Пожилая женщина счастливо заулыбалась, вспомнив, как у царя Бориса перестали ладиться дела в государстве. Чем хуже у него становилось, тем лучше у нее на душе было. Ума взойти на престол хватило, думалось злорадно, когда узнавала об его промахах, а вот удержаться на троне не достает...
Справедливости ради, следует признать, поначалу все шло очень неплохо. Мария даже нервничала. Прекрасно знала царя Бориса и не особо в его государственные таланты верила. Мелковат он для государства был. Оттого и удивлялась — как же так? Почему вдруг все так гладко идет? Потом поняла. Нет в том его заслуги. Своим приемникам государь Иван IV Васильевич оставил прочное государство. Опять же, как бы над Федором Ивановичем не посмеивались злопыхатели, дураком он не был. Просто не любил, как его батюшка, кулаком по столу бить. Предпочитал все с мягкой улыбкой делать, хотя в душе черти огонь разжигали похлеще, чем у родителя!
Годунову оставалось лишь продолжать начатое. Он из кожи вон лез, только бы сравниться в своей силе и уме с Иоанном Васильевичем, да ничего у него не получалось. К тому же, очень амбициозным был. Мечтал династию Годуновых в России основать и упорно шел к этой цели.
Да только судьбе иначе суждено было распорядиться...
Свое правление начал с того, что служилым людям стал выдавать двойное жалование. Купцы на два года получили право торговать без пошлины. Земледельцев и инородцев на год освободил от податей. Немного вздохнули и крестьяне. Им были определены дни, когда они могли работать на себя, а когда на своих господ. Это было очень удобно, оставалось время на свое хозяйство. Вдовам и сиротам стали давать деньги на содержание. Из тюрем освободили заключенных.
Но самым важнейшим его достижением стало учреждение патриаршества в Москве, что заметно укрепило престиж русской церкви и его популярность. Этого до него никому не удалось сделать. Кроме того, по примеру Ивана Васильевича начал закладывать новые города и строить крепости. Годунов даже приказал соорудить водопровод в Кремле, вещь невиданную на Руси, но крайне нужную.
Но вскоре все пошло наперекосяк. Одни утверждали — причина кроется в том, что открыл для иноземцев границы и зачем-то стал туда отправлять боярских детей учиться. Ясное дело, что последнее очень не нравилось родителям. Они боялись, что чада их вдохнут иноземной вольности и начнут менять уклад у себя в доме, против Домостроя пойдут. Кстати, так в итоге и получилось...
Однако несчастная Мария точно ведала — проклятия, что она и все, кого Годунов несправедливо обидел, на его голову отпускали, работать начали. Борис Федорович стал совершать одну промашку за другой. Все началось с того, что запретил жениться боярам-князьям Мстиславскому и Шуйскому, чем мгновенно против себя настроил остальные знатные семьи. Когда подобным образом поступал Иван Васильевич, понять было можно! Все-таки он был из рода Рюриковичей! А этот-то пес безродный как посмел?! Потом и вовсе самого Федора Юрьева-Захарьина в монастырь отправил!
Затем удача отвернулась от него на полях сражений. Не получилось присоединить Ливонию. Политика в Закавказье потерпела неудачу, из Дагестана русские войска и вовсе вытеснили... А потом пришла настоящая беда — после трех неурожайных лет начался голод. В стране наступило уныние и отчаяние. К голоду мор добавился. Марьюшка помнит те дни, когда люди ели все, что на глаза попадалось: траву с могил, ежей, ворон, крыс. Да что там это!
Человек забыл все заповеди Божьи и стал пожирать себе подобных. Ей довелось присутствовать при казни женщины, которая убила и скормила остальным детям тело старшего сына. Когда ее вели, кричала дико:
— Зато остальных троих деток спасла от смерти голодной! Этот все равно не жилец был!
Похожие на ожившие мощи, малыши горько рыдали и просили не убивать родительницу. Самый старший, ему на вид годков семь было, не боле, твердил:
— Сгинем без нее.
Настоятельница, пусть это и не приветствовалось, самих особо есть нечего было, приказала сирот в монастырь взять. Послала людей за ними, да никого в избе не обнаружили. Кинулась соседей расспрашивать, никто ничего о сиротах не ведал. Будто испарились... Расстроилась матушка. В монастыре, где бедовали, какой-никакой скудный провиант имелся. Не дали бы умереть малышам с голоду. Монахини могли даже немного подкармливать нищих, что постоянно в ворота стучались. Именно тогда поверила Марфа в целебную силу молитвы, которая многим тогда силу придавала...
Публикация по теме: Марфа-Мария, часть 25
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке