Любой форум проводится с определённой целью. Ею может быть:
• транслировать определённую систему ценностей,
• потешить эго организаторов и участников,
• создать информационный повод для какой-то иной цели (например, отчёта перед акционерами о бурной деятельности),
• представить полезную информацию,
• заработать на рекламных контрактах и плате участников,
• организовать взаимодействие участников, используя форум как платформу.
Для чего был проведён Московский экономический форум, мне по итогам посещения пленарного заседания и одной из секций (посвящённой финансам) осталось не понятным. Полезной информации практически не было (если не считать оговорку одного из участников про Закон о технологической политике, сделанную в прениях вне основных выступлений секции). Общение и знакомства в тесных кулуарах, заполненных хамоватыми охранниками и стюардами, разношёрстной публикой, были не возможны.
Один мой знакомый сказал, что МЭФ следует транслировать по телевизору, чтобы люди видели, что есть альтернатива гайдаровскому форуму. Не согласен. Людям нужна надежда. И если на пленарном заседании «лучшие люди страны» (по версии организаторов) рассказывают о направлении прибыли прошлых лет на ФОТ в стиле известного анекдота «Поезд, стой! Раз-два!» или о своём непонимании механизмов, вызвавших к жизни пресловутый Фонд национального благосостояния, это лишь транслирует безнадёгу. Крепкий хозяйственник, который ещё и фундаментальные противоречия, выявленные К. Марксом, «разрешает», гм… теряет обаяние крепкого хозяйственника.
Именно поэтому я выдержал лишь две секции — очень тяжело это слушать.
Финансовая секция, несмотря на внешне приличную организацию, тоже демонстрировала нерешаемые проблемы денежно-кредитной политики и отказ форума от их обсуждения. На фоне бравурных рассказов финансистов о развитии проектного кредитования, фантазиях типа crowdfunding, лизинговом портфеле для МСП на целых 4,5 млрд рублей (кто не знает: баланс банковской системы порядка 100 трлн рублей) жалобы и реальные проблемы производственного сектора просто потонули. Никто не сказал ни о дисфункциях финансовой системы, ни о макропруденциальных провалах.
Рассказ о мерах государственной поддержки бизнеса и необходимости привлечения консультантов, сделанный бодрым консультантом, хотя и не был бесполезен, звучал издевательски на фоне историй рейдерских захватов, в том числе и с участием судей.
Никто не говорил и о том, что повышение ключевой ставки с 5% годовых до 15% годовых означает дефолт по большинству проектных кредитов из-за подрыва достаточности капитала заёмщика. Никто даже не сказал, что настоящий проектный кредит могут предоставить всего 5-7 банков в стране. Да и те не могут, поскольку отраслевая концентрация их портфелей уже запредельная с точки зрения обязательных нормативов. Вся эта проблематика почему-то не интересна организаторам МЭФ для обсуждения, хотя К. А. Бабкин об этом часто, правильно и аргументировано говорит.
Точно так же никто не говорил ни о новом технологическом укладе, ни о той сложности, которой филигранно управляет российское политическое руководство. Вообще, отраслевые вопросы, восстановление станкостроения, микроэлектроники, гражданского авиастроения, производство БПЛА, внедрение новых технологий, цифровизация — всё это и многое другое осталось не раскрытым, и вряд ли секция, посвящённая народному ВПК, этого содержательно касалась.
Конечно, были и позитивные моменты. А. С. Галушка — автор фундаментального «Кристалла роста». Секция, посвящённая миграции, — этот вопрос полезно держать в фокусе внимания публики. А. А. Широв, единственный человек среди выступающих, свободно ориентирующийся в макроэкономической статистике и её смысле (впрочем, директору Института народнохозяйственного прогнозирования это положено по должности).
Интересно для историка-экономиста, не чуждого практическим интересам, выступил Д. Ю. Кривцов, генеральный директор известного машиностроительного завода «Тонар». Человек чётко понимает, что делает, и имеет вполне операциональный образ будущего (построение в России «Америки Нового курса»), основанный на технологиях третьего экономического уклада, которыми он успешно занимается. Наверное, единственное безоговорочно вдохновляющее выступление.
Наконец, большое (вероятно, даже избыточное, но опять же рассеянное) внимание эстетике русской модернизации — это то, что надо делать. Но почему-то розданные наклейки с производственными пейзажами сопровождались пошлейшими лозунгами промышленной безопасности. Кого эти лозунги когда-то на что-то вдохновляли?
Но весь позитив не отменяет главного моего впечатления, впечатления провала, несбывшихся ожиданий. Увы!
© С. А. Копылов, CFA, FRM