Он должен был стать фармацевтом: однако Александр Макс Кёстер (1864–1932), сын производителя чулок, решил пойти против воли своих родителей и, закончив обучение на фармацевта, поступил в Академию Карлсруэ, чтобы изучать живопись у Карла Хоффа (1838–1890) и Клауса Мейера (1856-1919).
Он дополнял учебу обширными путешествиями и вскоре смог зарабатывать на скромную жизнь портретной и жанровой живописью.
1896 год, когда он переехал в южнотирольский курортный город Клаузен, знаменует начало его самого плодотворного творческого периода.
Кёстер присоединился к местной художественной колонии («Klausner Kunstkolonie») и стал всё больше обращаться к пейзажной живописи.
Подобно классическим импрессионистам, он чувствовал необходимость работать на открытом воздухе и создал множество работ на пленэре.
Неудивительно, что во время своих экскурсий молодой художник близко познакомился с фауной окрестностей Клаузена.
Необычным было его растущее увлечение утками.
Художник Кёстер постепенно стал "Утиным Кёстером", который посвятил следующие тридцать лет своей карьеры широкому спектру вариаций этого до сих пор мало оцененного объекта художественного исследования.
Кёстер сделал утку допустимым и изменчивым мотивом на своих картинах, которые передают радость повторного открытия природы благодаря чуткому отношению художника.
Никому другому не удавалось передать анимацию сцены со стаей уток всего несколькими щедрыми мазками кисти.
Эта способность привлекала к нему значительное внимание и даже восхищение на протяжении всей его жизни.
Например, в 1904 году он был награжден золотой медалью за свою картину «Утки» на Всемирной выставке в Сент-Луисе.
За ней последовало множество других наград, и вскоре арт-рынок ввел правило, согласно которому ценность картины измерялась количеством изображенных на ней уток.
Утверждается, что арт-дилеры просто подсчитывали количество животных на картине, чтобы установить её цену.
Хотя к концу своей жизни Кестер, живущий на берегу озера Аммерзее, стал всё больше обращаться к цветочным натюрмортам, он никогда полностью не прекращал рисовать уток, к немалому удовлетворению восхищенной публики.
Масштаб и важность его работ признаны, а южногерманская анималистическая живопись, начиная с 1900 года, обогащенная его нежной интерпретацией этой темы, подтвердила его звание эксперта в изображении уток. Знакомство с его творчеством в целом показывает, что Александр Кёстер заслуживает самого высокого признания за свои пейзажи, портреты и цветочные картины. Консервативный в своем подходе к форме, импрессионист в своем подходе к свету и его отражениям, «современность» его анималистических композиций делает его новатором, творчество художника простирается во многие области. Его живопись до сих пор сохранила свое жизнеутверждающее воздействие, как и свою положительную силу. (Ruth Stein & Hans Koester, Alexander Koester 1864‑1932, Leben und werk, 1988.)