Представьте, что это стендап. Парень выходит на сцену, поправляет микрофон, оглядывает зал с легкой ухмылкой.
(Задумчиво, в микрофон) Вы знаете, я тут на днях читал один пост в интернете… девушка писала про своего «настоящего цельного мужика». И такой он у нее универсальный солдат: банки открывает, на руках носит, свет чинит… (пауза) А я сижу и думаю: «Блин, а я ведь тоже такой! Я ж, получается, ходячая ценность! (Переходит на доверительный тон) А я могу похвастаться? У меня есть… женщина. Настоящая, мать ее, женщина. И она может, если захочет… о, она может много чего! Она может, например, посмотреть на меня так, что у меня в голове сама собой включится лампочка, которую я полгода не мог вкрутить. И я сразу такой: «Так, щас все починю! И бегу, бегу сломя голову, будто в меня батарейки поставили. Она может заказать еду из приложения так, что это попадет точно в мою душу. Привезут тот самый ролл, который я вчера хотел, но постеснялся сказать. А она — раз! — и угадала. Это магия. Я потом сижу, ем и полчаса думаю: «Она ведь экстрасенс. Или я просто очень предсказуемый? Ладно, неважно. Она может психануть вечером, потому что я носки опять не туда бросил. А утром ходить с таким загадочным видом, будто это не она, а это носки сами виноваты. Но психует она как-то по-доброму, в итоге мы оба смеемся. А я потом эти носки… ну, почти всегда убираю. А еще она может сказать фразу, от которой у меня, у мужика, который гвоздь может забить, сердце в тапочки падает. Скажет: «У меня голова болит». И всё. Тихо. А у меня в голове тревога: «Кто ее обидел? Что случилось? Это я виноват? Наверное, я! И я уже бегу за таблеткой, водой, готовый на все, лишь бы этот ужасный «голова-болит» прекратился. Но главная ее суперсила… (делает драматическую паузу) Она может сделать так, что после моей двенадцатичасовой смены, когда я приползаю домой как зомби, уставший и немытый, она посмотрит на меня не с отвращением, а так… тепло. Скажет: «Хорошо пришел». Накормит вкуснейшей жареной картошкой, которую я, в теории, должен был сам приготовить. А потом просто ляжет рядом, обнимет, и у меня в голове наступает такой покой, ради которого, собственно, и стоит пахать как лошадь. И знаете, я ей в ответ тоже танцы с бубном устраиваю! Если она приболела, я не просто чай приношу. Я приношу чай, градусник, три разных вида меда и смотрю на нее с таким трагизмом, будто она герой войны. Готов зацеловать вусмерть, лишь бы поправилась. Вот так вот и складывается наше маленькое, простое счастье. Оно, говорят, любит тишину… но я вам рассказал. Вы только жене моей не проболтайтесь, а то она узнает, что я ее идеализирую, и зазнается! (Смеется). Пусть у каждого будет такая же причина чинить свет и бегать за вкусняшками. Спасибо, вы лучшие!