твоему ещё книжку с картинками показать?
Саня не обиделся. Сам побывал и в откаточном, и в вентиляционном, и на водоотливе.
Как-то спустились во вторую. Ещё и работать не начали, – только до лавы добрались: на «Верхнелуганской» общая протяжённость выработок и штреков – сто пятьдесят километров.
Отлетевшей острой глыбой Колесникова рубануло по колену.
Рану звеньевому перевязал Санька. И знал же, где аптечка находится! Без поспешности, без ненужной суеты перевязал Димкино колено – по всем правилам.
Колесников озадаченно молчал.
Андрюха Бирюков головой покачал:
-Ну, Санька, ты даёшь!.. Прямо – медбрат!
Саня поднял глаза:
- Так нас же учили. Я и делал так, как учили
Ещё и сказал мужикам, как уложить Димку на носилки. Говорил просто, без тени заносчивости и хвастовства, как мог бы в таком случае: мол, – вот я какой, всё знаю и умею…
Перед следующей сменой горный мастер Панкратов с любопытством взглянул на студента: справится ли?
- Что ж, Климентьев. Сам видишь: нынче без звеньевого. – Кивнул на телефон: – Докладывай наверх, на наряд, положение дел в шахте. Мы ж не можем начинать работу.
Саня свёл брови. Юрий Григорьевич ожидал, что мальчишка оробеет, растеряется. А он молча кивнул, снял телефонную трубку:
- Третья западная. Вентиляция, водоотлив – норма. Крепь – норма. Горно-шахтное оборудование исправно. Предохранительные устройства, кабельная сеть, ограждения, сигнализация – в соответствии с нормами. Слушаем наряд.
Горному мастеру очень хотелось похвалить мальчишку… просто добрые слова сказать.
Ладно. Рано ему слушать про то, какой он молодец. И Юрий Григорьевич лишь сдержанно заметил:
- Хорошие у тебя преподаватели.
И Саня просто согласился:
- Хорошие.
…Владик прохаживался по тротуару около пединститута. Дал себе слово: проводить Полинку до общежития.
Куда она денется!..
Какая-то девушка оглянулась на Владика. Чему-то обрадовалась:
- Ой!.. А вы Полину ждёте?
Влад лениво-небрежно усмехнулся:
- А ты откуда – такая догадливая?
- Так вы к нам в общежитие приходили. А Полинка тогда не вышла, – радостно напомнила ему девчонка. – Я подруга Полькина, мы с ней в одной комнате живём.
Владик равнодушным взглядом окинул светлые кудряшки, что выбивались из-под вязаной шапочки:
- У Полины ещё занятия?
- Нет. Польку препод по основам методики оставил: с рефератом неполадки. А у меня – четвёрка.
-Рад за тебя, – кивнул Влад. – Долго ваш препод консультирует двоечниц?
Девчонка вздохнула:
- Долго… – Вскинула на Владика глаза, бесстрашно призналась: – А я бы на Полькином месте… я бы не вышла, а выбежала – к такому парню.
Влад прищурился:
- К какому же – к такому?
- К красивому… и умному. А Полька не понимает. – Девчонка пренебрежительно дёрнула плечиками: – У неё парень есть, – в горном техникуме на шахтёра учится.
Вот как.
Значит, – парень.
В горном техникуме учится.
Что ж, Климентьев.
Я ж тебе сказал: ещё посмотрим, кого Полинка выберет!
Владика вдруг осенило: не начать ли с подружки…
Обычно в таких случаях девчонки начинают ревновать.
Вот и отлично: Полинка непременно задумается.
Замятин снисходительно кивнул:
- Пока двоечницы исправляют двойки, – может, твою четвёрку отметим? Хочешь мороженого?
- А меня Настей зовут, – засияла девчонка. – Я шоколадное мороженое люблю.
В «Снежинке» оказалось, что Настя, кроме шоколадного мороженого, очень любит торт «Птичье молоко» и латте – с ореховой крошкой.
Нагловато, конечно.
А ещё оказалось, что в следующее воскресенье у Насти день рождения.
-Мы с девчонками отмечаем. Ты придёшь, Влад?
Вот это удача!..
Да за это приглашение можно простить любую девчоночью наглость.
Влад оглянулся, щёлкнул пальцами:
- Нам ещё латте… и кусочек «Птичьего молока».
Аппетит, конечно, – у будущих училок…
Но – того стоит.
Посмотрим, что тебе останется, Климентьев…
Продолжение следует…
Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 6
Навигация по каналу «Полевые цветы»