Я обещал написать о чём-нибудь более динамичном, чем рассмотренный мною в одном из последних материалов роман В. Невинского "Под одним солнцем". Пожалуй, подойдёт повесть "Тайна белого пятна" (1959). Это не совсем фантастика, но события и сопутствующий им антураж в этом произведении достаточно фантастические. К тому же, "Тайна белого пятна" бесстрашно соединяет два литературных направления, о которых я время от времени здесь рассказываю - робинзонаду на затерянной, изолированной территории и шпионскую тему. Написал приключенческую повесть "Тайна белого пятна" сибиряк Михаил Петрович Михеев (1911 - 1993). Не надо путать этого заслуженного советского писателя, "отца сибирской фантастики", именем которого названа улица в Новосибирске, с современным фантастом Михаилом Александровичем Михеевым 1973 года рождения, работающим в жанре боевой и космической фантастики. К сожалению, на сайтах, продающих книги, такая путаница наблюдается повсеместно.
Михаил Петрович Михеев родился 1 сентября 1911 года в Бийске. В книге "Писатели о себе" (Новосибирск, 1973) Михеев вспоминает: "Мои родители не имели какого-то особенного образования, но меня научили читать рано, когда мне было около пяти лет. Хорошо помню, как в то время меня сравнительно мало интересовало содержание прочитанного, гораздо занимательнее выглядел сам процесс чтения, как из россыпи отдельных, ничего не значащих букв вдруг складывались знакомые, понятные слова. Поэтому я с одинаковым удовольствием читал и свои «Сказки братьев Гримм», и отцовские газеты. Первая прочитанная книжка запомнилась на всю жизнь! Это был «Остров сокровищ». Потом пошли книги Джека Лондона, Фенимора Купера, Конан Дойля и прочих авторов приключенческой классики. Мир сильных, мужественных, таких притягательных героев сразу захватил мое воображение. К двенадцати-тринадцати годам успел прочитать всё, что смог найти у знакомых и в городских библиотеках. И когда новые книги доставать стало негде, я начал придумывать приключения сам. По вечерам я собирал своих сверстников и часами рассказывал им фантастические истории из прочитанных книг. Я посылал своих героев в Аляску за золотом, на Северный полюс за славой, я использовал обстоятельства, что мои слушатели не успели об этом прочитать, и тем самым присваивал себе чужую славу".
В 1930 году М. Михеев окончил Бийскую профессионально-техническую школу, сначала работал в Бийском зерносовхозе, позднее - электриком на авторемонтном заводе Совмонголторга, где ремонтировались машины Чуйского тракта, стратегической горной дороги, единственного в то время пути, связывавшего СССР с соседней Монголией. Среди первых стихотворных опытов Михеева - мелодраматичная баллада про Кольку Снегирёва и его подругу Раю, в тридцатые годы быстро распространившаяся среди водителей Сибири, Алтая и Дальнего Востока, ставшая своеобразным гимном шоферской профессии: "Есть по Чуйскому тракту машины, много есть по нему шоферОв...". Это оригинальные авторские строки, а поют обычно: "Есть по Чуйскому тракту дорога, много ездит по ней шоферОв...". Михеев написал "Чуйский тракт" к свадьбе своих друзей Ираиды и Николая Ковалёвых, взяв их характеры за основу образов героев песни (Николай Ковалёв и вправду ходил в рейсы по Чуйскому тракту, но, к счастью, с ним там ничего плохого не случилось).
Я впервые услышал "Чуйский тракт" ещё в прошлом веке, в непритязательном исполнении знакомого старичка-шофера: приняв "на грудь", он часто её затягивал. Мы считали эту песню безусловно народной, а Кольку Снегирёва - легендарным, но не выдуманным, а реальным персонажем. Лишь много позднее от своего сибирского друга, писателя Геннадия Прашкевича я узнал, что автор "Чуйского тракта" - Михаил Михеев. Земляк Михеева - Василий Шукшин использовал балладу в своём полнометражном режиссёрским кинодебюте "Живёт такой парень" (1964). Композитор фильма Павел Чекалов, опираясь на интонационный круг и обороты музыкальных фраз "Чуйского тракта" трансформировал их в мелодию, ставшую сквозной темой, рефреном кинокартины. Кстати, сам Шукшин тоже узнал, что у песни есть автор, только после выхода фильма. В 2001 году, основываясь уже непосредственно на тексте "Чуйского тракта", режиссёр Александр Котт снял кинофильм "Ехали два шофёра", в котором зрители впервые увидели на экране Павла Деревянко.
Более подробно о жизни и творчестве Михаила Петровича Михеева я расскажу в другой раз, когда доберусь до обзора его фантастки. А пока отмечу, что Михеев написал несколько книг для детей (первая его детская книжка в стихах "Лесная мастерская" вышла в Новосибирском книжном издательстве в 1951 году); десяток детективных и фантастических повестей (в их числе - "Вирус В-13" (1955), "Тайна белого пятна" (1959), "Запах "Шипра" (1976), "Год тысяча шестьсот" (1985); и дюжину фантастических рассказов (в их числе - цикл "Милые роботы").
Михаил Михеев - один из самых известных литераторов Новосибирска - города, где его книги выходили регулярно. К сожалению, при жизни писателя центральные издательства по ряду причин игнорировали его произведения, а вот в нынешнем, 21-м веке некоторые книги Михеева успешно переиздаются. Дождалась внимания к себе и легендарная повесть "Тайна белого пятна", уже трижды переизданная в "Вече". Прежде чем перейти к рассмотрению этой любопытной вещи, я должен сказать, что её название в память о Михаиле Петровиче Михееве получил новосибирский литературный фестиваль "Белое пятно".
Мне посчастливилось побывать на одном из этих книжных праздников. Я был почётным гостем и членом литературного жюри фестиваля "Белое пятно-2009" вместе с писателями Василием Головачёвым, Дмитрием Володихиным, Александром Етоевым, Виталием Пищенко и Геннадием Прашкевичем.
О новосибирском фестивале мне напоминает выданный мне там коллекционный почтовый конверт со специальным гашением, выпущенный в честь Михаила Петровича Михеева. На конверте (см. выше) - изображение писателя и его знаменитой книги "Тайна белого пятна" .
А теперь - несколько слов о повести "Белое пятно".
22-летняя Зинаида, дочь геолога Николая Вихорева, пропавшего в сибирской тайге, где он искал урановую руду, живёт в Москве. Она заканчивает архитектурный институт и готовится к защите дипломной работы. Отец воспитывал маленькую Зину по-спартански, но началась война, и папа ушёл на фронт. Мать девочки погибла при воздушном налёте. Зину взял к себе дядя Дима, один из двух братьев Николая Вихорева, начальник военного завода, эвакуированного во время войны в Сибирь. Дядя Дима - страстный охотник и рыболов, с ним девочка "быстро привыкла к ночевкам на открытом воздухе, к холодным сибирским зорям, к дымку костра, к комарам, к печеной обугленной картошке". Отец Зины с войны вернулся живой, но почти сразу во главе партии геологов-поисковиков отправился сначала в одну специальную экспедицию, затем - в другую. Из второй экспедиции он не вернулся, весь их небольшой отряд бесследно исчез в таёжных дебрях.
"Когда Зина заканчивала десятый класс, Дмитрий Вихорев был направлен в поселок Таёжный для строительства рудника особого значения. Забирать Зину с собой, в глухую необжитую тайгу, нечего было и думать. В Москве, в министерстве, работал второй дядя Зины — профессор Виталий Вихорев. Дядя Дима написал брату письмо, и Зина в третий раз сменила семью". В уютной московской квартире дяди-профессора со всеми удобствами, домработницей и красивыми вещами Зина начала забывать уроки мужского воспитания отца и дяди Димы. Девушка обзавелась даже импозантным женихом, который вполне обоснованно думал, что их свадьба не за горами.
Я пересказал зачин истории о Зинаиде Вихоревой так подробно, чтобы стало понятно: у девушки имеется некоторая закалка, позволяющая ей переносить тяготы и трудности. Но какие тяготы и трудности могут быть в благоустроенной жизни Зины? Дело в том, что в Москву на пару дней приехал дядя Дима и рассказал о случившемся полгода назад странном убийстве молодого геолога с их рудника. Труп парня был найден в устье реки в пятистах километрах от того места, где работал геологический отряд. Из шейных позвонков геолога извлекли золотой наконечник стрелы, которым он был убит. А исчез геолог примерно в том же районе, где 10 лет назад пропала в тайге экспедиция Николая Вихорева.
Зина решила, что это убийство может быть связано с исчезновением отца. И вот, неожиданно для себя, студентка, вместо работы над дипломом, оказывается сначала в посёлке Таёжный, а чуть позднее, волею прихотливых обстоятельств и автора повести, – в затерянном месте, именуемом Провалом, где ей придётся зимовать в одиночестве. Про длинную череду головокружительных приключений девушки я рассказывать не стану, но поверьте, писатель Михаил Михеев описал их мастерски. Гарантирую, скучать будет некогда: советские тиражи этой книги, начиная с первого издания "Тайны белого пятна" в 1959 году раскупались мгновенно и с восторгом поглощались читателями. На страницах повести Зина вступит в смертельную схватку сначала с полусумасшедшим убийцей отца Грачёвым, а затем и с другим опасным врагом, более сложного внутреннего содержания. В промежутке героиня займётся своей дипломной работой...
В очередной раз хочу отметить, что старым приключенческим и фантастическим книгам дополнительный шарм всегда придают внутренние иллюстрации. К сожалению, нынешние переиздания бестселлеров минувших лет в большинстве своём лишены этого преимущества (микротиражные издания не считаю). Художники-иллюстраторы прошлого века часто становились практически соавторами создателя произведения. Их рисунки органично ложились на сюжет, дополняя его. В книжке "Тайна белого пятна" 1970 года, что есть у меня – прекрасные иллюстрации новосибирского художника В. К. Колесникова. Но при всём уважении к таланту этого графика я не могу не сказать о том, что одна из его иллюстраций не соответствует тексту повести. Когда Зина удирает от Грачёва она одета не совсем так, как на рисунке.
"Берег впереди поднимался пологой грядой. Продираясь сквозь колючие заросли ельника, Зина больно оцарапала коленки и только тут вспомнила, что не одета как следует. На ней были носки, ковбойка и трусики. Она остановилась в сомнении. Но ведь это же смешно! В ее положении и еще какие-то условности?.. Впрочем, она только взглянет, кто это мог разжечь костер, и вернется к лодке одеться». Вот так, одетая лишь в ковбойку и трусики, столкнулась Зина с Грачёвым, а потом, спасая свою жизнь, убегала от него. Художник, видимо, решил поосторожничать и надел на Зину сапоги и штаны.
Ну да ладно, ничего страшного. Особенно по сравнению с обложкой издания "Тайны белого пятна", появившегося уже в наше время. На ней Зина с ружьём и оленем, которых в повести вообще нет.
Как Зина жила в Провале и как из него выбиралась, рассказывать не буду. Это (если в двух словах) "страшно интересно". Советую прочесть повесть, ежели ещё не ознакомились.
А я поделюсь аналогией, неожиданно пришедшей мне в голову, скорее всего потому, что я только что писал об Олеге Стриженове и фильме "Его звали Роберт", в котором этот актёр снимался". Сейчас попытаюсь объяснить ход моих мыслей. Олег Стриженов в своё время играл поручика белой армии Говоруху-Отрока в фильме Григория Чухрая "Сорок первый" (1956) по одноименной повести Бориса Лавренёва.
Основное содержание киноленты и романа - плотное общение оказавшегося на маленьком необитаемом острове в Аральском море дуэта непримиримых классовых врагов: белого офицера Говорухи-Отрока и красного снайпера Марии (Марютки), прикончившей уже сорок белогвардейцев. Это общение постепенно переходит во взаимную любовь, но ненадолго. Так вот, диалоги, которые ведут Марютка и Говоруха-Отрок (да и герметичная ситуация в целом) здорово напоминают то, что происходит в рассматриваемой нами повести "Тайна белого пятна" между Зиной и диверсантом. Такое же бескомпромиссное классовое противостояние, такое же неожиданное для девушки присутствие моральных принципов у мужчины-оппонента, похожая изолированная локация... Не знаю про фильм, но уж повесть-то Б. Лавренёва "Сорок первый", впервые напечатанную в 1924 году, М. Михеев, конечно, читал...
Резюмирую. "Тайна белого пятна" - великолепный образчик шпионско-приключенческого произведения, скрещённого с робинзонадой. К выкрутасам приключенческого сюжета автор добавил захватывающее, детальное описание существования одиночки (и не мужчины, а девушки!) на территории, оторванной от цивилизации. Подробности выживания в затерянном мире большинству читателей всегда интересны. Что касается кажущейся фантастичности отдельных эпизодов повести - на свете чего только не бывает! К тому же, не будь таких моментов, зачем бы я, любитель фантастики, писал здесь о "Тайне белого пятна"? Между прочим, я даже нашёл в сети любительскую экранизацию этой повести, датированную 1972 годом. Ну очень любительскую. Но это самопальное кино доказывает, что "Тайну белого пятна" читатели уже тогда знали и любили, даже получасовую короткометражку по ней своими силами сняли, раз уж официальный кинематограф повестью не интересуется.
А вот от советских критиков Михееву за "Тайну белого пятна" и "Лесную мастерскую" досталось. Мой друг, сибирский писатель Геннадий Мартович Прашкевич в своём "Малом бедекере по НФ" вспоминает, что Михаил Петрович Михеев ему рассказывал: "От фантастики, Мартович, меня отпугнул Евгений Рысс. Был такой писатель-приключенец. Прочитав мою книгу «Тайну белого пятна», он написал ужасную рецензию о «каких-то там дурацких провалах в Восточной Сибири». Я, конечно, никогда не был знатоком геологии, но Евгений Рысс самому широкому кругу читателей доказал, что я дурак. А вот геологам моя книга нравилась.... От фантастики меня отпугнул Евгений Рысс, а от поэзии Елизавета Константиновна Стюарт. После моей стихотворной книжки «Лесная мастерская» Елизавета Константиновна категорически заявила, что все, что я пишу, не является поэзией, не может быть поэзией и никогда ею не являлось. Я думаю, Мартович, что по большому счету она была права. Поэт действительно не должен походить на нормального человека. А я нормальный...".
Прашкевич завершает свой очерк о Михееве словами: "Михаил Петрович написал «Вирус В-13»... И написал превосходную «Тайну белого пятна». И десятка полтора превосходных фантастических рассказов. И мог ещё многое написать, но встретились на пути писатель Евгений Рысс и поэтесса с королевской фамилией".
Дорогие читатели, ваши гуманные донаты стимулируют энтузиазм автора!
Ещё о фантастах Сибири и Урала в моём Дзене:
Уральский фантаст Исай Давыдов. Повести "Девушка из Пантикапея" и "Он любил вас"
Фантаст Исай Давыдов и его роман-эпопея "Я вернусь через 1000 лет"
Приключенческая фантастика Юрия Шпакова
Повесть "Железный человек" и другие ужасы советского фантаста профессора Могилёва
Уральский фантаст без даты смерти. Звёздный странник Семён Слепынин
Фантастический роман "Два дня Вериты" Владимира Печёнкина про голую правду
Забытый новосибирский фантаст: Пётр Воронин. Прыжок в послезавтра
О моём друге писателе Геннадии Прашкевиче (подборка материалов)
Преподаватель воображения: фантастический подвижник Виталий Бугров из "Уральского следопыта"
Михаил и Лариса Немченко. Вести из грядущего
Советский фантаст убил всех своих героев... Фантастическая повесть "Пленники пылающей бездны"