Сельское хозяйство

Татьяна начала искать дом для новогодних праздников ещё в октябре. Хотелось впервые за несколько лет никуда не торопиться 31 декабря, не стоять у плиты до вечера и не разъезжаться по домам сразу после полуночи. Идея была простая: снять коттедж на три дня, собрать самых близких и спокойно встретить Новый год за городом. Её муж Сергей предложение поддержал. Дом нашли примерно в сорока километрах от города: три спальни, большая кухня-гостиная, баня и участок рядом с лесом. За трое суток хозяин попросил 78 тысяч рублей...

Я не торопясь шла от станции к калитке в наш посёлок. Справа и слева от меня густо росли кусты, за которыми возвышались заборы и виднелись крыши домов. Меня всегда удивляло желание отгородиться от всех забором повыше...

Галина стояла у калитки родительского дома и смотрела на покосившееся крыльцо, облупившуюся голубую краску и заросли малины вдоль забора. Она помнила, как год назад, после смерти отца, уезжала отсюда с тяжёлым сердцем и тайной мыслью: «Хоть бы никогда больше сюда не возвращаться». И вот — вернулась. Возможно, насовсем. — Ну, вот и приехали, — сказала она сама себе и принялась выгружать коробки из кузова старенького грузовика, который согласился довезти её до Благодатного за скромную плату. Вещей у Галины было немного...

Эшелоны с добровольцами уходили на восток раньше, чем в Кремле дочитали до конца документ, который эти эшелоны и отправлял. Тысячи молодых людей ехали поднимать целинные и залежные земли Казахстана, Сибири и Урала с песнями и духовыми оркестрами на перроне, а приезжали в голую степь, где ни кола, ни двора, только палатки и вагончики до горизонта. Кормили там не так, как обещали плакаты про целинный каравай. Один из целинников вспоминал, что рис на обед стоял неделями подряд — и он потом много лет не мог смотреть на рисовую кашу...

Самый край старинного городка местные называли «рябиновым хутором» за небольшую рощицу рябин на улице возле последней остановки. Жителям улочки это даже нравилось, особенно они любили наблюдать ранней зимой стайки свиристелей, которые с музыкальным мелодичным звоном прилетали на их окраину, чтобы вдоволь полакомиться сладкой ягодой после первых морозцев. Самым старым был домик Ивана Николаевича, пенсионера семидесяти лет, который давно жил один, употреблял горькую, дымил самосадом, набивая табак в коричневую трубку...

Под одной из статей появился комментарий: «Переезжайте в хутор Свет, пока там дёшево. Жары там нет, так как вокруг предгорья Северного Кавказа и лес, а до Чёрного и Азовского морей 30 минут на авто. Работа тоже есть». Признаюсь, сначала захотелось ответить человеку какой-нибудь шуткой: ну всё, друзья, поиски закончены, найдено то самое место на юге, где жильё дешёвое, жары нет, работа есть, а утром можно выбирать, на какое море поехать. Потом я посмотрела и решила: "А почему бы и нет? Может людям...

Полный бак "Жигулей" на 39 л. в начале 70-х стоил 3 руб. 90 коп. Плацкартный билет до Симферополя или Адлера обходился в 25-35 руб., причём с каждого пассажира. Но дешёвый бензин ещё нужно было найти. Готовиться к дороге начинали за месяц, а то и за два. Багажник набивали железом так, что вещи ехали на крыше. А у моря выяснялось, что место для ночлега есть далеко не у каждого, кто приехал на машине. Литр А-66 в 60-х стоил 6 коп., А-76 - 7,5 коп., АИ-93 - 9,5 коп. "Копейка" расходовала 8-9 л. на 100 км и была рассчитана как раз на 93-й...

За шесть лет реставрации здесь переделали почти все, что влияло на возможность приезжать не только летом. В детстве Вики зимой семья жила здесь в одной небольшой комнате: родители, трое детей, печка и один-два обогревателя. Летнюю веранду не отапливали совсем. Теперь Вика приезжает на дачу с мужем и двухлетней дочкой даже в минус 20 — и к их приезду дом уже успевает прогреться. Дача построена в 1960-е годы и стоит на стандартных шести сотках в СНТ. Площадь дома — около 40 м². За шесть лет реставрации здесь переделали почти все, что влияло на возможность приезжать не только летом...

Есть дома, которые хочется сохранить не ради красивого ремонта, а ради памяти. Так произошло с этим деревянным домом в Финляндии. Спустя года внучка решила вернуть его к жизни. Показываю, каким был дом и что хозяйке Эве-Майе удалось восстановить. Дом находится в Йонкери — глухом местечке всего в нескольких километрах от российской границы. Деревянный дом построили в 1950 году, но последние годы он почти не использовался: окна и двери были заколочены, крыша прохудилась, а стены начали гнить от постоянной влаги...

Июль 1965 года выдался странным. По крайней мере, так потом вспоминали его все, кто имел отношение к этому случаю. Жара стояла неслыханная для тех мест — термометры в тени показывали под тридцать восемь, а на открытом поле, среди спелой пшеницы, и того больше. Колхоз «Зарёво» раскинулся в сорока километрах от районного центра, в стороне от больших дорог, и жизнь здесь текла так, как она текла последние сто лет: утром — в поле, вечером — на завалинку, в субботу — танцы в клубе под баян, в воскресенье — в церковь, хотя церковь давно использовали как зерносушилку, а потом и вовсе закрыли...

Добрый день, птицеводы и дачники! Почему куры выбирают одно гнездо на всех и устраивают очередь, хотя рядом стоят пустые? Вы построили четыре гнезда. Все одинаковые. В каждом свежая подстилка. Всё сухо, чисто, уютно. Расстояние между ними – двадцать сантиметров. Казалось бы, наступил тот редкий момент, когда человек победил хаос и наконец грамотно организовал куриный быт. Приходите утром. Первое гнездо – пустое. Второе – пустое. Третье – пустое. А возле четвёртого творится железнодорожный вокзал перед праздниками...