Начавшаяся Первая мировая война очень скоро для России выявило неприятную для властей проблему – острую нехватку самого щедрого и лакомого куска российской действительности, человеческого.
Генералы, привыкшие оперировать громадными цифрами мобилизационного ресурса, уже через полгода осознали, что этот ресурс может быстро таять. Безразмерная, казалось бы, величина российского Steam Roller неожиданно обозначила свои границы.
В связи со стремительным уменьшением кадрового офицерского состава в первые месяцы кампании, наверху озаботились вопросом дополнительного призыва. В частности, необходимо было решить, кем именно заполнять бреши в ополченских частях.
9-го февраля 1915 года Управление воинской повинности Министерства Внутренних Дел за подписью товарища Министра Плеве разослало всем губернаторам циркуляр за № 24, в котором давало разъяснение «о розыске и призыве на военную службу всех не состоящих на учёте, но обязанных служить в ополчении офицерских и медицинских чинов».
На местах не понимали, касалось ли данное распоряжение тех лиц, «которые по обнаружении их, перешли уже предусмотренный действующими Инструкциями об учёте и призыве предельный возраст», но ко времени объявления мобилизации 18-го июля 1914 года «имели возраст, не освобождающий их от принятия на учёт и от явки на службу в ополчение».
Как указывалось в циркуляре, означенный вопрос, естественно, разрешался «в положительном смысле». Иными словами, при общей мобилизации подлежали призыву недостигшие к 18 июля 1914 года:
- штаб-офицерские чины ополчения - 55 лет;
- обер-офицерские чины - 50 лет;
- врачи – 55 лет, если они были уволены с постоянной военно-санитарной службы или из запаса чиновников военно-санитарного ведомства, и 43 лет, если они были зачислены в ополчение I разряда при призыве к отбыванию воинской повинности.
Товарищ Министра оговаривал, что «все эти офицерские и медицинские чины ополчения, лишь по недоразумению» не попали в своё время на учёт подлежащих Губернских Воинских Присутствий, и требовал, чтобы все они «должны быть ныне призваны на службу наравне со своими сверстниками по возрасту, состоящими в ополченских частях».
В результате от Губернаторов потребовали предоставить списки лиц в уездах, которые имеют подходящий возраст для укомплектования ополченских частей.
В их числе оказались товарищ Председателя Рязанского Окружного Суда Александр Владимирович Куруп, 1871 г.р., ратник ополчения 2-го разряда, член того же суда Иван Николаевич Соловьянинов, 1867 г.р., ратник ополчения, штатные преподаватели Данковской мужской гимназии, а также врачи, состоящие на службе в Егорьевском земстве, числящиеся в запасе армии.