Екатерина смотрела на мужа с искренним восхищением. Ей казалось, он стал выше ростом. Он выглядел спокойным не потому, что не волновался, а от того, что наконец не врал сам себе. Константин Викторович взял слово.
- Дамы и господа, я проверил эти бумаги. Юристы подтвердили, оснований для расследования более чем достаточно. Но прежде чем мы передадим материалы в прокуратуру, мы обязаны выслушать вторую сторону. Алексея Князева вызвали официально, его голос очень важен. Странно его игнорирование, раньше он всегда отличался педантизмом. Вряд ли он оправдает свою семью.
- Разумеется, любой мучитель заслуживает минуту молчания перед падением. - вдруг раздался голос от двери.
Все обернулись и увидели Алексея. Он шёл спокойно, в идеально сидящем чёрном костюме. На его губах блуждала лёгкая циничная улыбка. Глаза метали кубики льда.
- Надеюсь, я не опоздал к собственному суду? - спросил он. - А то у нас тут атмосфера как в драме третьего сорта.
- Присаживайся, Алексей. - сделал жест рукой Константин Викторович.
- Сначала всё скажу. Вы хотите, чтобы я что-то раскрыл? Отлично. Я признаю одно, я всегда играл на результат. Не на эмоции и тем более мораль, дело всегда впереди. Этот холдинг выжил в девяностые годы, преодолел два кризиса, благодаря кому? Моей семье. А ты, Павел, воспитывался на всем готовом, под нашим покровительством, а теперь порочишь нас.
- Я рос в доме, который построил твой отец на крови моих родителей. - тихо сказал Павел.
Алексей усмехнулся.
- Ах, какая высокая трагедия. Мальчик с чужой фамилией, который решил откопать свои корни. Как трогательно! Жаль, что на рынок это не влияет.
- Алексей, хватит! - резко сказал один из членов совета. - Мы не на сцене.
- Наоборот, именно здесь театральные подмостки. Только теперь роли переписаны.
Алексей сел. Он сложил руки замком, а лицо выглядело безупречно спокойным. А внутри клокотала ярость, которую он едва сдерживал.
- У вас есть защита? - спросил Константин Викторович.
- Конечно. - Алексей достал папку. - Вот экспертное заключение о происхождении этих "документов". Вы не поверите, но они легко фальсифицируются. Внутренние отчёты без печати, без цепочки хранения, я бы даже сказал - эти бумаги умело подделаны. Студент с доступом к архиву смог бы такое нарисовать за ночь.
- Это ложь! - не сдержалась Екатерина и поднялась с кресла. - Все копии заверены у нотариуса, у нас хранятся оригиналы. Мы знаем кто и когда прятал их. Ирина Михайловна работала секретарем вашей матери, и она всё подтвердит.
- Ирина? - Алексей поднял брови. - Та женщина, кто почти двадцать лет хранила молчание, а теперь внезапно белая и пушистая? Ну-ну.
Он смотрел на совет с убийственной улыбкой.
- Вы можете пойти с Павлом, вымазаться в грязи и перьях, потерять контракты, попасть под проверку. Или остаться со мной и работать спокойно. Я не праведник, но умею защитить бизнес без сантиментов.
Опять сгустилось молчание. Павел поднялся.
- Ты не поддерживаешь холдинг, ты стоишь на страже и хранишь труп. И надеешься, что он ещё пахнет деньгами, а не гнилью. Но мы не в девяностых, сегодня правда это не слабость, это валюта.
Братья встретились взглядом. Двое врагов и два мира, и у каждого свои аргументы. Надвигалась катастрофа, и это почувствовали все в зале. После выступления Алексея, уверенного, гладкого, отточенного, осталась неясная тень. За кем же идти? Вокруг витала не истина, а дымка, где всё казалось зыбким. Для одного правда, а для другого жуткий страх. Павел стоял и держался за край стола. Он не ожидал такого хладнокровия от Алексея, представлял его злым, взрывным. Значит, у него есть неизвестный запасной ход.
Константин Викторович поднял руку.
- Обе стороны высказались. Документы представлены, защита озвучена. Осталось принять решение.
- Мы голосуем? - спросил седой мужчина справа.
- Да, отдаём голоса по пунктам. Первое - признание конфликта интересов, злоупотребление полномочиями со стороны Алексея Князева. Второе - временное отстранение от управления. Третье - передача дела в независимую юрисдикцию.
- И четвёртое. - негромко добавил Павел. - Утверждение Павла Воронцова официальным наследником Воронцовых с правом подачи гражданского иска.
Алексей даже не пошевелился. Он сидел в своём кресле как хищник, не моргающий перед прыжком. Голосование прошло в тишине, медленные кивки и поднятые руки. Кто-то не глядел в глаза, а другие смотрели слишком пристально. Константин Викторович огласил результат.
- Шесть голосов, один воздержался и два против. Этого вполне достаточно.
Павел выдохнул. Он не радовался. Эта убедительная победа и признание, вся ответственность перешла к нему. Алексей поднялся и мягким почти вежливым жестом обвёл совет.
- Примите мои поздравления! - произнёс он. - Вы официально сдали Князева. Что сказать, молодцы. Я бы тоже проголосовал против себя, если бы у меня имелся такой убедительный неродной брат.
Он подошёл к Павлу и встал рядом вплотную. Голос его стал низким, и он произнёс почти шёпотом.
- Но ты проиграл. Просто ещё не понял.
Павел не отвел взгляд.
- Напомни, когда именно я потерпел поражение? Когда твои родители убили Воронцовых? Или когда они украли их имя, присвоили себе долю в бизнесе?
- Нет, - ответил Алексей с кривой ухмылкой, - ты ошибся, раз начал действовать по правилам. В нашей семье так не делали.
Он повернулся и вышел без единого слова.
Спустя два часа Павел стоял у панорамного окна. Екатерина рядом. Она ничего не говорила, только держала мужа за руку. Павел чувствовал, что Алексей просто так не отступит. И действительно, через 50 минут после заседания появилось анонимное сообщение в соцсетях. Они освещали позицию делового издания.
"Бомба! Павел Князев - не Князев. Документы об усыновлении, конфликт интересов двух братьев - всё это фикция? Откровения из холдинга. Это месть за деньги, а не за кровь. Подробности скоро."
Павел прочёл.
- Алексей не дремлет. - потом положил телефон на стол.
- Он начал утечку первым. - сказала Екатерина. - Алексей пытается перехватить контроль над версией событий.
- Значит мы покажем правду. - ответил Павел. - Без масок, шума, по-настоящему.
- У тебя хватит сил и мужества?
Он кивнул.
- У меня есть память моих родителей, и я докажу злодеяния семьи Князевых.
Тем временем в особняке Алексей сидел в библиотеке. На коленях у него лежал планшет, где обновлялась статистика просмотров публикации. Уже 50 тысяч. Комментарии, шок, скандал. Он сделал глоток коньяка.
- Пробный укол прошёл.
Алексей нажал на экран. Открылась новая вкладка. Там видеокомпромат, фрагменты разговоров, вырезанных из контекста и умело смонтированных.
- Теперь посмотрим, как выживет братец без мифа.
Алексей выключил планшет, встал и посмотрел на портрет отца на стене.
- Я не отдам достижения твоей жизни в чужие руки.
И вдруг Алексей почувствовал присутствие постороннего человека. Не охрана или слуги. Он уловил тонкий запах дорогих духов своей жены.
- Ты вернулся? - Маргарита вошла в комнату и уселась в кресло возле камина.
Алексей разглядел её бледное лицо без макияжа, домашний кашемировый халат и босые ноги. Как же он соскучился без неё.
- Снова не получилось, Лёша? - тихо и без издёвки спросила жена.
Алексей передернулся. Они давно жили отдельно, но не оформляли развода. Ведь их связывали общее прошлое, капиталы, имидж. Маргарита терпела, а Алексей использовал её как показатель успешности. От её невинного вопроса Алексей взбесился.
- С чего ты взяла? Осталось немного, и я растопчу Павла. А ты, - он бросил взгляд на жену, - лучше бы встретила меня у дверей с аплодисментами.
- Я давно перестала хлопать тебе, Лёша. Ты ведь любишь овации только при полном подчинении. И я уже не отношусь к твоей публике.
Алексей сел напротив жены. Усталость пропитывала каждое его движение, но лицо оставалось маской.
- Смотрела соцсети? - негромко спросил он.
- Нет. Я наблюдаю только честные новости, где хотя бы иногда звучит правда.
После недолгого молчания Алексей взял графин с коньяком, налил себе и сделал глоток.
- Ты всегда красиво говорила. - усмехнулся он. - Но без души.
- Нет, Лёша, это ты раньше умел имитировать огонь. А сейчас всё растерял, и остались только злость и стужа.
Он посмотрел на неё в упор.
- Ты ведь знала?
- Про Павла?
- Да, про Воронцовых.
Маргарита не отвела взгляда.
- Сначала я ни о чём не подозревала. Любила тебя, слишком молодая и наивная. Но ты сам дал мне ключ.
- Не верю.
- Однажды ты в ярости в пьяном угаре произнёс фразу. "Павел сын тех, кого отец уничтожил." Ты думал, что я не слушаю, но я запомнила твои слова и начала искать.
Алексей замер на долю секунды.
- Ты превратилась в ищейку?
- Я прислушивалась к разговорам Ирины Михайловны, шёпоту на кухне. Я знала вашу семейную тайну, но долго молчала.
- Могла бы признаться мне. - раздраженно вымолвил Алексей.
Маргарита встала и подошла к мужу почти вплотную.
- Я хотела понять кем ты станешь. Теперь вижу.
Маргарита вышла в прихожую, сняла пальто и накинула его прямо на халат.
- Так ты даже не переоденешься? - усмехнулся Алексей. - Прямо босиком?
Жена застегнула верхнюю пуговицу и посмотрела на Алексея поверх воротника.
- Ты всё ещё думаешь, что приличие важнее честности? Я ухожу от тебя. В тебе исчезла искра, а осталась только оболочка.
И Маргарита зашагала босиком по мраморному полу. Алексей остался один.
Продолжение.
Глава 1. Глава 2. Глава 3. Глава 4. Глава 5. Глава 6. Глава 7. Глава 8. Глава 9. Глава 10.