Самое известное вымирание — несомненно, мел-палеогеновое, то самое, когда Чиксулубский метеорит убил всех динозавров. Ну не всех, птицы выжили, но почти. Однако по части катастрофичности оно и в подмётки не годится предыдущему, пермь-триасовому. Проще будет перечислить, не кого оно убило, а кто выжил. Из наземных позвоночных выжило тогда 27% видов, а морская фауна и вовсе вымерла почти вся — сохранилось только 4% видов. Массово вымирали даже насекомые, чего не случалось ни до, ни после — вымерли намного больше половины родов и примерно ⁵/6 всех видов.
Считается, что основной причиной такой массовости стали извержения вулканов, сопровождавшие слияние всей суши в материк Пангея и породившие и поныне существующие Сибирские траппы. Причём вымирание это было, по геологическим меркам, почти мгновенным — всего за несколько десятков тысяч лет.
Однако вулканами всё дело не ограничилось. Если бы не Солнце, вымирание не было бы столь катастрофическим. Правда, если бы его не было, то нечему было бы и вымирать… Дело в том, что выброшенные при этом огромные количества вообще-то не свойственных земной атмосфере газов не только вызвали парниковый эффект и резкое потепление. Эти газы к тому же поднялись высоко в тропосферу и разрушили слой озона в ней, который защищает поверхность от солнечного ультрафиолета. И растительности это на пользу совершенно не пошло. Во всяком случае, именно такой вывод следует из результатов изучения спор и зёрен пыльцы тогдашних растений.
Растения, конечно, любят солнечный свет и даже зависят от него. Только вот далеко не любой — к жёсткому ультрафиолету эволюция их не готовила. Точнее, готовила, но не поглощать его, а нейтрализовать с помощью фенолов, которыми они покрывают листья и пыльцу.
И вот как раз в пыльце, приуроченной к пермскому вымиранию, этих самых фенолов оказалось не много, а очень много, причём максимум их содержания приходится на пик извержения Сибирских траппов. Но судя по тому, что на это же время приходится и максимум изуродованной пыльцы, это не особенно помогло. Но пыльца — это ещё полбеды, беда в том, что и сами растения от ультрафиолета чахнут и становятся малопитательными для растительноядных. Которые, в свою очередь, перестают размножаться на радость и пропитание хищникам.
В общем, оказалось, что извержения и потепление — это ещё так большая беда. Беда — то, что весь этот катаклизм привёл к угнетению растительности и по пищевой цепочке сказался на животных так, что удивительно, что кому-то вообще удалось выжить, да ещё приспособиться к последствиям и оставить потомство.