Очень хорошо, что дети, независимо от их физических, психических и интеллектуальных способностей, могут учиться вместе со своими сверстниками. Но у меня есть большие сомнения, что школы сейчас готовы обеспечить особым детям условия для комфортного обучения.
Сомнения мои основаны на многолетнем опыте. Несколько раз мы пытались устроить разных своих детей в детский сад или школу, и в большинстве случаев принимали решение перевести ребёнка на семейную форму обучения, может быть на время, а может и навсегда. Я никогда не винила воспитателей или учителей в том, что они не справляются с нашими непростыми детьми. Потому что я понимала, что это дети пока не готовы учиться в социуме, им нужно ещё больше времени, чтобы подрасти и дозреть.
Взять, к примеру, Вадима. До 11 лет он был очень взрывной. Малейшая неудача или обида приводили его в бешенство. Крушил и разбрасывал вещи вокруг себя со страшной силой. На других никогда не нападал. А между этими вспышками ярости, Вадим был милейшим ребёнком, умным и интересным.
Ну и что с ним делать?
В шесть лет попробовали устроить в хороший детский сад с понимающими воспитателями.
Дети в группе быстро поняли, что Вадим теряет самообладание, если его поддеть каким-то словом («а у тебя ничего не получится!») и периодически его цепляли. Вадим устраивал концерт на потеху публике и потом ещё долго не мог успокоиться. Две недели мы так походили, поняли, что чем дальше тем хуже, и забрали сына домой.
В школу даже пытаться не стали его записывать, сразу оформили СО. Для социализации записали в кружки: в цирковой и на шахматы. Это оказалось идеальным решением для Вадима.
С каждым годом он становился всё самостоятельнее, спокойнее и ответственнее. Регулярные спортивные тренировки научили его терпению и упорству в достижении цели. Выступление на сцене развивало самоконтроль.
К 12 годам Вадим вырос в увлеченного науками, целеустремленного мальчика, который уверенно чувствует себя в любом коллективе, и о котором преподаватели отзываются только положительно.
Я точно знаю, каким бы он сейчас был, если бы нам пришлось отдать его в общеобразовательную школу. Озлобленным, нервным двоечником, изгоем, ненавидящим школу, учителей и всех одноклассников вместе взятых. Кому нужна такая инклюзия? Никому.
Я знаю множество историй, когда дети с очень разными особенностями здоровья замечательно вписались в группу детского сада или класс в школе. Но во всех этих историях дети были спокойные, точнее сказать - удобные. Они не мешают учителям вести уроки, а одноклассникам учиться. К таким детям учителя относятся с сочувствием, родители одноклассников с пониманием. Ребёнок может учиться по индивидуальному плану, но зато среди своих сверстников. Вот это и есть инклюзия, прекрасная и полезная всем.
А попробуйте посадить в класс драчуна или ребёнка аутиста, который может вести себя приемлемо ровно до того момента, пока его нервная система не перегрузится, и он начнёт, в лучшем случае, кричать и рыдать.. Как скоро против вас объединятся родители остальных детей в классе и надолго ли хватит терпения учительницы?
Есть родители, которые считают, что инклюзия выглядит именно так. Пусть все подстраиваются, раз по закону положено!
Гораздо разумнее, но дольше и дороже, готовить ребёнка к жизни среди людей, а не надеяться, что он как-нибудь сам выплывет. Сейчас столько специалистов - детских психологов, поведенческих терапистов, дефектологов - они умеют работать со сложными детьми. Результат обязательно будет! У кого-то уже через полгода-год занятий, а кому-то из детей понадобится больше времени, чтобы дорасти, дозреть.
