В мезозое, когда динозавры были не только птицами, млекопитающие занимали в экосистемах довольно скромную роль, и хищников среди них, за редкими исключениями, не было. И только после мел-палеогенового вымирания, когда освободилось множество экологических ниш, млекопитающие стали быстро расти. В конце концов среди них появились свои огромные саблезубые хищники.
Но это было гораздо позже, уже в эоцене. А в палеогене, от самого вымирания и до эоцена, в Африке и на Аравийском полуострове большинство хищников были гиенодонами. Сейчас они уже вымерли, а во времена своего расцвета эти плотоядные с двумя парами клыков между коренными зубами были представлены во всех «размерных классах» — от мелочи размером с маленькую куницу до гигантов вроде мегистотерия.
Гиенодоны появились задолго до современных групп хищных млекопитающих — кошкообразных и собакообразных. Собственно, и гиен тогда, разумеется, тоже ещё не было, а название своё гиенодоны получили за чисто конвергентное сходство строения их зубов с зубами современных гиен, с которыми они состояли не в большем родстве, чем, например, с медведями.
Не удивительно, что палеонтологи постоянно находят и описывают всё новые виды этих свирепых хищников. Вот и недавно учёные опубликовали описание нового вида гиенодонов — бастетодона, названного в честь древнеегипетской богини с кошачьей головой — Бастет. Египетское название зверю дали не зря — его почти полный череп нашли в Египте, в Фаюме. Сейчас там пустыня, но десятки миллионов лет назад место было вполне лесистое.
При относительно небольших размерах — весил бастетодон менее 30 килограммов, хищник был серьёзный и мог охотиться на приматов, предков слонов и бегемотов. Собственно, этот вывод исследователи сделали на основании изучения черепа. Острейшие зубы и могучие мышцы челюстей говорят о том, что укус у бастетодона был тоже очень мощный и он мог быть высшим хищником в своём ареале.
Фаюмская котловина, где обнаружили новый вид, вообще известна своими окаменелостями млекопитающих возрастом 15—20 миллионов лет. Это был как раз тот самый период, когда эоценовое потепление постепенно сменялось олигоценовым похолоданием, а экосистемы постепенно начинали приближаться к современному виду, хотя, разумеется, до него был ещё долгий путь через ледниковые периоды.
Новая находка заодно помогла уточнить и систематическое положение другого вида гиенодонов, найденного там же, в Египте, ещё в начале прошлого века. Новый и старый виды объединили в один род, который назвали Sekhmetops, тоже в честь древнеегипетской богини, Сехмет. Только голова у Сехмет была не кошачьей, а львиной, и отвечала серьёзная дама за войну и гнев. Впрочем, Бастет и Сехмет в Древнем Египте нередко вообще отождествляли, так что объединение получилось символичным.
В целом же уточнённая картина распространения гиенодонов получилась такой, что общие предки многих видов несколькими волнами выходили из Африки, добрались в итоге до Европы, Индии и востока Азии, а оттуда — до Северной Америки. Около 18 миллионов лет назад гиенодоны вообще стали одними из крупнейших когда-либо живших наземных хищных млекопитающих.
Но продолжался расцвет недолго. Климат постепенно менялся, на смену гиенодонам приходили почти современные собаки, кошки и гиены, вытесняя не слишком приспособленных к прохладному и засушливому климату выходцев из Африки. Постепенно разнообразие гиенодонов сокращалось, пока они не вымерли задолго до остальной мегафауны млекопитающих.