Биологов интересует эволюция не только причудливых форм живых организмов, но и их размеры. О размерах существует сразу несколько гипотез. Так, закон Копа, гласящий, что в ходе эволюции размеры некоторых животных увеличиваются, более или менее, хотя и с исключениями, но всё же выполняется. А вот эмпирическое правило Бергмана — о том, что чем ближе к полюсам, тем крупнее теплокровные животные, похоже, вовсе никакое не правило.
А вот ещё одно правило относительно размеров — «эффект лилипута», и проверять не нужно, он как раз и был обнаружен при изучении окаменелостей. Состоит этот эффект в том, что в результате Великого вымирания 252 миллиона лет назад вымирали по большей части самые большие животные, за счёт чего одним из результатов вымирания было измельчание фауны. По крайней мере на брюхоногих моллюсках этот эффект наблюдается очень отчётливо.
Разумеется, эффект был временным, уже в триасе животные не только вернулись к прежним размерам, но и переросли пермских. Но когда именно это произошло, точно не известно. Из брюхоногих моллюсков триаса самый крупный жил уже через 10 миллионов лет после вымирания, что говорит о довольно быстром росте. Но последние находки палеонтологов свидетельствуют, что вероятно, оно было ещё быстрее.
Во всяком случае, моллюск, найденный на востоке Китая, в местонахождении Цинъянь, был очень велик. Сохранились раковины плохо, но согласно реконструкции, они достигали в длину более трети метра, что очень много даже для современных моллюсков, в то время как их современники имели размеры не более 10 сантиметров.
Палеонтологи обнаружили три разных раковины, все они относятся к роду Toxoconcha и жили примерно через восемь, а то и шесть миллионов лет после вымирания. Получается, что новые рекордсмены жили на несколько миллионов лет раньше прежних, то есть «эффект лилипута» сошёл на нет уже в самом начале триаса.
Примечательно, что сразу после вымирания два близких к Toxoconcha рода — Omphaloptycha и Coelostylina, достигали в длину всего полусантиметра, а в середине и конце триаса уже доходили до девяти сантиметров. То есть тридцатипятисанитметровый Toxoconcha был гигантом не только по сравнению с более ранними моллюсками, но и рядом со своими родичами и современниками.
Такой быстрый рост объясняется взрывом видообразования беспозвоночных после вымирания. В одном только местонахождении Цинъянь кроме Toxoconcha обнаружилось ещё полтысячи видов. Скорее всего, быстрый рост был вызван высокой конкуренцией. Улиткам приходилось расти одной стороны, чтобы выдержать пищевую конкуренцию и занять ещё свободные экологические ниши, с другой — чтобы избежать давления со стороны хищников.
Впрочем, быстро росли в триасе не только моллюски, но и другие морские организмы. Так, ихтиозавры за те же восемь миллионов лет успели не только возникнуть, но и вымахать до рекордных размеров — на порядок больше, чем самые ранние морские рептилии.
Между прочим, «эффект лилипута» после пермь-триасового вымирания был не единственным в истории жизни на Земле. В результате следующего большого вымирания, мел-палеогенового, снова выжили только мелкие, на этот раз млекопитающие, и снова принялись расти. И снова очень быстро выросли до гигантских размеров.