Когда для серии картин художник выбирает яркие и насыщенные тона, к которым прежде прибегал нечасто — он определённо стремится этим что-то сказать. Когда смягчает контуры, сближает планы, сужает перспективу и рушит пропорции — определённо имеет на то веские основания. Ну а когда всё вышеперечисленное проделывает немолодой и давно состоявшийся живописец, сценограф и педагог, идеологически близкий мирискусникам — становится совсем задумчиво...
А впрочем, зачем эта «тень на плетень»? И так всё ясно: перед нами ни разу не пейзаж, а живописное признание в любви. Будь наша воля — давно вынесли бы такие полотна в отдельный жанр и снабдили соответствующими комментариями для посетителей. Так мол и так, любезные сердцу гости выставки: перед Вами — яркий (причём в прямом смысле*) пример творчества средне-позднего Василия Ивановича Шухаева, ученика самого Константина Коровина. Человека непростой судьбы, нелинейного творческого развития и многомерного авторского стиля, в котором в разное время находилось место как плакатно-декоративным, так и символико-психологическим аспектам транзитом через неоклассицизм...
Но мы отвлеклись. Итак: любовь. На полотне «Селение в горах» её невероятно много. Вернувшись в родные края и отдыхая усталою душою среди живописных гор и дол Южного Кавказа, Шухаев пишет серию полотен, в которых сильные цветовые доминанты совсем не мешают общей ауре умиротворения, а стремление оставить в пространстве пейзажей чёткие фигуративные привязки к ландшафту — не умаляют общей фантастичности, почти что сказочности пейзажей.
Любовь к малой Родине сотворила с восприятием художника занимательную метаморфозу. Ему уже не так важно удерживать геометрический, ритмический и колористический баланс между отдельными частями полотна. Прославившийся в первую очередь как портретист, Шухаев принимается писать пейзажи именно что как портреты. Портреты солнечного края. С сильными акцентами на наиболее притягательных для мастера эпизодах; с «собирательными образами» некоторых явлений и объектов для пущей их выразительности; с почерпнутыми из былого опыта духовного живописания приёмами, направленными на превращение красивого, но всё ещё реалистичного природного вида, в аллегорию преддверия райского сада.
И мы — последние, кто стал бы критиковать большое сердце большого художника за этот по-юношески восторженный красочный тон, текстурный тембр и геометрический ритм. Просто считаем важным напомнить Вам, уважаемый читатель: если какая-либо картина значится в десять раз авторитетном каталоге пейзажами (или даже пейзажем настроения, например) — не стоит верить на слово. Потому что как пейзажи творения господина Шухаева, созданные летом 1959 года — «ну такое»... А вот как элегии, раскрывающие душу большого художника навстречу солнцу и небу, горным пикам и тенистым долинам, уютным селениям и бескрайним просторам — дивно хороши! Потому что на сотни красочных ладов говорят с нами о большой и чистой любви.
И как всегда — приятного Вам просмотра, уважаемый читатель.
Автор: Лёля Городная